Чтение онлайн

Кнорр скончался в 1977 году, уже после очередного “конца света”, а его место занял Фредерик Франц — он-то и должен был расхлебывать провал этого пророчества, после которого очень многие покинули секту. Франц был самым образованным членом секты — он был первым руководителем “Свидетелей”, хоть немного знавшим греческий (но не еврейский) язык. Именно ему пришлось принять драконовские меры для нового притока обращенных. Он провел основательную чистку (даже изгнал из Правящей корпорации своего собственного племянника), ввел казарменное единообразие и единовластие и несколько пересмотрел тактику. После этого секта снова пошла в рост.

Франц был главным идеологом иеговистов в течение 50 лет—до самой своей смерти в возрасте 99 лет в 1992 г., т. е. все правление Кнорра и все свое правление. После его смерти был избран новый президент — 72-летний Милтон Хеншель. Пятый президент “Сторожевой башни” был вторым по младшинству в Правящей корпорации — лишь один человек был моложе его (в 1992 г. ему было 69 лет), двум другим было по 75, а остальным — по 80 и 90 лет. Все это — глубокие старики, они засыпают на заседаниях Правящей корпорации, и к моменту принятия решения их нужно будить. Хеншеля избрали потому, что он был единственным, в ком осталось хоть сколько-нибудь энергии.

Интересно, что обе секты-долгожителя, как “Свидетели Иеговы”, так и мормоны, в нынешней стадии развития сходны в геронтократической системе управления. И там, и там на высших постах находятся глубокие старики.

Реформы Франца создали ту организацию “Свидетелей Иеговы”, которую мы знаем сегодня. Франц ввел новую практику — “отсоединение” (или “лишение общения”) — и разработал методы практического осуществления тотального контроля секты над своими членами. Чтобы понять, что значит “отсоединение”, нужно сделать небольшое пояснение. Иеговисты считают, что живут при единственно верном — теократическом — правительстве. Христос явился в 1914 г. и с тех пор незримо присутствует на земле, а реальную власть он дал своему ВиБРу — Правящей корпорации “Сторожевой башни”, которая и осуществляет правление верными, а по существу всей Землей, потому что лишь верные это правление признают. Правящая корпорация является вестником и воплощением правления Христа во всем мире, а поскольку она является ВиБРом, то Иегова над многими ее поставил. Но так как у иеговистов нет своей страны, которая признала бы над собой правление ВиБРа, они ни в одной стране реальной власти не имеют. Если бы такая страна была, то они могли бы применять там свои законы, которые, как можно предполагать, были бы очень жесткими. Для отступников и изменников может быть лишь одна мера наказания — вечная смерть, но казнить иеговисты пока никого не могут, не имеют права. Однако они могут считать каждого отпавшего уже мертвым, несуществующим. И если они видят такого человека на улице, они должны пройти как бы сквозь него, как будто видят призрак; никакое общение с ним в принципе невозможно. После того, как упоминавшийся выше датчанин ушел от иеговистов, он был “лишен общения” и стал для своих родителей мертвым. Когда о нем спрашивали, отец и мать говорили, что их сын мертв, а на улице они проходили мимо, не замечая его. Так же поступали и все его прежние друзья и знакомые. Тот, кто нарушит запрет на общение с исключенным или ушедшим из секты, сам подпадет под смертный приговор, который как бы подвешен в воздухе, но для членов секты вполне реален.

Самые высокопоставленные “Свидетели Иеговы” признавали, что основу доктрины секты составляет “единство организации”. После реформ Франца сохранение этого единства стало самоцелью секты: иеговистское руководство оберегает его, как святыню, и идет на любые меры, чтобы сохранить его, не допуская ни малейших отклонений от системы установленных организацией требований. Самая бескомпромиссная борьба ведется с инакомыслием.

На одном из судебных процессов против “Свидетелей Иеговы” член Руководящего совета секты Хайден Ковингтон заявил:

Для выполнения этой главной задачи руководство секты идет на любые меры, не брезгует никакими приемами и средствами. Бывшие иеговисты свидетельствуют об отработанной в организации системе шпионажа и доносительства друг на друга, о подхалимаже и заискивании перед начальством. Как мы помним, свидетельствуют они и об обратной стороне этого жесточайшего контроля: о глубоком моральном разложении и тайном пьянстве среди высокопоставленных сотрудников “Вефиля”.

Исходя из принципа монолитного единства, Франц разработал жесткую тоталитарную систему законов и норм внутри сектантской жизни. Иеговистам запрещено проводить какие-либо сборы, собрания и другие мероприятия подобного рода, не разрешенные руководством секты.

Запрещено делать какие-либо комментарии к любым религиозным проблемам, исходящие из собственных суждений. Комментировать можно лишь научные статьи. Запрещено иметь независимое мнение и делать заявления типа: “Я так считаю” или “Я так думаю”. Запрещено даже ознакомляться со старыми публикациями “Свидетелей Иеговы”.

Секта строго ограничивает связи своих членов с внешним миром, “внешними” людьми, даже если они близкие родственники сектантов, исходя из принципа, что “все нечистое — от мира”. Франц ввел строгую отчетность о проделанной работе (служении), через которую можно эффективно осуществлять контроль за жизнью и деятельностью любого члена секты.

Не поощряется любое светское образование, ибо оно, по мнению руководства, лишь затуманивает разум ложным знанием и ослабляет усилия по изучению Священного Писания. Утверждается негативное отношение к любой мирской работе, если она мешает полной отдаче члена секты служению Иегове, которое важнее всего остального, и поэтому для этого служения должно использоваться все свободное время.

Учреждается строгий контроль за тем, чтобы каждый из братьев и сестер настойчиво самоутверждался в знании доктрины организации и ее активной пропаганде. Тотальная слежка и контроль осуществляются не только за действующими членами секты, но и за теми, кто исключен из организации, и теми, кто, по мнению руководства, для нее опасен.

“Свидетели Иеговы” исповедуют настоящий культ своей организации, объявляя ее детищем Иеговы, Его видимой небесной организацией. Поэтому от каждого сектанта требуется безусловное подчинение воле и целям организации. Вне организации невозможно постичь правильное учение Бога, Священное Писание.

Изучение Библии — дело коллективное, а не индивидуальное, и изучать ее можно только под руководством организации. Реально иеговисты совершают элементарный подлог, сами, впрочем, его не замечая: изучением Библии у них называется изучение печатной продукции секты, а жизнью по библейским принципам — повиновение исходящим от ВиБРа инструкциям. Не признается и ценность индивидуальной молитвы, ибо Иегову интересует организация, а не отдельные лица: личных молитв бог иеговистов не принимает. Все должно быть на виду, все должно быть под контролем. Молитва тут не исключение — она тоже должна быть коллективной, на виду и на слуху у всех.