Чтение онлайн

Ингемар молчал, и Транд чуть приободрился:

– Она тебе не нравится, предводитель? Жаль, ведь я хотел…

– Чего ты хотел? – Ингемар подошел к Транду вплотную, глядя на него сверху вниз, и тот замолк. – Хотел подсунуть мне вместо рабыни свободную женщину? Хотел, чтобы ее муж, придя сюда, попытался перерезать мне горло? Ведь ты знаешь, чья она жена, Транд. Ты привез мне топор войны с Агнаром.

Последняя фраза прозвучала в тишине – молчали все. Транд заметно побледнел и отчаянно пытался найти выход из ловушки, куда сам себя загнал.

– Она – чужеземка, - бормотал он. – Разве чужачка может быть свободной женщиной? Только на потеху горазда… А Агнар заслужил… За свои дела.

– Ты посмел вмешать меня в ваши разборки? – голос Ингемара жалил, точно змея. – И прийти ко мне в отряд? Как ты думаешь, что я с тобой сделаю?

– Ты так уважаешь Агнара! – взорвался Транд. Капли пота стекали по его шее. – А он помог Рагнейд, этой тупорылой шлюхе, заключить мирный договор с людьми с запада! Разве таким должен быть настоящий воин? Мягкотелый слюнтяй, который взял в жены чужеземку и лижет зад безмозглой королеве?!

– Ты, погляжу я, плохо знаешь Агнара, - медленно проговорил Ингемар. – А я знаю. Знаю, на что он способен. И знаю, чем ему обязан, ведь именно его руками был уничтожен колдун, та мразь, что насылала мертвяков на наши земли. Его дела с Рагнейд меня не касаются, покуда я не правлю тем краем. А вот ты, Транд – ты меня подставил. И что прикажешь с тобой делать?

Последние слова Ингемара повисли, точно топор над головой осужденного. Транд молчал и глотал воздух, но потом, все же, сумел справиться с собой.

– Поступай, как знаешь, - молвил он. – Я зла тебе не желал.

– Да. – От взгляда Ингемара, казалось, мог расколоться камень. – Ты просто меня использовал в своих интересах.

Отворотившись от Транда, Ингемар пошел к столу и залпом осушил рог. Отерев губы рукавом, он повернулся к Ольге, словно вспомнив о ее существовании. Но сказать ничего не успел – послышался низкий и протяжный звук. Так пел боевой рог северян.

Воины соскочили со своих мест и бросились к оружию. В мгновение ока бурное веселье уступило месту сосредоточенности и холодной собранности. Бряцало оружие, но ни слова не слышалось в полутемной дымной зале.

Ольга почувствовала, как мурашки бегут по спине. Что-то грядет… Она подобралась, но воины пробегали мимо нее, не замечая.

Кто-то опустился на колени рядом. Подняв глаза, Ольга встретилась взглядом с тем самым северянином, который первым заметил, что она очнулась.

Обнажив кинжал, воин быстро перерезал ее путы, а потом спросил:

– Умеешь обращаться с мечом?

Ольга молча покачала головой, холодея от страха. Что же случилось, что даже ее помощь может понадобиться?

– Тогда держись за нами, - велел северянин.

С этими словами он встал и направился к выходу вслед за остальными, а Ольге ничего не оставалось, как последовать за ним.

От свежего воздуха она едва не потеряла сознание, но, ухватившись за бревно, выступающее из стены, сумела прийти в себя, озираясь. На улице царила ночь, и в кромешной тьме Ольга ничего не могла разглядеть. Света от факелов было мало, слышались только крики, звон мечей и еще странный звук, нечто сродни шипению и сдавленному крику.

Сдерживая дрожь от холода и страха. Ольга попыталась найти глазами Ингемара, но ей это, понятное дело, не удалось. Крики становились все громче, в некоторых явно слышалась паника.

Девушка прижалась спиной к стене дома, пытаясь сориентироваться, но получалось плохо. Воздух словно звенел от ощущения чего-то страшного, неизбежного. Все мелькало перед глазами Ольги – тела людей, сверкающие полосы лезвий мечей, слышался свист стрел… Глаза ее привыкли к темноте, и она стала различать сражающихся, но ей никак не удавалось разглядеть нападавших…

Снова протяжно загудел рог, и этот низкий вибрирующий звук будто прошел сквозь тело Ольги. Ноги ее ослабели, она сделала шаг вперед, и в этот момент кто-то подскакал к ней на лошади, едва не сбив девушку с ног.

Ольга без раздумий ухватилась за протянутую руку, и всадник усадил ее позади себя. Она обхватила воина руками, чтобы не слететь с коня, а мимо проезжали другие – они отступали. Рог загудел снова, и на сей раз Ольга различила низкий голос Ингемара, который точно глас бога разносился на головами:

– Отходим! Назад, все назад!

Ее спаситель развернул коня, но замешкался, высматривая кого-то в гуще сражающихся. Ольга посмотрела в направлении его взгляда и едва сдержала рвущийся из груди крик.

Ибо теми, кто столь яростно нападал на северянин, были мертвецы. Их тела, местами сгнившие, с обнажившимися костями, шли напролом, будто из какой-то страшной ужасной сказки. С легкостью воины перебивали мечами рыхлую плоть и трухлявые кости, но тех словно становилось только больше. Они шли сплошной стеной, вынуждая лучших воинов беспомощно отступать.

Ветер задул со стороны нападавших, и Ольгу едва не стошнило от мерзкого запаха разложения. Вот чем пахло от северянина – похоже, не в первый раз он сражался с ними.

– Уходим! – снова разнесся над долиной голос предводителя, и тот, кто забрал Ольгу, ударил пятками по бокам коня. Они поскакали, оставляя позади чудовищных созданий.

Когда они добрались до вершины холма, Ольга не выдержала и оглянулась. Глаза ее едва вынесли зрелище, которое им предстало.

Вся долина внизу кишела мертвецами. Слова живая отвратительная река, они шли единым потоком, и будто не было конца этой реке.

Задрожав, точно осиновый лист, Ольга зажмурилась и прижалась к спине воина покрепче, чтоб не упасть. Только бы он увез ее отсюда… Куда угодно, только подальше от них.

Агнар гнал коня до темноты, а ночью пришлось немного сбавить темп – животное рисковало запнуться о камень или корень, торчащий из земли.

Проклиная темноту, воин упрямо двигался вперед. За тяжелыми думами и тревогами ночь пролетела быстро, а с рассветом он вновь пустил коня вскачь. Оставалось ехать уже не так долго – к вечеру он должен был добраться до начала владений Ингемара. Поход за колдуном, что он и его товарищи совершили весной, был более долог, потому что колдун обитал далеко на севере. Ингемар же со своими воинами обосновался поближе. Как считал Эрлинг, чтоб надолго не упускать из виду владения к югу.