Чтение онлайн

– Хорошо, – я отодвинул тарелку и закурил, наблюдая, как медленно загораются огни уличного освещения. Цепи неоновых гирлянд потянулись по каменным башням забора, размываясь нечетким следом средь пушистых веток елей.

Время здесь не то чтобы останавливалось. Оно становилось другим: важным, медленным, наполненным жизнью. Даже бессонные ночи в свете тусклой лампы над ворохом документов несли не усталость, а удовлетворение. Казалось, что я занимаюсь чем-то важным, нужным и не бессмысленным. Вот и сейчас в голове застучали молоточки от нетерпения уединиться в своей спальне, где у огромного окна стоял дубовый стол с зелёной лампой.

– Жалко девчонку, – выдала Клара, а потом поднялась и стала убирать со стола.

Её слова прозвучали как приговор. В них было слишком много жалости к «подкидышу с большой дороги». Я оторвал взгляд от окна и сконцентрировался на Кларе: поджатые губы, сведенные на переносице брови и жесткая линия напряженной челюсти. Женщина всем телом транслировала тревогу и смятение.

Хм… Можно подумать, я в восторге от всей этой ситуации. В моём доме поселилась Спящая красавица. Под моей крышей в любой момент может оказаться труп, и именно мне придётся разгребать все это дерьмо! Зато спас… Или обрёк на вечный сон. Надо было ментам сдать. Точно надо было. Сейчас бы не терзался никому не нужными вопросами и догадками.

– Прав старик Герберт, звери и то гуманнее. Прав…

– Она больше не приходила в себя?

– Нет, – женщина чуть замешкалась, а потом открыла бар и налила мне стопку коньяка. – Только плачет каждую ночь. Не двигается, лишь скулит, как забитый волчонок.

– Мы не знаем ни кто она, ни каким образом очутилась на мёрзлом поле, Клара Ивановна. Поэтому рано жалеть девку, для этого нужны основания.

– Она просто девчонка, попавшая в большую беду, Вадим. Это человечность, для этого не нужно никаких оснований, никому не нужных аргументов, и тебе ли не знать о жалости? – Клара недовольно цыкнула и усмехнулась, когда мой телефон ожил входящим видеовызовом от жены. – Кофе подать?

– Да, Нина, – внезапно откровенность женщины полоснула лезвием по чему-то живому, словно по ещё не затянувшемуся шраму. Отвернулся, нарочно проигнорировав её вопрос, слушал звонкий цокот удаляющихся шагов, уже сгорая от чувства вины.

– Вадюша, я на месте! – звенящее счастье в голосе супруги меня весьма удивило. – А ты опять удрал в свой замок? Поди, и с обслугой ужинал?

– Как родители? – я сменил тему, не желая продолжать эту бессмысленную перепалку. То, что её «голубая кровь» не позволяет этих вольностей, это уже всему персоналу было известно. Мне-то для чего это повторять?

– Всё хорошо, крыша только прохудилась, меня поселили в гостевую комнату, представляешь? Вадюш, ты бы позвонил…

Выслушав указы жены, я всё же сделал пару звонков и пошёл в свою спальню, прихватив бутылку коньяка. Принял душ, сел в кресло у окна, наблюдая, как очередная волна снегопада накрывает посёлок.

Мысли вяло крутились вокруг проекта, я машинально делал пометки, чтобы вернуть на доработку архитектору, прекрасно понимая, что настрой на работу пропал.

Откинул голову, закрыл глаза всего на мгновение, чтобы просто надышаться запахом сухого смолистого дерева…

… Холод медленно скользил по коже, а противный писк сигнализации раздражал слух.

Черт! Почему так холодно?

Когда веки распахнулись, я даже не сразу понял, что что-то не так…

Окна были закрыты, как и дверь на террасу, но меня слегка потрясывало от настырного морозца. Натянул футболку и уже хотел было рухнуть в постель, как что-то за окном привлекло моё внимание.

Сдвинул тюль, пытаясь понять, что изменилось…

Свет! Весь посёлок накрыла тьма, лишь несколько домов переливались тусклым светом дежурного освещения. Приоткрыл дверь, слушая истеричную перепалку собак, крики охраны, смешанные с противным писком каких-то датчиков.

Сердце пропустило удар, потому что на фоне кристальной белизны снежного покрова показалось, что в остеклённом переходе из бани к дому промелькнула тень…

Показалось?

Не сводил глаз с домика вдалеке, всматривался, искал подтверждение своим галлюцинациям, а сам рукой шарил по деревянной поверхности стола, чтобы найти телефон.

– Рус? Охрана звонила? – рявкнул я в трубку, как только услышал по-сонному хриплый голос начбеза.

– Вадь, авария на подстанции. Сейчас парни запустят генераторы, мы думали, ты спишь, не хотели будить.

– Почему генераторы не врубились автоматом? – я накинул на плечи свитшот, оставшийся лежать после последней пробежки, и зачем-то пошёл вниз.

– Ошибку выдаёт, падла немецкая. Запустился только один, на котором половина первого этажа, зато гарантию на двадцать лет обещали!

Акишев даже заикаться начал от непривычной ему роли оправдывающегося. А пусть знает!

На первом этаже и правда было теплее. Правое крыло дома, с вереницей гостевых комнат, было погружено в тревожную темноту, а левое, где находились столовая, гостиная, кухня и хозяйственные помещения, обнадеживающе подсвечивалось дежурным освещением, тянущимся вдоль плинтусов.

Я закрыл дверь в правое крыло, чтобы не терять тепло. Непонятно, сколько придётся сидеть без электричества. Сомневаюсь, что в такой снегопад аварийная бригада оперативно справится с обрывом.

– Основное питание не будет работать, пока не запустят главный генератор, Вадь. Но отопление и кухня запитаны… Я буду утром со спецами.

– А баня? Она от чего запитана? – От внезапной мысли по хребту побежал разряд тока. Я замер у камина, смотря вглубь рощи.

– Бляяя…

– Отбой, Акишев!

Я терпеть не мог, когда люди пытаются оправдаться, вместо того чтобы взять на себя ответственность. А ведь это его зона контроля! Дом должен тестироваться на автономность раз в две недели, чтобы просто дать возможность сложным инженерным системам ощутить ток в своих проводах. А вместо этого… Короче, имеем то, что заслуживаем.

Мысленно продолжал казнить каждого, кто недоработал, спускаясь в подвал. Сто раз проклял себя, что не надел обувь, потому как каменные ступени неприятно холодном ноги.

Не знал зачем иду туда… Не было мыслей, лишь инстинкт и недоброе предчувствие, шуршащее где-то в подкорке мозга. Подсвечивал себе путь холодным светом телефонного фонарика и прислушивался к каждому шороху. Где-то вдалеке противно пищали датчики, сигнализируя о потере сигнала, а от гранитных стен отражался звук шагов, вторя бухающему в груди сердцу.

Признаться, было жутко. Атмосфера больше напоминала триллер, сюжетом которого не предусмотрено спасение моей жалкой жизни. Надо было охрану взять. Какого черта я попёрся сюда один?