Чтение онлайн

— Ну уж простите.

— Да ради бога, Александра, — Трее отмахнулась. — Хотя ты ошиблась.

— Неужели?

Трее набросила на плечи тяжелый церемониальный плащ и как-то очень по-домашнему возилась с застежками.

— Я тебе обязана в некотором роде, — объяснила она, оборачиваясь. — Благодаря твоему мастерству флот Империи снова прошелся по галактике — пускай и гоняясь за «Телесфором». Нас уже много где позабыли.

Лучше молчать. Молчание — золото и кратчайший путь к безболезненной смерти, меня уже и так занесло порядком. Оставалась тысяча вопросов, и даже с половиной их было бы дьявольски обидно умирать, но иногда не получается по-другому. Конвоиры однозначно на это намекали.

Коридор — видимо, осевой на линкоре — был широким и просторным, и, наверное, прежней мне даже польстило бы идти по такому к собственной смерти. Прежняя «я», нынешняя «я» — что за детский сад? Я приосанилась. Боевой линкор Империи людей, в качестве провожатого — сама Кацуко-сан, за мной — пусть и косвенно — так долго бегал звездный флот Первого Гражданина…

«Не можешь избежать — прими достойно».

Спасибо, мама, это та мудрость, которой мне сейчас не хватало.

Встречные офицеры вытягивались в струнку, тяжелыми складками покачивался плащ моей спутницы, а потом откуда-то сбоку налетел вихрь.

— Простите, Кацуко-сан, мои извинения, — бормотала девушка, собирая с пола разбросанные карты.

Трее наклонилась и, ухватив недотепу за шиворот, встряхнула:

— Валерия! Ты меня позоришь.

Взлохмаченная девушка сделала страшные глаза и затараторила в духе: никак нет, Кацуко-сан, и в мыслях, Кацуко-сан. Я отвернулась, изучая броню конвоиров. Блокмастер скучающе смотрел в потолок, а его спутник по уставу глядел перед собой и фарса словно бы не замечал. Броня у обоих тяжелая, щиты активированы, а поясные кобуры скорчеров раскрыты в положение «быстрый хват».

«Любят меня. Любят и ценят».

— Да иди уже, чудовище, — буркнула за спиной Трее.

— Кальтенборн? Кальтенборн-Люэ?

Я повернулась на каблуках. Темно-русое каре, огромные зеленые глазища — и остренький подбородок. Вечная девочка, хотя она вряд ли младше меня.

— Валерия Гинемер, капитан Люэ, — сказала девушка, явно сдерживаясь, чтобы не начать тарахтеть. — Я только хотела сказать, что я рада… Ну, то есть мне жаль, что так все получилось. Горжусь встречей с вами, Александра.

Она кивнула, взглянула на Трее и исчезла. Только глядя ей в спину, я сообразила, что на нервной девчушке форма космофлота Империи, причем, если я еще что-то соображаю, — форма летного офицера.

— Это моя ученица, — сказала Кацуко-сан, жестом показывая, что нам пора дальше. — Взяла ее, когда прежний подопечный подался в бега.

— Бумажки перекладывать?

Трее покосилась на меня и снова улыбнулась. Меня передернуло: все представлялось, что я веду кого-то на казнь и вот так светски улыбаюсь.

— Бумажки? Ты тоже купилась, Александра. Забавно. Она капитан сингл-класса «Эйринофор» и вдобавок — боевой энергетик. Таких вот парней, — Трее указала большим пальцем себе за плечо, — отделениями швыряет.

А вы ведь любите своих учеников, Кацуко-сан. Гордитесь ими — Дональдом, Валерией этой малахольной. Наверное, у вас самой какая-то несовместимость с сингл-классом, вот и компенсируете изо всех сил. Я едва сдерживала неожиданную улыбку: иду вот на стирание личности и устраиваю психоанализ карманному стратегу ЕгоМеча.

— Пришли, — Кацуко-сан остановилась у широких двустворчатых дверей.

Оттуда выкатывали бокс, и мы посторонились. Дурацкая какая-то ситуация, и пауза дурацкая: ну что мне, «до свидания» ей говорить? Я подумала и решила спросить напоследок:

— А он и правда его сын?

Трее оттянула пальцем воротник кителя и кивнула. Плащ тяжело плеснул, конвоиры вытянулись на прощание, а я даже смогла недолго посмотреть в спину уходящему войд-коммандеру. Странная она. Прощаться вот не стала.

— Вперед, — кивнул блокмастер.

В лаборатории «Мнемозис» царило оживление. У десятка голопанелей суетились люди, они обменивались отрывистыми фразами на своем птичьем языке — ненавижу жаргон научников, и вот теперь это, наверное, последние слова, которые я услышу.

И что-то мне так по барабану, что аж самой противно.

Рядом с массивной внутренней дверью, разукрашенной всевозможными «запрещено» и «соблюдайте», за отдельно стоящим столом сидела женщина и смотрела видеозапись, в отличие от остальных бездельников, ковырявших цифры, графики и прочую высшую математику.

Женщина внаглую курила — самые обычные сигареты — и терла висок.

Я даже не стала удивляться, когда меня повели именно к этой странной блондинке.

— Доктор Окамото?

Блондинка выковыряла из уха микродинамик.

— Да?

— Отступник Кальтенборн-Люэ доставлена.

Доктор загасила сигарету в пепельнице и зло сказала:

— Вы бы ее еще к вечеру привели. У меня еще Червяк на сегодня.

— Извинения, доктор, — каркнул блокмастер.

— Сейчас. Надо прогнать тест.

Женщина встала и хлопнула в ладоши. Бардак в лаборатории тотчас же затих.

— Господа, еще один образец, всем внимание! Стэн, проверьте кинематику, Такуя — низкоуровневые настройки, Мия — уровень сигма…

Она сыпала и сыпала распоряжениями по организации моей казни, а я скучала. Так и хотелось поторопить эту нудную беловолосую дуру. Я проглотила «образец», проглотила дерущие горло вопросы, на которые так и не получила ответов, — я все проглотила и теперь с любопытством изучала лабораторию. Интересно, сколько я успею тут поломать, прежде чем сработает охрана?

Будь я уверена в том, что меня убьют на месте, я бы устроила тут самый настоящий цирк даже в энергетических наручниках, а так… Перебьетесь.

Уже чуть ли не засыпая в чудовищной апатии, я зацепилась взглядом за видеозапись, которую смотрела доктор Окамото, и ощутила удар под дых: на экране в каких-то захватах билась Мария Карпцова. Ее трясло и ломало, а яркий нимб над ее головой лучился всеми оттенками зеленого. Потом гомон в лаборатории на секунду затих, и прошлый удар показался мне нежным тычком.