Чтение онлайн

Когда Лука видит мою ухмылку, он бледнеет. — Ты улыбаешься? Это чертовски жутко. Что она тебе вообще написала?

Он тянется за карточкой, но я быстро убираю ее в сумку и забираю у Вивьен, прихватив снизу, чтобы больше не прикасаться к ней.

— Спасибо, — искренне говорю я элементалю. — Мне это было нужно.

Затем я извиняюсь и ухожу, потому что пришло время разыскать кое-какие ингредиенты для запрещенной магии.

Мне приходится взламывать двадцать три запертых сундука в забытом архиве восточной библиотеки, прежде чем я нахожу то, что мне нужно.

Распахнув крышку сундука, я смахиваю пыль и благодарю вселенную, когда вижу пучок ярко-оранжевых перьев феникса. Это раздражающе редкий ингредиент.

Я беру сверток и кладу его в сумку, перекинутую через плечо, которую ранее прихватила из общежития. Я также нашла время переодеться в свою одежду, включая пару мягких кожаных перчаток, так что теперь я больше похожа на саму себя. И снова, это всего лишь моя миссия.

Что ж. Я и инкуб, который, я чувствую, следит за каждым моим движением из Лимба.

Я не могу его видеть, но Крипт ни разу не отходил от меня с тех пор, как я покинула свое общежитие. По крайней мере, он создает у меня иллюзию пространства, но что-то в его присутствии сейчас кажется мрачное — как будто он на взводе так же, как и остальные, и может сорваться в любой момент.

Угроза этого странно волнует.

Лучше не зацикливаться на этом.

Тихо закрывая деревянный сундук для хранения вещей, я еще раз проверяю, не оставила ли я никаких следов, если не считать того, что потревожила пыль в этой малопосещаемой комнате. Удовлетворенная, я поднимаюсь по длинной винтовой лестнице на главный уровень восточной библиотеки. Сейчас там пусто, не видно даже преподавателя. Никому нет дела до библиотеки, когда вся школа в негодовании из-за карантина и Бала Связанных сегодня вечером.

Пятнадцать минут спустя, миновав все оживленные коридоры, я возвращаюсь в свою комнату в общежитии, опускаюсь на пол с выключенным светом и зажженной свечой на столе. Я смотрю на ингредиенты, лежащие передо мной. Перо феникса, волосы Кензи, корень ведьмы, пыль оникса, кинжал, чаша для сбора моей крови… и все мои цветущие растения в горшках.

Которыми мне придется пожертвовать ради этого заклинания.

Я вздыхаю, снимаю перчатки и провожу пальцами по их листьям. Мне не нравится уничтожать растения, над выращиванием которых я так усердно работала. Лилиан — та, кто приобщила меня к ботанике — в то время она переживала из-за того, что называла — варварским, бесчеловечным способом моего воспитания, без всякого уважения к святости жизни. Она помогла мне разбить внутренний сад, чтобы я научилась ценить усилия, которые требуются для того, чтобы просто жить, даже ради растения.

Но мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что растения тоже могут подпитывать мою магию. Я не получаю такого кайфа от власти, как когда забираю жизнь монстра или наследника, но этого достаточно, чтобы выжить, когда у меня ограничены возможности.

Как прямо сейчас.

Поднимая руки, я шепчу обычное магическое заклинание, которое поджигает растения в горшках. От них идет пар, они сморщиваются и умирают за считанные секунды, когда комната наполняется ароматом горелых трав. Схватив кинжал, я делаю длинный диагональный надрез на ладони левой руки. Я понижаю голос до едва слышного шепота, потому что Крипт, вероятно, все еще прячется за дверью моей комнаты в общежитии, и однажды он уже подслушал меня через дверь.

— Obsecro te pro anima huius sanguinis.

Пока я говорю, в комнате темнеет, холодеет, вокруг меня, когда горький привкус, который всегда сопровождает некромантию, наполняет мой рот. Из трех видов магии, к которым я могу прибегнуть, это самый сложный — потому что предполагается, что только некроманты способны владеть им.

Я не некромант.

Но, видимо, все ритуалы, через которые мне пришлось пройти, чтобы стать такой, изменили меня так, как они никогда не ожидали.

Я снова повторяю эти слова, держа свою обожженную руку над чашей, испытывая жуткий трепет, когда смотрю, как моя кровь брызжет на усики ярко-оранжевого пера. Добавляя ониксовую пыль, волосы и корень ведьмы, я снова шепчу запретные слова, чтобы завершить незаконное заклинание поиска жизненной силы.

Злобная, безжизненная сила пульсирует в моем теле и клубится вокруг чаши в виде черного дыма. Весь цвет исчезает со всего, что находится в чаше, прежде чем перо феникса вспыхивает зеленым огнем.

Я резко выдыхаю и зажмуриваю глаза, готовая упасть в обморок от того, насколько тяжелым было это заклинание… но также и от чистого облегчения.

Живая.

Загоревшееся перо означает, что Кензи все еще жива. Теперь мне просто нужно найти ее.

И для этого я собираюсь найти этого проклятого подменыша и показать ему, насколько сильно он не должен был связываться с тем, кто мне небезразличен.

Зеленый огонь гаснет, и я опускаю взгляд на кончики пальцев, которые теперь почернели и онемели от некромантии. Порез на моей руке все еще кровоточит, но я не делаю ни малейшего движения, чтобы перевязать его, потому что тяжесть этого ритуала давит мне на грудь, как замерзшая наковальня. Я перенапряглась, и теперь мои глаза едва держатся открытыми.

Но оно того стоило. Теперь я знаю, что Кензи все еще где-то жива.

Укладываясь на кровать, я мгновенно проваливаюсь в утомительный сон, такой глубокий, что почти без сновидений. Почти. Кошмары все еще преследуют меня, и, в конце концов, я оказываюсь в их власти, вновь переживая старые страхи и прошлые травмы, которые разрывают меня на части.

Когда я наконец просыпаюсь, пытаясь отдышаться, мои мышцы напряжены, а на лбу выступают бисеринки холодного пота. Я сажусь, нуждаясь снять это напряжение, но морщусь при виде своих обожженных, покрытых струпьями рук. У меня недостаточно магии, чтобы попытаться исцелить себя прямо сейчас — не говоря уже о заклинании, которое мне нужно будет использовать, чтобы выследить подменыша.

Мне скоро нужно будет пополнить свою магию.

Поднимаясь с кровати, чтобы выглянуть из-за занавески, я понимаю, что проспала несколько часов, и до бала осталось совсем немного времени. Судя по тому, что Кензи рассказала мне о Бале Связанных, это повод для квинтетов нарядиться и впервые продемонстрировать свои группы, данные богами. Танец, без сомнения, будет включать в себя позерство, прихорашивание, алкоголь, светскую пустую болтовню и обильное количество КПК.

Я бы предпочла оторвать себе веки, чем присутствовать при этом.

Но я колеблюсь, глядя на розовую сумку, лежащую на моем столе. Кензи была вне себя от восторга по поводу этого легкомысленного занятия. Скорее всего, она потащила бы меня за собой и заставила попробовать пунш или что там еще подают. Она бы тоже попыталась заставить меня танцевать. Это было бы настоящей гребаной пыткой.

Какая жалость все это упустить.

Плюс, там будет «Бессмертный Квинтет», так что у меня будет первый шанс проанализировать свои цели и решить, кого уничтожить следующим. Если подменыш все еще находится на территории Эвербаунда, запертый здесь, как и все мы, — а я надеюсь, что это так, — тогда он может посетить обязательный танец, чтобы слиться с толпой. Я могу выследить его, чтобы получить ответы и отомстить.