Чтение онлайн

— Не уходи от темы, Граси, — ответил он, его тон стал мягче, но по-прежнему звучал строго. — Я знаю свою сестру. Она писклявит, когда что-то скрывает.

— Ничего я не писклявлю, — возразила я, тут же услышав эту высокую нотку, которую отрицала. — Ты все придумываешь.

— Конечно, — сухо сказал он.

— Ладно, чего ты хочешь, Рики? У меня есть дела.

— Ага, а ты только что говорила, что ничего не делаешь… — черт. — Слушай, Ари, я не звонил, чтобы спорить. Просто хотел узнать, как ты. Я понимаю, у тебя там свои планы, но мне важно, чтобы ты… чтобы ты все как следует обдумала.

Плечи напряглись, и я встретилась взглядом с Граси, в котором читалось сочувствие. Рики, без сомнения, любил меня, но всегда считал, что должен быть мне и братом, и отцом, особенно если думал, что я сбиваюсь с пути — его пути. Это душило.

— Рики, спрашивать об этом немного поздно, — сказала я, стараясь говорить спокойно, чтобы не провоцировать ссору. — Я уже за тысячи миль.

Граси фыркнула и вставила свои пять копеек:

— У Ари все отлично. Она быстро тут обжилась.

— Ага. А «обжилась» это значит что? Тусуется? Спит с кем попало? Папа бы одобрил?

Это было больно. Я напряглась, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения.

— Рики, я больше не подросток. Тебе не нужно контролировать каждое мое решение.

— Ну, когда ты не звонишь неделями, а потом берешь трубку с таким тоном, будто закапываешь где-то тело… — его голос смягчился. — Я просто волнуюсь за тебя.

У меня скрутило желудок от смеси раздражения и вины. Он не понимал, зачем я переехала, не понимал, чего я добиваюсь, потому что его решения никто никогда не ставил под сомнение. У него не было тех ограничений, с которыми сталкивалась я.

— Слушай, — наконец сказала я, выровняв голос, — я тебя люблю, но я устала от того, что меня все время считают ребенком. Может, это не то, что ты бы для меня выбрал. Или папа. Но это моя жизнь. И я сама разберусь.

Повисла пауза, такая длинная, что тишина начала давить.

Граси, почувствовав напряжение, вмешалась:

— Рrimo, тебе нужно просто довериться ей. У нее тут все хорошо.

В трубке раздался вздох Рики, на этот раз тише:

— Ладно, ладно. Просто… будь умницей, хорошо? Это все, о чем я прошу. И звони почаще, а? Если что-то понадобится…

— Знаю. Я могу тебе позвонить, — ответила я, и на губах все равно появилась легкая улыбка, несмотря на напряженный разговор. — Спасибо, Рики.

Звонок закончился, но внутри осталось странное чувство тяжести. Я вздохнула, запрокинула голову и уставилась в потолок, задаваясь вопросом — не будет ли это вечным перетягиванием каната между жизнью, которую я хочу, и жизнью, которую видит для меня моя семья.

— Это твоя жизнь, Ари, — мягко сказала Граси, будто почувствовав мою вину. — Ты имеешь право жить так, как хочешь.

— Может быть. Но иногда кажется, что быть счастливой и делать их счастливыми — взаимоисключающие вещи, — прошептала я. — Ай! — взвизгнула я, когда Граси со всей силы ударила меня по руке.

— Перестань, — строго сказала она, глаза ее сверкнули. — Твоя семья тебя любит. Они могут не понимать, но они тебя любят. Продолжай жить своей жизнью, Ариэлла, и они смирятся. Это все для них в новинку, ты ломаешь культурные нормы, и за это приходится платить.

В ее глазах появилась грусть, когда она поднялась и направилась к ванной. Я знала, она подумала о моем tio, ее отце.

Я также знала, что она права.

— Ах да, Ари? — она остановилась, посмотрела на меня через плечо. — Пустить кого-то в свою жизнь, пока ты строишь мечту — это не слабость.

Прежде чем я успела что-то ответить, она скрылась за дверью ванной, и в квартире раздался шум воды.

Что, черт возьми, мне теперь с этим делать?

ДАЛТОН

КОГДА ВСЕ ЕЩЕ ЖДЕШЬ СЛОВ ПОДДЕРЖКИ ОТ ТОКСИЧНОГО РОДИТЕЛЯ…

Я не был до конца уверен, чего ожидал, соглашаясь на этот фарс, но точно думал, что буду видеть Ари чаще.

Оказалось, я ошибался. Во вторник мы поехали на работу вместе — и все. Я даже не подвез ее обратно домой.

Я надеялся узнать о ней больше.

Если быть честным, я просто хотел быть рядом с ней.

Но она исчезала после тренировки ещё до того, как я успевал сойти с льда, каждый день на протяжении последних полутора недель. У меня закралось подозрение, что она меня избегает.

Даже Стивенс подошёл ко мне, приподняв бровь, и спросил, чем я её разозлил. К моему удивлению, в его тоне прозвучала нотка защиты, которую я не привык слышать

— Вы с Ариэллой что-нибудь планируете на выходных?

Я поморщился от звука голоса Хименеса. Мне нужно было поговорить с ним, все рассказать, потому что держать его в неведении начинало меня разъедать изнутри. Долго я так не протяну.

— Эм, пока не знаю, — ответил я, захлопнув шкафчик и стараясь держаться спокойно. — В конце концов, сейчас только четверг, до выходных еще есть время.

— Ну, а что вы делали в прошлые выходные? — спросил он, качая головой, когда я тупо уставился на него. — Вы только начали встречаться. Надо начинать думать об этом заранее. Выведи ее куда-нибудь. Угости вином, ужином. Женщины это любят.

Я не смог сдержать смех.

— Ари не такая, — сказал я, и на моем лице расплылась улыбка. — Она… более независимая.

Я вспомнил, как она наорала на меня за то, что я не дал ей вернуть деньги, которые перевел, прежде чем она дала мне свой номер.

Хотя, если честно, я толком ничего и не сделал. Только написал короткое сообщение, чтобы получить ее адрес. После этого она настаивала, что будет добираться на работу сама. По правде говоря, я больше не писал ей, потому что боялся. Что она откажет. Лучше уж вообще не писать… правда?

Хименес фыркнул, вырвав меня из раздумий, и раздражение поднялось в груди от его реакции.