Чтение онлайн

— С языка снял, — невозмутимо подтвердила сестренка.

— Правда? — простодушно удивился я, крутанув колесико зажигалки и прикурив долгожданную сигарету.

— Точняк, — заверила Алена. — Димуль, хватит уже! Твой выпендреж на меня не действует. Тем паче, что приемчики у тебя говно и не меняются со времен моего детства. Чуть что, давайте выставим сестру дурой и заткнем ей рот навороченными фразочками. Shame on you! Если ты такой умный, то почему ведешь себя, как малолетка? «Ах-ах, противная девчонка мне не дала — пойду наклюкаюсь до усрачки! Не кончу, так проблююсь…»

— Сам себе удивляюсь, родная, — признался я, поглядывая на тележку, стоявшую одесную Алены, на столике которой попусту испарялась в атмосферу порция отличного виски и подтекало вязкой сливочной лужицей невостребованное мороженое. — Однако, заметь, я с самого начала попал под дурное влияние. Твое влияние, заметь. Не ты ли тот бесенок, что надоумил меня пуститься во все тяжкие на склоне моих лет? Человек, можно сказать, со студенческой скамьи дамочек в кабаках не клеил — утратил былую сноровку. А дальше, что ж — видимо, мужское самолюбие взыграло… в комплекте с другими слабостями… У человека случилась меланхолия. Что ему оставалось делать?

— Лучше бы твой человек подрочил!

— Алена! — я твердо стукнул о столик массивной Zippo, гладкие серебристые бока которой до этого момента в рассеянности лелеял в руке.

— А что? Ты спросил — я ответила, — сестра невинно пожала плечами. — Реально лучше, чем белая текила: инфа сотка. А еще лучше, если бы ты пошел с той сиреневой чиксой… Я так и не врубилась, Митеныш, чем таким она тебя не устроила. Молоденькая, симпатичная, поддатая — бери и пользуйся. В чем проблема?

— Если бы я знал это наверняка, малыш… Видимо, что-то у нас не сложилось. Значит, чего-то в ней не хватало…

«Прибавить луч иль тень отнять –

И будет уж совсем не та

Волос агатовая прядь,

Не те глаза, не те уста…»

— Ептыть, — заценила Алена. — Ну, всякое бывает, наверное… Хотя не совсем тот случай, чтобы шибко жалом водить. Ты ведь не невесту себе выбирал, как я понимаю, будущую супругу и мать твоих детей, а цыпу одноразовую. Руки-ноги у нее были на месте? Красота! А все, что тебе нужно, там рядышком. Перетоптался бы разок без агатовой пряди…

— Верно, не невесту, — зачарованно повторил я вслед за сестрой. — Всего лишь суррогат невесты…

— Тьфу ты! — Алена виновато скривилась. — Прости, я не сообразила… У тебя после Кристинки вообще секса не было, так ведь?

— Нет, насколько мне известно… — небрежно бросил я, с недоумением отметив, как Аленина рука снова потянулась к ее спасательному крестику.

— Охренеть! — сестренка опасливо обшарила меня глазами, словно ожидала увидеть следы физического разложения на моем теле. — Димочка, «не те глаза, не те уста» — с этим все понятно, кто бы спорил, но у каждого бывают моменты, когда нужно тупо трахнуться. Вот прямо так и не иначе: берешь под козырек и идешь в койку. Или мозги взорвутся на хрен: тыдыщь — и в дурку, а может и того похуже. Да даже если не взорвутся, хорошего мало: таких вещей можно наделать по шизухе, что мама не горюй… Не я это придумала, Господь нас такими создал. Ну, и папенька тоже постарался с его ядреной породой… Короче, солнышко, я очень тебя прошу: отдайся уже кому-нибудь — ведь сразу легче станет. Ты, походу, сам не представляешь, как тебе это необходимо.

— Почему же, вполне представляю, — я отнюдь не был убежден в доморощенном Аленином психоанализе, однако недоношенным плодам самопознания, имеющимся в моем распоряжении, в последние дни доверял еще меньше. — Не уверен в необходимости, но точно не помешает. Займусь на досуге, обещаю.

— Дима, на каком досуге? Сейчас нужно! — Алена почувствовала слабину и явно надеялась додавить меня во что бы то ни стало, пока я не сорвался с крючка и не ушел в тину — допивать мерзопакостную текилу и вообще заниматься не пойми чем. — Слушай сюда! Есть у меня одна подруга… ну, не то чтобы подруга — сокурсница… Яной зовут. Она у нас красотка — ровно такая, как тебе требуется. В смысле, не то чтобы красотка, но славная, честное слово, и лучшая ее черта — она сегодня в городе. Если все срастется, может эту же ночь провести в твоей постели.

— Само совершенство, — прокомментировал я. — Вряд ли я такого достоин…

— Блин, я серьезно! Но ты не так понял — у меня, походу, мысль с одного на другое перескочила… Давай я сейчас Яночке позвоню — приглашу составить компанию. Двойное свидание: я встречаюсь с Викой, она — с тобой. Все честно и культурно: ужин за твой счет, интим — по желанию. Яночка согласится. А лучшая черта Яночки, чтоб ты знал: она барышня без комплексов. Если ты ей понравишься, ломаться не станет — даст в первый же вечер. Главное, чтобы ее проняло твое мужское обаяние. Сама судить не берусь, но, полагаю, у тебя его до хера. С этим ты уж сам постарайся, мужик. На шару с ней не прокатит: даже не думай, она не шалашовка какая-нибудь. Просто правильная девчонка.

Договаривая последнюю фразу, Алена уже копалась в телефоне, разыскивая номер не то чтобы подруги и не то чтобы красотки по имени Яночка. Я поспешил вмешаться:

— Бога ради: не нужно никому звонить, родная! С кем с кем, а с твоими подругами я точно встречаться не собираюсь.

— Ну почему-уу? — последовал ожидаемый вопрос. — Она классная, вот увидишь…

Я постарался ответить. Причина, по которой нам следовало пригласить Яночку была одна-единственная, и эту причину Яночка буквально везде носила с собой. Что и говорить, это была весьма причинная причина, но в сравнении с множеством других резонов, выступающих против нашей встречи, она весила немного. При всем уважении к прелестям Яночки…

Во-первых, я за себя не ручался. Алена права: со мной далеко не все в порядке, и, хотя я бы не делал из мухи слона, нельзя было предсказать заранее, чем обернется для нас подобная вечеринка. Буйствовать и покушаться прилюдно пить текилу из собственного пупка я, наверное, не стану, но захандрить, как вчера, могу запросто. Здесь, судя по опыту, я все еще над собой не властен. И тогда вместо обаятельного кавалера Яночка рискует получить занудного нытика, и того еще нужно будет собирать с пола чайной ложкой. Выйдет неловко. Негоже разочаровывать Аленину подругу, рядом с которой ей предстоит еще пару-тройку лет скучать на одних и тех же лекциях.

Во-вторых, я предлагал принять во внимание мои чувства. А ну как я все-таки не понравлюсь Яночке? Мужского шарма мне, конечно, не занимать: одного только ирландского виски в шкафчике восемь сортов и где-то еще даже носки свежие должны лежать, если не кончились. Однако вдруг этого не хватит? Вдруг Яночка недосчитается кубиков на моем прессе и захочет остаться со мной друзьями? Чем тогда это будет отличаться от вчерашнего фиаско? Вторая неудача подряд. У меня в таком случае может развиться комплекс неполноценности, а я слышал, это довольно неприятный паразит и крайне трудно выводится. Возможно, мне следует возвращаться в игру постепенно, начиная с менее амбициозных проектов, не требующих от меня таких эмоциональных усилий по извлечению секса из окружающей среды. Скажем, жениться для начала на ком-нибудь, а там посмотреть, как сложится… Шутка, если что…

— Жесть! — сообщила Алена. — А теперь послушай, что скажу я… Шутки кончились, Димочка: тебя реально спасать нужно. Я только сейчас допетрила, кретинка: ведь ты элементарно боишься. Все эти твои отговорки на самом деле означают одно — ты в панике от того, что приходится начинать все сначала.

— Скажи еще, что у меня кровь холодеет в жилах, — смущенно проворчал я. — Любишь ты драматизировать, сестренка… Врать совершенно неохота, поэтому не буду отрицать: в чем-то ты угадала. Определенные сложности с женщинами у меня возникают. Однако сойдемся на том, что мне просто становится малость неуютно в их присутствии. И то не постоянно, а лишь в тех случаях, когда я имею намерение с ними совокупиться.