Чтение онлайн

— Какое отношение ко всему этому имеет моя мать? — прошептала она.

Старик потянулся за бутылкой красного вина, которую официант оставил открытой.

— А вино неплохое, — заметил он, поднося бокал под нос. — Могу предложить вам немного?

— Я спросила вас, какое отношение имеет моя мать ко всему этому, мистер Хэррингтон.

Он поднял бокал с темно-красным вином на уровень своих глаз.

— Видимо, винодел, который производит это вино, знает его родословную. Он может документально подтвердить его корни по нескольким поколениям. — Старик поставил бокал на стол, и его глаза встретились с глазами девушки. — Вино имеет историю, мисс Кортни. А у вас есть только прошлое.

— Люди, подобные вам, вызывают у меня тошноту! — резко сказала Кэтрин. Ярость внезапно придала ей мужества. — Только потому, что мы не относимся к одной из богатых старинных семей, мы... Родословные существуют для виноградарства, мистер Хэррингтон, а не для людей. — Она швырнула свою салфетку на стол. — Я не собираюсь сидеть здесь и выслушивать этот бред. Когда вернется Дэв...

Она приподнялась со стула, но пальцы Артура Хэррингтона крепко сомкнулись на ее запястье.

— Послушайте меня очень внимательно, мисс Кортни, — спокойно потребовал он. Его глаза, как холодные льдинки, притягивали ее. — Вы бастард, ребенок, рожденный вне брака и не признанный вашим отцом.

Зал завертелся у нее перед глазами, красные и розовые вспышки смешались в один яркий калейдоскоп, и Кэтрин безвольно откинулась на спинку стула. В голове шумело, в горле нарастал неприятный комок. «Только не потеряй сознание, дура, — сердилась она на себя. — Посчитай столовое серебро, прожилки на скатерти... делай что хочешь, только не падай в обморок! Сделай глубокий вдох... вот так... теперь еще один...»

— Вы лжец! — бросила она ему. — Мой отец погиб во Вьетнаме...

— Он действительно там погиб, но попал он туда только потому, что предпочел армию женитьбе на вашей матери. Этот город верил в ее историю многие годы: прекрасная мужественная молодая вдова одна растит ребенка... Это я позволил им так думать. — Его голос понизился и стал еще более неприятным. — Скажите мне, юная леди, как вы думаете, что случилось бы с драгоценной репутацией вашей матушки, узнай город правду? Мы оба с вами знаем, как важно для нее положение и каким сомнительным оно стало бы, если бы...

— Я вам не верю! — тихо проговорила Кэтрин. Старик ухмыльнулся:

— Спросите вашу мать, дорогуша. Заставьте ее рассказать вам, какую щедрую сумму я дал ей от имени ее молодого человека. Если вы хоть немного уважаете ее, вы немедленно оставите моего сына.

— Это шантаж, — едва слышно произнесла Кэтрин. — Что, как вы думаете, сделает Дэв, когда я расскажу ему, что вы меня шантажируете?

— Если вы ему скажете, — прошипел Артур Хэррингтон, делая особое ударение на первом слове. — Но зачем бы вам, мисс Кортни? Мы оба знаем, что он проклянет меня и уедет отсюда. Оставит дело, которому посвятил всю жизнь. И мне, естественно, уже нечего будет терять. Но я обязательно позабочусь, чтобы все здесь узнали о вашем — как бы это потактичнее назвать — о вашем происхождении. Подумайте о последствиях, мисс Кортни. Ваша мать потеряет все, Дэвид потеряет все... — Он пожал плечами. — Так же как и вы в конечном счете. Вас ему будет достаточно на какое-то время, но потом он станет сожалеть о потере дела, компании, о той жизни, которую он привык вести. Как вы думаете, сколько после этого продолжатся ваши отношения?

Мать предупреждала ее об Артуре Хэррингтоне, но ничто не подготовило Кэтрин к холодной жестокости этого человека. Улыбающееся лицо старика поплыло у нее перед глазами. Она знала, что ей нужно встать и выйти из зала, даже если для этого потребуется собрать все последние силы. Хэррингтон все еще сжимал ее запястье. Кэтрин выдернула свою руку и чуть не зашаталась, когда встала на ноги. Холодные бисеринки пота выступили у нее на лбу, ноги и руки стало странно покалывать. Она сделала глубокий вздох и зашагала через зал. Выход казался таким далеким... дистанция до него такой бесконечной... Пол качался под ее ногами.

«Ты должна это сделать, — повторяла она себе. — Ты должна... Ты можешь это сделать... Просто передвигай ноги... сначала одну... потом вторую... вот так... один шаг... потом другой...» Но проклятый пол продолжал качаться, как будто он был сделан из желе, и внезапно она начала падать... падать...

Ресницы затрепетали, и Кэтрин открыла глаза. Она лежала на кушетке в небольшом кабинете. Застонав, девушка попыталась сесть, но легкое движение тут же вызвало спазм в желудке.

— Спокойно, юная леди, спокойно. Не двигайтесь так быстро...

— Доктор Ховелл? Что случилось?

Доктор помог ей сесть.

— Это ты скажи мне, Кэтрин. Ты упала в обморок. Твоя мать совсем обезумела. Я как раз собрался впустить ее сюда на минутку, а то она выломает дверь!

Кэтрин слабо улыбнулась:

— Да, думаю, я напугала ее до чертиков. Все хорошо, доктор. Вы можете ее впустить.

— Не сейчас, — возразил он, садясь рядом ней. — Кэтрин, я хочу, чтобы завтра ты прошла полное обследование. Я здесь провел лишь предварительный осмотр...

— Я в порядке, правда. Я не ела днем, а возможно, просто заболела.

Доктор неловко поерзал.

— Кэтрин, когда у тебя в последний раз были месячные?

Прямота вопроса ошеломила ее, как ушат холодной воды.

— Я... боже мой, я не уверена... Я...

Глаза девушки расширились от страха. Доктор Ховелл сочувственно кивнул, затем похлопал ее ладонью по руке.

— Зайди завтра, — мягко сказал он, — и я проведу полное обследование. Но думаю, в этом нет никаких сомнений, Кэт. Боюсь, налицо все признаки того, что ты беременна.

Два часа спустя, с осунувшимися от усталости лицами, Кэтрин и ее мать сидели лицом к лицу за кухонным столом. Между ними, как разбитая вдребезги тарелка, лежала романтическая история о военном времени и тайном венчании родителей Кэтрин.

— Как ты могла лгать мне все это время? — спросила дочь. Ее голос в тихой комнате прозвучал как хриплый шепот.

— Я хотела защитить тебя, детка, — устало ответила Джулия Кортни, объясняя и одновременно оправдываясь. — Мне едва исполнилось восемнадцать, и я совершила ошибку. Не было смысла впутывать тебя в это.

— Ты, должно быть, шутишь, мама! Я всю свою жизнь была впутана в это, хотя ничего и не знала. И кроме того, было совершенно нелепо пичкать меня всей этой ерундой насчет Артура Хэррингтона, не дававшего тебе повышения.

Мать нервно дернула головой.

— Это ты так поняла, Кэтрин. Я же просто сказала, что он изменил течение моей жизни.

— Что за высказывание! — горько воскликнула Кэтрин. — Но это же не его вина. Он добился изрядной помощи от... от моего отца. Чего я до сих пор не могу понять, так это как ты могла связаться с таким подонком? Я знаю твое отношение к людям, которые имеют деньги...

— Думай, что говоришь, Кэт! — резко оборвала ее мать. — Я не собираюсь оправдываться перед тобой. — Она тяжело вздохнула, и тон ее голоса смягчился. — Я думала, что люблю твоего отца, детка. Он казался таким замечательным... Согласна, возможно, все так случилось из-за того, что он происходил из богатой семьи, но он был красив, остроумен и... — Джулия пожала плечами и поднялась. — Мы все через такое проходим...

— Расскажи мне все с самого начала, — попросила Кэтрин.

— Боже мой, зачем? Какой в этом смысл?