Шаг змеи
Шрифт:
Для вас включают видеомагнитофон. На экране раввин авторитетно объясняет главную задачу Института: «Мы изучаем не древнюю мифологию, как, например, изучают греческих богов. Мы изучаем храм, который был, есть и остается центральным местом всей еврейской жизни».
На одной из видеокассет вы видите, как трое мужчин тщательно исследуют древние рукописи. В них — подробные описания церемоний, рисунки храма и его убранства. Точное следование каждой букве этих текстов — поистине фарисейский стиль [212] . Ведущий поясняет: несмотря на то, что два храма были разрушены, осталось огромное количество необходимых сведений. Воссоздание храма — центральный мотив напряженной интеллектуальной и духовной жизни еврейских мудрецов. В нужное время надо быть во всеоружии. Сейчас уже возникла возможность воплотить знания в безусловную реальность.
212
В книге «Еврейский мир» мы читаем о фарисеях: «Самое важное, что они — духовные предки всех современных евреев».
О том, как добывались эти знания, пишет Михаэль Лайтман: «Примером перехода духовных сил в материальные объекты может служить чертеж будущего Третьего Храма, описанного в книге Рахмаля «Микшани Элион». Этот великий каббалист, поднявшись по духовным ступеням путем огромной работы над собой, увидел силы, свет, источники еще не материализовавшегося Третьего Храма и по ним, то есть по корням, увидел, в каком виде, объеме они должны будут материализоваться в будущем, и составил подробнейший чертеж с указанием точных размеров каждой детали». Опять эти визионеры!
Пока до воплощения не дошло, в Институте можно купить одну занятную детскую игру. Из картонного набора вырезаются фрагменты храма, и ребенок возводит его сам. Образец дан на прилагаемом рисунке: на фоне Иерусалима высится величественное сооружение. Оно находится на месте мечети Омара {105} .
Следующие кадры: раввин Западной стены Иерусалимского храма (Стены Плача) Меир-Иегуда Гец ведет «репортаж» из прорытого под горой Мориа тоннеля: «Здесь видно расположение Святая Святых. Со времен первого храма это место не изменялось, и мы знаем, как к нему добраться. На стене видна печать последнего иудейского царя Иосии. Она указывает путь поиска спрятанного Ковчега Завета с подлинными скрижалями Моисея. Царь Соломон был мудр и под Святая Святых построил подземный тайник».
105
Некий Иегуда Эцион, судимый в свое время за подготовку взрыва мечети Омара и возглавляющий ныне движение «Хай векаям», изрекает: «Статус Храмовой горы можно и нужно изменить. 1300лет стояла на ней мечеть, но еврейский народ вернулся на свою родину, и уму непостижимо, почему он не хочет раз и навсегда положить конец периоду мусульманской оккупации».
Главный раввин Москвы Пинхас Гольдшмидт говорил автору этих строк, что среди евреев существует и другая позиция. Сначала явится Машиах, а уже затем он восстановит храм. В еврейских источниках читаем: «…поскольку любая попытка разрушить эти мечети вызовет исламскую войну (джихад) против Израиля, Храм может быть восстановлен лишь с приходом Машиаха».
Как мы помним, именно с этим событием связывается и возрождение еврейской государственности, поэтому часть верующих иудеев не признает государства Израиль.
Неужели взаправду? И не будет ли выкопанный иудеями «ковчег» чем-то похожим на отрытые тамплиерами «документы иудейских царей»? Не станет ли он очередной подделкой или таким же, лишенным благодати новоделом, как и прочие экспонаты Института? На этот вопрос, говоря о разорении Храма, свт. Иоанн Златоуст ответил много веков назад: «Ужели и откровение на камнях, и священное помазание, и все прочее уничтожил человек?
Не Бог ли истребил это? Всякому понятно. Почему же Он истребил? Не очевидно ли, что по гневу и совершенному отвращению к ним (иудеям. — Ю.В.)?
Притом же, какой теперь ковчег у иудеев, когда у них нет ни очистилища, ни помазания, ни скрижалей Завета, ни святаго святых, ни завесы, ни архиерея, ни фимиама, ни всесожжения и жертвы, ни всего другого, что делало тогда ковчег досточтимым? Мне кажется, этот (нынешний) ковчег их ничем не лучше и даже гораздо хуже тех сундуков, которые продаются на площади…» {106} .
На стендах экспозиции — множество драгоценных, искусно выполненных предметов. Литого золота гигантский семисвечник. Подарок, сделанный в 1999 году главой Всеукраинского еврейского конгресса и объединенных еврейских общин Украины Вадимом Рабиновичем… [213] Огромный, напоминающий самовар, сосуд для омовения. Он называется киона. В нем шесть кранов — по числу священников, которые будут начинать службу. Вот емкости с одиннадцатью благовониями для торжественных воскурений. Вот мизрак — кувшин из чистого серебра. В него сливают жертвенную кровь и несут в алтарь.
106
Поиски, начатые тамплиерами, продолжались и продолжаются. Но порождают они только газетные сенсации. Еще в 1911 году газета «Новое время» сообщила, что англичане Паркер, Робинс, Мак-Дэфф и американец Вильсон подкупили стражей мечети Омара (стоящей на месте Соломонова храма), ночью с 4 на 5 апреля подняли плиты мечети и опустились в склеп. Достали несколько ящиков и на автомобиле доставили их в Яффу на заранее зафрахтованный пароход.
Затем сообщалось: «Ученым-гебраистам удалось найти каббалистический ключ к писаниям пророка Иезекииля (и ученых заинтриговала «тайна Колесницы»? — Ю.В.) — можно угадать место, где при первом разрушении Иерусалима были закопаны сокровища древнего иудейского храма. Открытием этим воспользовались английские ученые круги, близкие к известному библейскому обществу» (читай: масоны. — Ю.В.). Якобы уже тогда было известно, где находятся корона Давида, меч, перстень Соломона, камни первосвященника «урим» и «туммим», жезл Аарона, скрижали Завета…
213
Он же — дважды находившийся на излечении в психбольнице, он же — осужден на 14 лет, он же — бывший советник Президента Украины, он же — глава Торгово-промышленной палаты «Украина-Израиль», он же — владелец целого ряда украинских средств массовой информации… Впоследствии ему был запрещен въезд на территорию Украины — в связи с причастностью к деятельности, наносящей значительный ущерб государству [145].
«У жертв из птиц отделение затылка от туловища совершается у юго-западного угла жертвенника, причем ноготь запускается так глубоко, чтобы разрезать оба, идущие на воскурение, органа…» Быть здесь священником непросто: «Если он отделил голову у жертвы или не отделил ее у всесожжения, то жертва не годна; если он выжал кровь головы, но не выжал крови туловища, жертва не годна», — поясняет трактат «Зевахим».
А вот на стенде — лопатка, чтобы собирать прах с жертвенника. Набор специальных ножей…
«Снимавший кожу с ягненка не ломал задней ноги, но продырявливал колено и вешал; кожу снимал до груди, он срезал голову и передавал ее тому, кому выпала голова; он доканчивал снимание кожи, разрывал сердце, выпускал кровь его, отрезал руки и передавал их тому, кому они выпали на долю…»
Руки? У ягненка? Нет, в трактате «Тамид» нет ошибки.
«…B Иерусалиме поили перед закланием из золотых чаш закалаемых животных и говорили, что у них спереди — «две руки», связывали им «обе руки», — с изумлением писал Василий Розанов.
Что это? Память о человеческих жертвах прошлого? Прообраз будущих жертв?
Да, иудейские жрецы оказались хорошими учениками жрецов египетских. Плутарх писал, что они: «…приносили Тифону в жертву рыжего быка, на котором не могло быть ни одного волоска — ни белого, ни черного, причем это жертвенное животное они предварительно отмечали печатью с изображением человека, стоящего на коленях с завязанными назад руками и с приставленным к горлу мечом». Подразумевалось страшное: принесение в жертву не животного, а человека.
К этим «мудрецам» и обращены слова пророка Исайи:
«К чему мне множество жертв ваших? — говорит Господь. — Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу… И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови» (1, 11–15).
Речь не только о нечестии самих иудеев; в боговдохновенных словах предвидится иная, новозаветная жертва. Свт. Иоанн Златоуст пишет о ней: «…одна только может быть названа чистою, ибо приносится не с дымом и испарениями, не с кровью и выкупом, но с благодатью Духа»…
Меж тем в Институте Храма вам поясняют: все ритуальные предметы изготовлены «очень специальными людьми в очень специальном месте». Сосуды, например, делают в мастерских семейства Нетеф. Его представители утверждают, что хранили особые секреты на протяжении веков.
Кто знает, уж не возводит ли это «специальное» семейство свою генеалогию к библейскому Хираму, мастеру, присланному Соломону царем Тирским?!
Этот «сын вдовы» упомянут в Ветхом Завете вскользь. Зато в некоем предании о строительстве храма он превращается в грандиозную фигуру мастера Адонирама:
«Никто из смертных не ведает ни отчества, ни рода, ни племени таинственно-мрачной личности Адонирама, гений которого настолько выше людей земли, насколько вершина высочайшей горы возвышается над малым камнем, осыпанным пылью ее подножия. Глубочайшим презрением ко всему человеческому роду дышит эта нечеловеческая личность, и законно презрение это: не от рода человеков тот, кто, как чужеземец, живет среди детей Адама…
И в глубине сверкающего ослепительным блеском огня видит Адонирам образ как бы человека, но величием своим безмерно превосходящего всякого смертного. И приблизился к нему сей образ, и сказал ему такое слово:
«Приблизься, сын мой, подойди без боязни! Я дунул на тебя, и пламя не властно уже прервать твоего дыхания».
И в смертоносный для детей Адамовых стихии объятый пламенем, обрел Адонирам неиспытанное, неслыханное блаженство, увлекающее его в самую глубину огня.
«Куда влечешь ты меня?» — вопрошает Адонирам явившегося.
«К центру земли, в душу мира, в область владычества Каина, с которым неразрывно и неразлучно царствует и свобода. Там — предел тирании Адонаи, завистливого Бога; там, смеясь над безсильной яростью его, мы свободно и безпрепятственно можем вкушать от плодов древа познания. Там — царство троих отцов».
«Но кто же я? Кто же ты?» — вопрошает Адонирам.
«Я — отец отцов твоих, я — сын Ламеха, внук Каина, я — Тувалкаин»…
И в святилище огненного царства предстал Адонирам лицом к лицу перед начальником своего великого рода. Денница — Люцифер, давший жизнь Каину, на лице сына своего отразил блеск всей своей неизреченной красоты и безпредельного величия… [214]
«Внимай, мой сын! Родится сын от тебя, которого ты не увидишь, и тот произведет от тебя бесчисленное потомство. И будет род твой неизмеримо выше породы Адама, но порода эта покорит под ноги свои род твой. И многие века благородный род твой все мужество свое, весь гений свой отдавать будет на благотворение неблагодарной и бессмысленной породе Адама. Но настанет день — и лучшие сильнейшими явятся, и восстановят они веру владыки Огня. Дети твои, объединившись под твоим именем, разобьют, как сосуд скудельный, власть царей земных, ибо они представители тирании Адонаи на земле»…» [87].
214
Каков диавольский перевертыш! Получивший на лицо свое «каинову печать», братоубийца описывается здесь как носитель «неизреченной красоты».