Чтение онлайн

Глядя ему в глаза, Таня, всё ещё ощущая близость мускулистого тела, с испугом спросила:

– Я что-то не так сделала?

Аркадий Борисович вкрадчиво глядя ей в глаза томно прошептал:

– Всё так! Вы прелесть, Танюша! – кивая в сторону барной стойки, – он вас не стоит. Я вас беру себе!

Таня, застыв на месте, хлопая распахнутыми глазами, едва размыкая губы, выдавила:

– Как?!

Тот, чмокая в кончик носа, смеясь, сказал:

– Вы та, которую я долго искал!.. Будьте моей! – видя её смущение, целуя, констатировал, – вы сладкая, манкая!.. – привлекая к себе сливаясь в страстном поцелуе.

Насытившись, кусая мочку правого уха, тихо прошептал:

– Я схожу с ума… – томно глядя в её глаза, – прелесть моя, собирайте вещи, вылетаем домой!..

Таня, сияя лучезарной улыбкой, бросая взгляд в сторону, тихо с кокетством сказала:

– Хорошо! Я согласна… – выскользнув из его рук, убежала.

Он смотрел вслед, его тело вновь наполнилось мужской энергий. Он выглядел моложе и привлекательней. Она его спасла от приблизившейся старости. С лёгкостью выдохнув, кутаясь в махровый халат, поспешил за ней в отель. Вечером они вылетели в мегаполис, забыв сообщить об этом Стамбовскому…

…Отсутствие в доме Тани было на руку Инне. Она по-новому привыкала к мегаполису. Кажется, память вносила коррективы, вытаскивая имена, лица, целые образы. И одно просто не давало ей «прохода» буквально везде и повсюду мелькало. Это был образ О. Б.

Инна неукоснительно думала о нём. Мозг рисовал картинки и на переднем плане был он. Конечно же, ей хотелось увидеть его хотя бы одним глазком. Более она жаждала его появления, так хотелось, чтобы О. Б. ворвался в её жизнь, променяв на неё семью. Она даже строила в раскалённом мозгу сюжет встречи. Это происходило уже не раз особенно ближе к ночи, когда мысль была отдана бурным фантазиям, и просто выворачивала её душу наизнанку. Ей так хотелось ярких картинок секса, что она мысленно разбивала семью О. Б, предполагая, что Эмма, скорее всего, не настолько хороша в сексе, так как та была из тех, кто больше любит деньги мужа.

Тогда как ей Инне О. Б. нужен был как любимый мужчина. Конечно же, тому наверняка нужны были радикальные перемены в сексе, иначе он бы к ней в бытность не бегал.

Он не раз признавался, что хотел бы видеть Эмму жаждущей его объятий, поцелуев, в конце концов, страсти, вымаливающей его ласк секса на грани порно, теряющей голову отдаваясь похотливым чувствам. Но всего этого О. Б. не получал от жены, считая ту фригидной. Тогда как Инна всё это могла дать. И ей так хотелось бы сейчас это дать.

Да она его ещё где-то как-то любила. И знала, что могла бы его держать в своих объятиях так, чтобы тот напрочь забыл жену. В голове крутились разные варианты. Инна продумывала до мелочей, как бы ей принять О. Б. после длительного разрыва в их отношениях.

И вот в один из дней, Инна, не выдержав внутреннего перенапряжения, накопившегося в ней вожделения, перезвонила О. Б. и сказала, что она уже пару дней в Москве и хочет с ним встретиться. Тот, как ни странно тут же согласился. Спросив адрес, узнав, что хозяйки квартиры нет дома, поехал к Инне. Та стала готовиться к встрече.

О. Б. мчался через всю Москву сломя голову. Стоя в пробках, представлял в своих объятиях её жаждущее ласк пышущее жаром роскошное тело, мечущееся в крепких руках от вожделения и страсти.

О. Б. был в нетерпение. Подъехав по адресу, он как угорелый влетев в подъезд, поднявшись на площадку, еще пару минут стоял в немом оцепенении перед дверью, стараясь выровнять дыхание. Решившись, позвонил. Ему открыла Инна, как «пионерка» стоя в короткой юбке и блузке, так похожая на ту Инну, которую он принял на работу.

В темноте в отблеске света с лестничной площадки она выглядела моложе и стройнее, а главное в ней была некая загадочность.

О, Б., вломившись в прихожую, обдал Инну холодом.

С порога снимая плащ, с которого на неё падали капли растаявших снежинок, он, расстёгивая пиджак, небрежно кидая в сторону, сбрасывая с ног туфли, терзая пышущее жаром тело, в объятьях увлекая за собой, повёл Инну в зал.

О. Б. оказавшись внутри комнаты, стал поспешно расстёгивать на ней блузку, сорвав, бросил на пол, как голодный, целуя оголённые части тела, тут же цепкими руками массируя роскошную грудь, томящуюся в ажурном бюстгальтере, вдыхал ее запах.

Инна, не ожидая от него такой прыти, стараясь сдержать его порыв, полушёпотом сказала:

– Подожди! Не так сразу.

Он, затыкая ей ладонью рот поедая взглядом, томно пробормотал:

– Молчи, я ждал этого так долго, что схожу от тебя с ума… – мучая её тело новыми жадными поцелуями и страстными объятиями.

Его руки обследовали каждый уголок её возбуждённого тела. Оно было потное от перевозбуждения. Он не мог оторвать масленый взгляд от упругой пышной груди, что теснилась в бюстгальтере. Когда тот был снят, он буквально впился губами в пылающие соски. Не касаясь руками тела, стремительно снял с неё трусики, кожа покрылась мурашками. Её колотило от желания, но она это всё ещё пыталась скрыть, стараясь быть сдержанной. Он держал её глаза на уровне своих глаз, Инна безмолвствовала. Осторожно сняв с неё юбку, невольно залюбовался её ногами в нейлоновых чулках. Взяв на руки, отнёс в спальню. Положив на кровать, сняв с себя рубашку, брюки, приблизился к ней. Инна дрожала всем телом. Целуя её пальцы ног, он медленно и осторожно снял с неё чулки. Её тело было мраморно белым лишённое возможности двигаться, словно она была под гипнозом его пылких и страстных глаз. Он провёл рукой по гибким линиям женского тела. Инна невольно вздрогнула, губы разжались для поцелуя. Он, целуя, стал брать женскую плоть. Кажется, что она была в его власти. Её тело наслаждалось мужскими ласками. О. Б. же был в нетерпении обладать им. Инна металась по постели. Спальня насыщалась запахами тел, страстным дыханием и не сдерживающими стонами, что повергали в экстаз.

Невольно она подумала: какая же дура вот так сразу отдаваться чужому мужчине.

Посмотрев на свои раздвинутые ноги, ей вдруг стало стыдно. В очередной раз, испытывая оргазм.

Прикусив губу, она сказала:

– Ты мой…

Тот, терзая грудь, пробормотал:

– Твой…

Этого ей было достаточно. Сняв его напряжённое тело, натягивая на себя покрывало, зло выдавила:

– Ты мне больше не нужен. Уходи! Я тебя не люблю. Ты чужой!..

Тот, вскочив с постели зло, сверкая глазами, подскакивая на одной ноге натягивая на себя одежду, с ненавистью выдавил:

– Какая ты дура!..Шлюха!.. – хлопнув дверью, выбежал из спальни.

Через минуту Инна услышала сильный хлопок входной двери.

И тут же разревелась, мечась в истерике по постели сквозь слезы говоря:

– Дура!.. Дура!.. Он теперь никогда не вернётся…

…Кажется, это было прощание с прошлым. Осознав это, ей стало легче, забравшись с головой под покрывало стала думать о своей новой жизни в мегаполисе. Она искала ответы: с чего начать, как жить…

…Мегаполис, это она усвоила уже: жесток, безжалостен, но в нем всё же много компромиссов, что могут сгладить впечатление о нем или же приглушить боль пребывания в нем, если вообще не снять полностью.

Ей хотелось верить, что хороших людей больше, чем плохих, что сможет найти единомышленников. Ведь если вспомнить, как было раньше, то можно отметить тот факт, что в своё время здесь в мегаполисе ей было сделано множество предложений насчёт работы. А это значит, что она не «серая мышь», если на неё обращают внимание. По-большому счету нет абсолютного одиночества изоляции от общества. Как говорится: «На вкус и цвет, и товарищи есть». Так что выбор есть в любом случае. Не стоит бояться завтрашнего дня даже в мегаполисе; кто-то найдёт тебя, кого-то непременно найдёшь ты!