Сердце Йога-сутр
Шрифт:
Патанджали рекомендует ознакомиться с пранаямой с пассивной задержкой после выдоха, которая позволяет сознанию оставаться спокойным, пассивным и вдумчивым.
Вследствие такого покорения ума (маноджая) возникает бдительность, позволяющая объять космический разум (махат), первый принцип природы.
Последняя сутра говорит о том, что ум, который играет множество ролей в процессе мышления и деятельности (II. 48), преобразуется до состояния единственного, универсального, космического ума.
Сознание – это загадка. Чтобы двигаться к усмирению волн сознания, или, иначе говоря, роя мыслей, нужно знать характер и свойства сознания.
В главе V я рассмотрел понятия кутастха и паринама читты. Я полагаю, что, прежде чем рассматривать свойства читты, следует взглянуть на эти понятия еще раз более подробно.
4. Кутастха читта (большое «Я»)
Абсолютное, чистое сознание – это не что иное, как созерцатель, который остается навеки невозмутимым, устойчивым, безмолвным и исполненным блаженства. Эта чистая грань сознания остается неизменной от рождения до смерти. Кутастха, абсолютное сознание, обитает в сущности (свастха) в форме большого «Я» (ахам-акара), в то время как меняющееся сознание имитирует реальное сознание, превращаясь в эго (ахамкару).
5. Паринама читта (малое «я»)
Другой гранью сознания является паринама читта, колеблющееся сознание, устремляющееся в разных направлениях, постоянно меняющееся. Это сознание возбужденное, прыгающее с одной мысли на другую и увлекающееся целым ворохом идей. Я называю читту в ее переменчивости эго, ахамкарой, малым «я», употребляя в последнем словосочетании строчную букву, чтобы разграничить это сознание и сознание неизменное. Переменчивая читта возникает из читты, изменениям не подвластной. Кутастха читта – это чистое сознание, в то время как паринама читта – сознание омраченное.
Зеркало не может отражать образ четко, если на нем налет пыли. Так же и созерцатель, имея на себе отпечатки чувств восприятия, оказывается под их воздействием и превращается в искусственное, сотворенное сознание.
Когда зеркало чисто, отражение в нем тоже чисто. Так же и созерцатель, отстраняясь от буйного потока мыслей и растождествляя себя от них, сияет один во всей своей славе и отражает собственную чистоту без всякого искажения.
Часто искусственное сознание маскируется под истинную асмита-читту. Нужно воспитывать свое сознание, развивать его таким образом, чтобы оно не имитировало истинное, а преображалось в него.
Исходя из этих двух сутр, становится очевидным, что термин асмита можно понимать по-разному в зависимости от контекста. С точки зрения главы IV Йога-сутр асмита – это чувство индивидуальности, прорастающее из созерцателя. Она отождествлена со своим источником и понимается как чистое сознание. Но с точки зрения главы II это чувство индивидуальности, присущее незрелому сознанию, которое заявляет о себе как о чистом сознании, порождая тем самым клеши.
Чтобы показать разницу между кутастха и паринама читтой на практике, я расскажу, как присутствие большого «Я», чистого сознания созерцателя, ощущается в занятиях пранаямой, асанами и дхьяной.
В пранаяме вдох начинается во вместилище кутастха читты, а затем преобразуется в паринама читту. При задержке после вдоха (антара кумбхака) кутастха читта смешивается с паринама читтой, сливаясь с ней в единое целое. На вдохе, при котором воздух выталкивается наружу, паринама читта убывает, а кутастха читта, наоборот, прибывает. На задержке после выдоха (бахья кумбхака) паринама читта поглощается созерцателем и становится с ним одним целым (кутастха читта).
Когда мы выполняем асаны, кутастха читта преобразуется в паринама читту, забывая свою истинную природу, утрачивая устойчивость. Сознание уподобляется беспокойной птичке из легенды, рассказанной в Мундакопанишаде. Это хорошо заметно со стороны. Какие-то части тела растягиваются слишком сильно, какие-то – недостаточно. В одних чувствуется опаска, в других – боль (бадхана), а где-то возникает приятное, сладкое ощущение (бхавана). Какие-то мышцы работают охотно и внимательно, какие-то против желания и небрежно, а некоторые остаются безразличными, не давая никакого отклика или сопротивления.
Вместилищем кутастха читты в процессе выполнения асан становится срединная линия тела от макушки до промежности. Практикующему следует работать в позах так, чтобы паринама читта (в данном случае боковые части тела) выравнивалась на одной линии с кутастха читтой. Можно также заставить разум (буддхи) протекать и разливаться единым потоком, подобно маслу, неуклонно текущему из одного сосуда в другой при переливании.
Как опытный практикующий я уверен, что если вернуть разум, отклоняющийся в ненужных направлениях, в единое русло и позволить ему растекаться от одной границы тела к другой целостным потоком, то выполнение асан превратится в стхирам сукхам асанам. Когда паринама читта трансформируется в кутастха читту, блуждающий читтан преобразуется в однонаправленный читтан. Это веданта. «Веда» означает «знание», а «анта» – это апогей (знания, мудрости). Когда мы выполняем асаны должным образом, свет разума созерцателя распространяется вдаль и вширь, беспрепятственно освещая собой все вокруг и равномерно распространяясь по всему телу. В этом совершенство асан. Когда свет созерцателя разливается от своего источника к периферии, а от периферии – к источнику, наступает завершающий этап – веданта асаны. Это и есть стхира сукхам асанам (II. 46).
Единственность разума, текущего от сердцевины к границам, подробно разъясняется в сутре II. 26.
Только достигнув вивекакьяти (см. Й-с., II. 26), практикующий в состоянии понять подлинное значение сутры II. 48:
В совершенно выполняемой асане человек должен cокрушить двойственность сознания и пережить ничем не омрачаемое состояние единства.
В дхьяне паринама читту образуют чувства, ум, разум, ахамкара (эго) и сознание. В состоянии созерцания (дхьяна) эти элементы паринама читты должны свернуться в направлении кутастха читты. Устремление к созерцателю должно привести к тому, чтобы обе читты слились воедино.