Северная звезда
Шрифт:
Она разрыдалась…
Остаток дня Маша почти не запомнила. Ни как они сидели у дверей, напряженно прислушиваясь, не выдаст ли себя засада, ни как, наконец, вышли на крыльцо с оружием наготове, пригибаясь и готовые в любой миг броситься наземь и стрелять в ответ.
Не помнила она и того, как, увидев на берегу тело Тимохи Серьги с вывернутыми собратьями карманами, она истерически расхохоталась, ни как они столкнули мертвеца в воду.
Ни того, как нашли кровь на камнях. Видимо, Маша кого-то зацепила…
Ни того, как, обнаружив, что бандиты забрали не только свою лодку, но и их «Веселого зайца», она от души выматерилась и по-русски и по-английски, теперь-то уж точно вспомнив все соответствующие слова, что слышала за последний год в этом краю грубых мужчин.
Все это сохранилось в её памяти лишь урывками. Как сон или как ночной пейзаж, увиденный при вспышке молнии.
Кое-как она пришла в себя, обнаружив, что Николай с перевязанной головой полулежит на нарах, а она молча готовит ужин.
Они посмотрели друг на друга. Мария смахнула набежавшие на глаза слезы и сказала:
– Неужто это все с нами было? Не могу поверить…
– А я могу, – грустно сказал Устюжанин, проведя рукой по бинтам.
Он обнял её и тихо и проникновенно добавил:
– А ты ведь мне жизнь спасла, Машенька…
– Они не вернутся? – вместо ответа осведомилась она.
– Скорее всего, нет. Главарь погиб, охотиться за тобой нет смысла – без него им все равно не справиться. А даром лезть под пули – ищите дураков! Правда, мы можем их опознать, но они, наверное, сейчас вовсю чешут в Дайю, чтобы убраться в Штаты. Там у них, судя по всему, что-то припрятано. Как доберемся до обжитых мест, надо будет объяснить первому встречному судье насчет них. Надеюсь, их все-таки повесят.
Мария молча прислушалась к шуму ветра, шелесту древесных крон, далекому крику птиц.
– Коля, скажи… ты ведь умный и сильный… Скажи, как мне теперь быть? Я убила человека и… мой отец… Как с этим всем жить?
Про себя она подумала, что не прикоснется к деньгам отца, начало которым положило кровавое золото. Пусть они достанутся Арбенину и он обходится с ними, как знает, а она… Она и так выросла на них!
– Да, – блондин ласково коснулся ее плеча, – это трудно… Но надо жить. Главное, мы вместе и живы! Вот и будем жить.
И добавил решительно:
– Будем… жить. А теперь обними меня, Машенька. Ты рядом, и я хочу, чтобы так было всегда.
Мария молча вытерла слезы.
Николай наклонился и крепко поцеловал ее…