Чтение онлайн

Кстати, метро здесь не только функционально, но еще и красиво. Уверен, окажись вы на северокорейских станциях, непременном воскликнули бы «Вах!». Ясно видно, что архитекторов во многом вдохновлял московский метрополитен с его станциями-дворцами, однако по старой доброй традиции корейские станции еще более помпезны. Понятно, что про красоту своего метро корейцы могут говорить не переставая и при каждом удобном случае водят туда на экскурсию иностранных туристов.

«Международная выставка дружбы», больше известная под неофициальным названием «Музей подарков вождю Северной Кореи» (в первую очередь имеется в виду Ким Ир Сен), поистине поражает воображение. Этот гигантский комплекс вырублен прямо в скале. Он, безусловно, единственный в своем роде на всей нашей планете. Количество хранящихся в нем подарков превышает несколько сот тысяч. Тут можно найти все: от наручных часов до броневагонов и самых настоящих самолетов. Конечно, такие крупногабаритные подарки поместить в скальном музее было непросто, но корейцев никогда не смущали трудности. Нужно было поставить – поставили!

Конечно, стремление сделать что-то самое-самое у КНДР во многом объясняется конкуренцией с Южной Кореей. Состязание между Югом и Севером было особенно интенсивно в 1970-х – начале 1980-х годов. Тогда обе Кореи показали себя во всей красе. У демилитаризованной зоны (де-факто межкорейская граница) устроили соревнование в стиле «Чей флаг будет больше и выше развеваться». В итоге в этом сомнительном состязании победили северяне. Их гигантский флаг сейчас размещен на флагштоке высотой 160 метров, само же полотнище весит несколько сотен килограммов. Южане в конце концов отказались продолжать, как ее иронически окрестили некоторые СМИ, «битву флагштоков», водрузив свой флаг на высоте «всего лишь» 98 метров. Этой победой северяне гордятся до сих пор.

Список всего самого-самого в Северной Корее можно продолжать еще очень долго. Как только ты оказываешься в КНДР, сразу же ощущаешь стремление к масштабности, любовь к размаху и простору. Особенно показателен в этом отношении Пхеньян, который может похвастаться широченными даже по современным понятиям проспектами и улицами, на которых теряются автомобили. Здесь буквально на каждом шагу чувствуется размах. Все здесь «самое большое и высокое».

Корейцы постоянно с кем-то воюют. К счастью, в подавляющем большинстве случаев это бои виртуальные, ведущиеся в сознании людей, но тем не менее апелляция к образу войны, боя, поля битвы – один из важнейших приемов идеологической обработки населения со стороны пропагандистской машины. И именно эти образы оказывают заметное влияние на общую атмосферу, царящую в стране, а также на восприятие сложившейся в стране и мире ситуации самими корейцами.

Так, в КНДР активно продвигается идея, в соответствии с которой страна является своего рода осажденной крепостью, вокруг которой враги все теснее сжимают кольцо, потому что окружение страны за крайне редким исключением недружественное. А потому надо постоянно биться, сражаться, чтобы «отстоять, защитить, сохранить, победить».

Милитаристская символика встречается даже в самых мирных областях человеческой деятельности: крестьяне не просто собирают урожай, а бьются за него, строители не просто возводят здания, а бросаются в «скоростной бой по строительству» и т. д. В КНДР регулярно объявляются периоды «битв», которые приурочены к тем или иным крупным мероприятиям или празднествам. Предполагается, что на время очередной «битвы» все корейцы, как один, приложат невероятные усилия к достижению новых «невиданных успехов», дабы таким образом отметить либо день рождения вождя, либо день создания КНДР, либо съезд партии. По итогам «битвы» неизменно объявляется об «эпохальных успехах», и все остаются чрезвычайно довольны.

Продолжительность «битв» может быть разной. Например, накануне VII съезда Трудовой партии Кореи в конце февраля была объявлена «Семидесятидневная битва». В это время все мои знакомые корейцы, стоило лишь упомянуть о грядущем съезде, дружно рассказывали, какие титанические усилия они приложили, какие скрытые резервы мобилизовали, дабы «посражаться от души». Доходило до того, что директора производств сетовали на излишне ретивых рабочих: мол, домой их отправить после смены не представляется возможным, так и рвутся к станкам. Теле- и радиорепортажи, посвященные самым банальным, самым мирным на свете темам, типа уборки урожая или строительства очередного объекта, чаще всего велись такими голосами и с такими интонациями, с которыми политрук Клочков, должно быть, обращался к героям-панфиловцам: «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!» В общем, все как на войне. Кстати, после небольшого перерыва после «Семидесятидневной битвы» в КНДР объявили сразу «Двухсотдневную битву»…

Представители КНДР в своих официальных заявлениях, предназначающихся для зарубежной аудитории, часто в той или иной форме упоминают войну. В общем, вся жизнь северных корейцев пропитана битвой, все существование их – это постоянный бой либо за что-то либо против кого-то.

Роль военных в жизни КНДР гораздо более велика, чем во многих других государствах. Армия, наряду с партией и правительством, это один из трех главных столпов опоры власти. А до недавнего времени армия и вовсе была самой влиятельной организацией в государстве. С приходом к власти Ким Чен Ына военных стали постепенно задвигать на второй план, выводя вперед партию, но роль военных в делах общества по-прежнему невероятно велика. Апогеем военной доктрины был не отмененный до сих пор период «сонгун» – «приоритета армии», который был провозглашен Ким Чен Иром в качестве главной стратегии развития. В связи с этим военным положены многочисленные привилегии. Даже в общественном транспорте для военных отведены отдельные места, чтобы они могли гарантированно отдохнуть после трудового дня. Связано это с тем, что Ким Чен Ир, столкнувшийся с жесточайшим кризисом в середине 1990-х годов, выбрал в качестве главной своей опоры именно военных. Понятно, что им потребовались «особые права», и последствия решения вождя ощущаются до сих пор.

С другой стороны, военные раньше сильно влияли на жизнь Северной Кореи. Страну постоянно готовили к «окончательной освободительной войне», в результате которой к КНДР был бы присоединен Юг. В результате такого подхода существующая в стране социальная система имеет сильный милитаризированный уклон. Достаточно сказать, что и по сей день все мужчины КНДР должны служить в армии, причем служат долго. Максимальный срок службы – десять лет. Однако чаще всего «ограничиваются» пятью – восемью годами, что тоже, согласитесь, немало. Для женщин воинская повинность вводится регулярно. Так, с 2014 года служба в армии для женщин опять стала обязательной. Многие современные кореянки служили в армии, держали в руках автомат.

Сейчас в армии КНДР большое количество женских подразделений. Да и сама армия считается одной из самых больших в мире – если быть точным, то пятой по численности, уступая лишь Китаю, России, США и Индии. Хотя некоторые специалисты оспаривают это утверждение, я же считаю, что более-менее верная цифра – что-то около 1 миллиона 100 тысяч человек. И это при двадцатипятимиллионом населении! Только представьте: четыре процента от общего числа населения так или иначе служит в армии. А потому нет ничего удивительно в том, что военная культура, быт, реалии так тесно переплетены с повседневной жизнью простых корейцев. Тем более, что многие лично служили в армии. Это-то и накладывает отпечаток на жизнь всего общества.

Мы немного поговорили о милитаризацию сознания, теперь же пришла пора, пусть и коротко, рассказать о том, насколько глубоко идеологическая пропаганда вошла в повседневную жизнь корейцев, схематично упомянув ее основные методы и приемы.

Если говорить в двух словах и в некоторой степени упрощать многие вещи, то с легкостью можно заявить: официальной пропагандой пронизана вся жизнь корейского общества. Ясно, что на самом деле ни одно государство в мире полностью не свободно от идеологической пропаганды, но именно КНДР превратила ее чуть ли не в искусство. В Северной Корее нет альтернативных СМИ – только государственные. И СМИ эти традиционны – газеты, телевидение, радио. Львиная доля материалов и сюжетов посвящены деятельности лидеров страны. Это называется воспитанием любви к вождю. Официальные версии биографий трех Кимов рассматриваются во всех, даже самых незначительных подробностях. То же самое можно сказать про практику руководства на местах, когда вождь приезжает на завод или фабрику, в детский сад или научный институт, в теплицу или центр по испытанию баллистических ракет – да куда угодно! – и наставляет специалистов, рассказывая им, как надо работать. Естественно, что каждый их шаг прославляется, о деяниях повествуется с применением лишь превосходных эпитетов. Таким материалам отводятся первые полосы газет, выделяется самое лучшее время на телевидении и радио.

Большое внимание все северокорейские СМИ уделяют критике США и Южной Кореи. Новостные сюжеты обычно повествуют о каких-либо проблемах в этих странах, постоянно рассказывается о каких-то демонстрациях, конфликтах, стычках тех или иных общественных групп с властями, исподволь подчеркиваются нестабильность политического строя этих двух стран и нарастающее недовольство простого народа.

Другая особенность корейской пропаганды – широкое распространение радио. Репродукторы, динамики есть везде и работают они всегда на большую громкость. По улицам городов все время ездят агитмашины, «выкрикивающие» различные лозунги либо «разъясняющие» политику партии и правительства.