Чтение онлайн

— Вот почему я оказалась в кабинете Херста, когда его убили.

Я не вдаюсь в подробности. Я также не упоминаю, что единственное, что поддерживает во мне жизнь, — это созданное Амадеем теневое сердце, которое устойчиво пульсирует с помощью неуловимой магии в моей покрытой шрамами груди.

И когда все сказано и сделано, я жду.

Кензи долго смотрит на меня, а потом, к моему ужасу, ее глаза наполняются слезами.

— О боги мои, Мэйвен.

Я вызываю у нее отвращение? Испуг? Я поправляю перчатки на руках, беспокоясь, что вот-вот потеряю ее навсегда.

Но затем она нежно обнимает меня, стараясь касаться только моей одежды. — Я полагала, что ты происходишь из суровой семьи, но… звучит так, будто это было за гранью жестокости. Большинство людей никогда бы не поверили, что кто-то мог там выжить, не говоря уже о том, чтобы вырасти там, но… О боги мои, я даже представить не могу, через что ты прошла.

Что-то в ее тоне в точности напоминает тон Лилиан. Я чертовски сильно скучаю по ней, и мне становится стыдно, когда мои глаза начинают наполняться горячей влагой. Я закрываю их и прочищаю горло.

— Это не имеет значения. Я выжила.

— Не смей преуменьшать свою собственную травму. Если ты когда-нибудь захочешь исцелиться от нее, ты не можешь притворяться, что ее не существует.

Я искренне сомневаюсь, что в моем будущем произойдет какое-либо исцеление. Но я ничего не говорю, потому что мои эмоции слишком вышли из-под контроля, и даже если я доверяю Кензи, я, черт возьми, не собираюсь плакать перед кем-то еще.

Наконец, она отстраняется, и я вижу теплую, искреннюю привязанность на ее лице. — Твои ребята знают?

— Да.

Она кивает. — И они все еще одержимы тобой. Хорошо. Если бы они передумали или у них возникли проблемы из-за чего-то настолько неподвластного тебе, я бы выцарапала им глаза.

Мысленный образ Кензи, пытающейся выцарапать кому-нибудь из них глаза, заставляет меня фыркнуть. — Я бы заплатила, чтобы увидеть это.

— Итак… что будет потом? — спрашивает она, нахмурившись.

— Что ты имеешь в виду?

— Как только ты избавишься от этих бессмертных ублюдков, которые дают Эвербаунду пожирать сам себя… Если тебя обучали быть оружием, и ты выполнишь миссию по их уничтожению, что будет потом?

Я отвожу взгляд. Кензи нашла в этом ключевой вопрос, тот, который даже мой квинтет не додумался задать. И я ни за что не дам ей ответа. Это слишком грустно.

— После этого, я думаю, мы все будем жить долго и счастливо.

Она прищуривается. — Ты уклоняешься.

— Я и так уже переборщила с откровенность.

Кензи фыркает. — Ты, переборщила? Как будто это вообще возможно. — Но потом она улыбается. — Итак… Ты больше не пытаешься заставить своих парней ненавидеть тебя, верно?

— Верно.

Она толкает меня локтем, приподнимая брови. — Так, может, боги были правы насчет того, что они идеально подходят к твоей душе, а?

Я знаю, чего она добивается. Она так была настойчива в том, чтобы я просто уступила своим партнерам, а теперь хочет, чтобы я признала, что она была права. Она ищет приторно-сладкого признания в том, как я была потрясена.

— Они великолепные идиоты. Но теперь они мои великолепные идиоты. — Я колеблюсь, а затем откашливаюсь. — У меня к тебе вопрос. На самом деле, несколько вопросов.

Она визжит и хлопает в ладоши, как будто у нее только что начался день. — Ладно, стреляй.

Мое лицо начинает гореть, и я тереблю перчатки. — Не смейся надо мной.

— Я буду смеяться, если это будет смешно.

Это справедливо. — Желание полизать пресс — это нормально?

Кензи моргает. Затем она разражается жутким смехом. — О боги мои! Мэйвен, блядь, Оукли, ты такая милая. Лижи пресс, какой захочешь, и я обещаю, им это понравится. Есть ли у тебя еще вопросы о сексуальных штучках? У тебя наконец-то сексуальное пробуждение? Девочка, если ты просишь ускоренный курс полового воспитания, я так готова помочь! Продолжай задавать вопросы.

Я верю, и мой визит длится гораздо дольше, чем я ожидала. Но половину времени меня отвлекает предыдущий вопрос Кензи о том, знают ли мои ребята.

У меня есть тщательно продуманный план того, как должна пройти остальная часть моей миссии. Теперь, когда я решила прекратить борьбу со своим квинтетом и поддаться искушению, я должна включить их в эти планы и объяснить свою клятву на крови.

А потом, прежде чем разразится весь ад, даже если они не смогут связать свои сердца с моим… мы вместе найдем способ нейтрализовать их проклятия.

28

Крипт

Я поглощал бесчисленные сны, но никогда еще я не был так насыщен.

Когда за задернутыми шторами начинает светать, в комнате моей хранительницы становится сумрачно и тихо, если не считать ее тихого дыхания. В Лимбе я лежу на кровати рядом с ней и наслаждаюсь каждой секундой, впитывая ее ауру, как будто это единственный бальзам для моей истерзанной души.

Зная то немногое, что я знаю о ее прошлом, я могу сказать, что покоя, должно быть, практически не было в жизни Мэйвен, о чем свидетельствуют ночные кошмары, которые так крепко цепляются за ее психику при любой возможности. Благодаря тотему и моему присутствию она наконец-то отдыхает.

И боги небесные, она чертовски восхитительна во сне.

Я вздыхаю, в сотый раз поправляя свой неуместно твердый член. Интересно, как бы она отреагировала, если бы она знала, насколько извращенны мои желания к ней. Она могла бы испытывать отвращение.

Но с другой стороны, моя прелестная маленькая ненаглядная всегда застает меня врасплох, так что, возможно, если бы она знала…

Сон Мэйвен, который последние пару часов окутывал меня ароматом в Лимбе, внезапно исчезает, и она открывает глаза, чтобы прищуриться к окну. Она бросает взгляд в мою сторону, как бы подтверждая, что чувствует меня, прежде чем скатиться с кровати и выполнить серию отжиманий.

Она делала это и в прошлый раз, когда я всю ночь питался ее снами. Я восхищаюсь ее целеустремленностью, но я также должен предположить, что этой привычке ее научили в Нэтэре. Она так взвинчена по утрам. Децимус очень быстро пересказал мне, чем Мэйвен поделилась с ними о своем прошлом, пока меня не было, и если я когда-нибудь встречу ублюдков, ответственных за то, что она чувствовала себя всего лишь оружием, я повешу их на их собственных кишках.

Я также очень раздражен, что пропустил возможность увидеть, как она мучает подменыша. Должно быть, это было потрясающее зрелище.