Чтение онлайн

Настой опия, который все кругом называли просто «стариком», высоко ценился местными жителями, почти поголовно страдавшими от лихорадок, порождаемых здешними болотами. Ариэль, однако, заметила, что употребляющие «старика» люди очень быстро привыкали к нему и, чтобы избавиться от болей, им приходилось давать все более сильные дозы.

Прощаясь с Дженни, она ободряюще погладила ее по руке. Один из младших братьев Бекки уже держал в руке узду серого пони, хотя тот и так терпеливо ждал у хижины, даже не думая убегать. Мальчонка с надеждой глядел на Ариэль, протянув к ней грязную ручонку.

— Предприимчивый молодой человек, так? — с усмешкой обратилась Ариэль к мальчику.

Сунув в замурзанную ладошку пенни, она приняла узду и села в двуколку. Мальчонка улыбнулся и, мелькая голыми пятками, во всю прыть понесся по мерзлой грязи.

Ариэль дернула вожжи, и пони послушно затрусил по проселку. Словно по команде, из узкого прохода между двумя соседними хижинами выбежали Ромул и Рем и заняли свои места по обе стороны двуколки.

Был уже почти полдень, когда двуколка въехала во двор замка Равенспир и завернула к конюшням. У входа в нее лорд Роланд осматривал бабку одной из своих лошадей. Когда его сестра спрыгнула с двуколки, он с сердитым выражением лица приблизился к ней.

— Где тебя носило, сестричка? Тебя не было во время завтрака, который давался в твою честь!

— Прошлым вечером про мою честь никто и не думал, — парировала Ариэль. — Все, по-моему, обеспокоены лишь тем, как бы только смешать ее с грязью. Мою честь и честь моего мужа.

И она в упор взглянула на своего брата. Роланда она опасалась куда меньше, чем Рэнальфа, — средний брат был не гак скор на расправу. Ральфа она вообще презирала, но в пьяном виде он был непредсказуем, и Ариэль предпочитала без нужды не раздражать его.

— Ты невыносима, сестричка, — заметил Роланд, но по тону его голоса нельзя было сказать, что это его особенно тревожит.

Он фыркнул и с любопытством обвел сестру с ног до головы взглядом серых глаз.

— Как я понял, ты провела ночь с Хоуксмуром?

— Мне кажется, что для жены в порядке вещей в первую брачную ночь разделить ложе любви со своим мужем, братец.

С этими словами она передала поводья Сэму и отошла от двуколки. Волкодавы следовали за ней по пятам.

— Ты должна была провести эту ночь с Оливером Беккетом… — Подобно Рэнальфу, Роланд не считал нужным выбирать выражения, когда дело касалось их сестры.

Ариэль только улыбнулась на это.

— У моего мужа по этому поводу другое мнение, — ответила она, направляясь к конюшне. — И он его прекрасно воплотил в жизнь.

Оставив ошеломленного Роланда стоять посреди двора, Ариэль направилась в конюшню, чтобы отдать Сэму распоряжения о поездке в Рамсей и о том, что захватить с собой.

Лорд Роланд с силой стукнул по ладони стиснутым кулаком. Ариэль умела довести до бешенства кого угодно, если ей хотелось этого. Рэнальф метал громы и молнии после провала своего замысла. Оливер тоже не находил себе места, но Роланд надеялся, что поражение только еще сильнее разожжет его ярость. Саймон нанес молодому человеку сокрушительное поражение, и ничто не могло скрыть этого факта. Ничего не поделаешь — Хоуксмур оказался более крепким орешком, чем кто-либо мог предположить.

Но Ариэль? Какую игру ведет она?

Роланд зашагал от конюшни по направлению к замку. Во внутреннем дворе замка собаки и загонщики толпились на газонах, гости, собираясь на охоту, для защиты от холода пили горячее вино с пряностями, слуги таскали снаряжение и ягдташи.

Граф Хоуксмур с друзьями стояли в стороне. Роланд направился прямо к ним.

— Уверен, Хоуксмур, вы будете рады услышать, что ваша жена только что вернулась.

— Мне и в голову не могло прийти, что она не вернется, — небрежно бросил в ответ Саймон. — Она не произвела на меня впечатление человека, действующего необдуманно.

— Это только потому, что вы еще мало знаете свою жену, — вмешался в разговор подошедший к ним Оливер. — Заверяю вас, Хоуксмур, что те из нас, кто хорошо знает Ариэль, знакомы и со всеми ее прихотями и капризами.

— Тогда мне предстоит узнать много интересного, — ответил Саймон.

Он улыбнулся, и в улыбке его было что-то такое, от чего Оливер непроизвольно отдернул назад голову, словно на него бросилась кобра.

— Мне всегда казалось, что в разделенной радости мало удовольствия, — заметил на это Оливер.

Свидетели их разговора невольно затаили дыхание. Но граф Хоуксмур продолжал улыбаться:

— Щедрость — дар королей, Беккет.

С этими словами Саймон медленно, но решительно повернулся к нему спиной и зашагал прочь.

Рэнальф стоял на лестнице у входа в большой зал замка, глядя на толпу людей во дворе. Увидев идущую от конюшен Ариэль, он поспешно спустился по ступеням и решительно двинулся к сестре. Та пробиралась в толпе, сопровождаемая собаками, с озабоченным выражением на лице.

— Какого черта, где тебя носило? — яростным шепотом спросил Рэнальф, хватая ее за руку повыше локтя.

Собаки зарычали, но он не обратил на них внимания.

— Как ты посмела исчезнуть, не сказав никому ни слова! И где ты была? Отвечай сейчас же! — дернул он ее за руку.

Собаки снова зарычали, на этот раз предостерегающе. Рэнальф выругался себе под нос, но все же выпустил руку сестры.

— Какое имеет значение, где я была? — вопросом на вопрос ответила Ариэль. — Ведь я же вернулась.

— Но одетая словно простолюдинка! — прошипел Рэнальф сквозь стиснутые зубы. — Только погляди на себя. У тебя достаточно денег, чтобы одеваться прилично, как это и положено на торжестве по случаю бракосочетания, а ты бродишь у всех на виду в потрепанном костюме для верховой езды, да еще такая грязная, будто валялась с кем-то на сеновале… Боже, у тебя даже башмаки дырявые.

Ариэль бросила взгляд на юбку своего старого костюма для верховой езды. Действительно, она вся была перемазана грязью, к ней прилипли соломинки, а башмаки, хоть и не рваные, были в самом деле потрепаны и давно не чищены. Сегодня утром она чувствовала себя так неуютно под насмешливым взглядом мужа, что схватила из гардероба первое, что подвернулось под руку, не думая ни о каких последствиях.

— Думаю, ты хорошо погуляла в такое чудесное утро, женушка, — раздался спокойный голос Саймона.

Граф Хоуксмур пробрался сквозь толпу так тихо, что ни Рэнальф, ни его сестра даже не заметили его приближения. Услышав голос мужа, Ариэль взглянула на него с улыбкой, надеясь, что приход Саймона избавит ее от неприятного объяснения с братом.

— Я немного проехалась в двуколке. Простите за опоздание, но я заехала дальше, чем собиралась, и совершенно забыла про время.

— Что ж, чудесный способ выразить уважение своему мужу, — бросил сестре Рэнальф. — А потом вдобавок появиться пред всеми, одетой как какая-нибудь шлюха-крестьянка, валявшаяся на сеновале. Чтобы кругом говорили, что сестра графа Равенспира расхаживает как последняя трактирная потаскушка…