Чтение онлайн

Меридит познакомилась с Джи Ди несколько недель назад, и заявление Бена о женитьбе на ней ее обрадовало.

– Я даже не удивлена, – сказала Меридит. – Я видела ваши необычные улыбки, переглядывания, чувствовала взаимное притяжение, рождавшееся между вами. Прекрасный повод поднять бокал шампанского. Я так рада, что и вы с нами, Клэйтон. Боже, ведь мы с вами знакомы целую вечность!

– Я тоже рад снова увидеть вас, Меридит, – сказал Клэйтон, – и узнать, что вы счастливы – тоже. Вы это заслужили.

– Спасибо, – сказала Меридит, незаметно пожимая руку Палмера.

– Мама, – сказал Бен, – я разделю твое намерение раскупорить бутылку шампанского, но это еще не все, что я хотел тебе сообщить.

Меридит нахмурилась.

– Да? А почему вы все сразу стали такими серьезными? Что произошло?

– Дело в Карле Мартине, – начал Бен. Пока он говорил, Меридит стиснула до боли руку Палмера, который тоже все больше хмурился.

– О, Боже, – прошептала Меридит, когда Бен кончил. – Клэйтон, почему вы идете на это? Я не понимаю. Что может произойти с вами в случае проигрыша? Ваша карьера, выстроенная годами трудов и лишений, может быть в одночасье поломана. Линдси – моя дочь, я люблю ее и заранее – ее ребенка, но все же не могу понять причины, которые побуждают вас жениться на ней и объявлять ее ребенка своим.

Просто я влюблен в нее, подумал Клэйтон, и хочу, чтобы ее дочь была моей дочерью.

– Просто Карла Мартина нужно остановить, и это лучший и единственный способ сорвать его козни.

– Линдси, – сказала Меридит, – ты осознаешь, что отрезаешь все пути восстановления отношений с отцом ребенка? Все, не исключая его, будут думать, что Уиллоу – ребенок Клэйтона.

– Я все понимаю, – сказала Линдси, задрав подбородок. – Поверь мне, мама, я обо всем этом подумала.

– Вы очень смелы, молодые люди, – сказал Палмер. – Все без исключения. Я очень уважительно отношусь к вашему выбору. – Он помолчал. – Известие о том, что Меридит выходит за меня замуж, взбудоражило всю прессу. Представляю, какой резонанс вызовет свадьба сразу двух Уайтейкеров. От репортеров не будет отбоя. Мы с Меридит, конечно, со своей стороны постараемся сыграть свои роли на уровне.

– Да, да, конечно, – быстро сказала Меридит, – только я несколько ошеломлена. Нужно время, чтобы все переварить. Кроме того, это… довольно пугающе.

– Благодаря Клэйтону, мы держим ситуацию под контролем, мама, – сказал Бен. – Мама и Палмер будут свидетелями на нашей свадьбе, – продолжал Бен. – Вы расскажете репортерам, что глубоко взволнованы – ведь ваши дети нашли истинную любовь, и что-нибудь еще в этом роде.

– Эй, приятель, – подала голос Джи Ди. – Ты не забудь, что и вправду любишь меня! И это, мистер Уайтейкер, – не чепуха.

Бен быстро прильнул к ее губам.

– Это не чепуха, – немедленно повторила Джи Ди, когда он оторвался. – Это очень даже прекрасно.

– Они спросят, одобрил бы это Джейк? – сказала Меридит. – Я целую вечность общаюсь с этой публикой и знаю, что они спрашивают в таких случаях.

Клэйтон пожал плечами.

– Скажите, что Джейк был бы на седьмом небе или вне себя от радости – какое выражение вам больше понравится, то и используйте. История, которую я подготовил для друга-газетчика, будет изобиловать деталями, включая информацию о свадебных путешествиях, после которых мы приступим к работе над фильмом.

– Свадебные путешествия? – Меридит взглянула на Линдси.

– Для вида, мама. Бен ведь ясно сказал, что Клэйтон и я вступаем в фиктивный брак. Джи Ди и Бен едут в Нью-Йорк на несколько дней. Клэйтон и я – в Мексику.

– С ума сойти, – сказала Меридит, – никогда бы не подумала, что Карл Мартин контролирует столько человеческих жизней – и каких – в лучших семействах города! Ну ничего, однажды он получит сполна за все свои мерзости.

– Ну, а теперь, – сказал Бен, улыбаясь, – можно принести и шампанское.

– Сейчас организую, – сказал Палмер и встал. – Пойдем, Бен, выбери бутылку по вкусу.

В винном погребе Палмер положил свою руку на руку Бена.

– Бен, я хотел поговорить с тобой с глазу на глаз. Клэйтон в курсе прошлого Джейка?

– Да.

– И что он думает делать, если Мартин докопается до этой информации?

– Пока призывает вооружиться терпением и ждать.

– Со стороны Клэйтона это истинно рыцарский поступок. Никто из нас в своем положении не смог бы защитить Линдси от жала сплетен. Только вот…

– Что?

– Меридит права, говоря, что Линдси тем самым сжигает все мосты, соединявшие ее с отцом ребенка, а она его по-прежнему любит. Теперь она лишает себя всякой надежды.

– Да, – сказал Бен с усталым вздохом. – Как сказала бы Линдси, вся жизнь – сплошной обман.

Двойная свадьба и в самом деле оказалась сплошным цирком, как и предсказал Клэйтон. Сами по себе свадебные церемонии прошли быстро и безлико. Клэйтон и Бен надели золотые кольца на пальцы невест. Линдси взглянула на золотой обруч на безымянном пальце, и он показался ей чужим и тяжелым, так что пришлось пошевелить пальцем туда-сюда, прежде чем удалось привыкнуть к нему. Она чувствовала себя странно, как будто всего лишь наблюдает саму себя со стороны.

Она и Клэйтон, мрачно подумала Линдси, совершили подлог, произнеся вслух священные клятвы о том, что будут друг с другом навечно – в болезни, здравии, горе и радости, что она останется с этим человеком, пока смерть не разлучит их. О, Боже, каким грехом показалось ей притворяться, будто она любит Клэйтона, повторять слова, что теперь принадлежит ему до конца жизни.

Ребенок в этот момент шевельнулся, и рука Линдси скользнула на живот; потом он снова успокоился. Она сделала это для Уиллоу, убеждала Линдси саму себя, и для Дэна, потому что так было проще дать ему роль. Но, Боже, а как же она сама? Смятение охватило ее и волной захлестнуло сознание.

Клэйтон взял ее за руку, и Линдси быстро взглянула на него. Он улыбнулся, как будто чувствуя ее внезапное беспокойство. Она слабо улыбнулась в ответ и не отняла руки, надеясь, что его тепло и сила помогут ей пройти через строй репортеров, которые, как она знала, ждали их снаружи.

И в самом деле, они их ждали.

На ступеньках стояла толпа мужчин и женщин с телекамерами, не считая просто любопытных, заинтересовавшихся происходящим.

День был солнечный и яркий, погода – великолепной, с легким, свежим и чистым ветерком, знаменовавшим окончание влажной калифорнийской зимы.

Линдси покрепче сжала руку Клэйтона и тут же ощутила его приободряющее пожатие. Она впервые в жизни сталкивалась с прессой и телевидением, огражденная от вмешательства в личную жизнь долгими годами затворничества сперва в Швейцарии, затем – в Париже, и сейчас ощутила себя совершенно голой и беззащитной.

– Улыбнись, – шепнул Клэйтон, – невесте полагается быть счастливой и влюбленной.

Влюбленной, вздохнула Линдси, через силу улыбаясь.

Начались вопросы, репортеры кричали, перебивая друг друга. Линдси взглянула на Клэйтона и увидела, что он улыбается, что он чувствует себя легко и свободно. Мать, Палмер, Джи Ди и брат – все они тоже улыбались и без малейших затруднений отвечали на вопросы.