Чтение онлайн

Слов не осталось – одни вздохи и междометия. Оказывается, всю жизнь она хотела именно этого! «Вот что значит – Ублажитель!» – дошло наконец до ОРайли.

– …давай вместе: да будут звезды!

— О–о-о–о-о–о!!!

Золото, серебро, сапфир и рубин, зелень изумруда – лукаво моргая, далекие солнца смотрели и все не находили сил отвернуться…

***

— Ева, ты уже на шхуне? Срочно зайди в свою каюту. Есть разговор.

— Иду, Телепень.

В коридорах «Нострадамуса» жужжали автоуборщики, счищая с драного линолеума следы ботинок, подбирая окурки «Бикфорда» и «Пневмоторакса Легкого», давленые банки из-под пива «Гесер Светлый»…

«Они тут что, мальчишник устроили, пока меня не было?!»

— Какие новости? – войдя в каюту, ОРайли заперла дверь на кодовую щеколду. – Явилась самка Альеносхромпа, закатить мне скандал? Небейбаба стал лидером движения «Прощай, оружие!»? Гей–стюард склонил к сожительству капитана Стриммера?!

— Я рад, милочка, что после тесного контакта у тебя прорезалось чувство юмора. Но суть в другом: я расколол дубль–файл. Честь имею…

Кривые рукописные строчки галопом рванули по стенному дисплею. Почерк был отвратительный, и впридачу с обратным наклоном.

— Ох, пардон!

С видимым усилием строки выровнялись:

ПРИКАЗ N 0000177

от 1 трупня сего г.:

Настоящий приказ отменяет все предыдущие. За невыполнение – ступенчатая аннигиляция.

Реал–вводная к операции «Далай–Лама». Секретность – 0000.

Информация, предоставленная компанией «Киллерман Пацифик», изложена тенденциозно. В действительности обнаруженный объект содержит внутри колонию ксеноморфов. Контакт с последними вылился в конфуз и конфликт с порчей движимого имущества. Возможны человеческие и нечеловеческие жертвы. Ксеноморфы в состоянии различной степени закукленности захвачены экипажем шаланды. Также на объекте была обнаружена кладка яиц, представляющих научный, культурный и оборонный интерес, в частности, для создания высокоморальных андроксеноидов модели «Штырь возмездия».

В связи с вышеизложенным приказываю:

— Операцию «Далай–Лама» считать условно–миротворческой.

— Любое противодействие экипажа «Нострадамуса» строго пресекать, вплоть до дистанционной трепанации черепа без суда и следствия.

— При стыковке с «Летучим Китайцем» экипаж последнего дезинтегрировать, как предателей интересов Человечества, и наградить медалями «За сообразительность» (посмертно).

— Яйца и взрослые особи ксеноморфов принять на борт.

— По возвращении на базу арестовать экипаж шхуны. Груз и арестованных сдать на склад ВКСЗ для сортировки и нейро–остракизма, после чего прибыть для личного доклада.

Командующий силами ВКСЗ сектора Беты Лебедя

генерал–манипулярий Гып Тхе Чачинбаль

***

— Ах, так?! – взгляд «Железной Брунгильды» сверкнул коротким замыканием. – Рядовой Телепень, слушай мою команду! Согласно указа Совета Безопасности ООМ…

где демонстрируется компромат, мужчины формируют новую семью, раскрываются заговоры в ассортименте, а в самом конце дается торжественное обещание

Небейбаба обнаружился в тире. Намотав ветошь на средний палец, обер–сержант сосредоточенно драил ствол седиментатора.

— А, землячок! На ловца, биомать, два конца, посредине гвоздик! Иди, полюбуйся, кобель хвостатый!

Голопроектор «Скважина», жалобно пискнув, подавился видеокристаллом. Воздух замерцал компроматом: Ублажитель–IV и Ева в обнимку дефилируют по коридору, скрываются в стык–шлюзе…

— Что ж ты творишь, паскуда зубастая? Контакт на бабу променял?! Давай, отбрехивайся: как вы в кино ходили, эту… «Барыню» плясали!

— Ты ее Торчок–I, Василий Архипович? – Альеносхромп угадывал в поведении Небейбабы знакомые нотки, но не решался поверить своему счастью. – Мы теперь родня?

— Я?! Торчок?!

Бормоча под нос: «Прав был фельдфебель Шандор, царствие ему небесное! Хороший зеленый – бледно–зеленый!», Небейбаба отшвырнул седиментатор. Дальше последовал верный «Кольт», нож, ремень с подсумками и гранатами.

Громыхнул, падая, бронежилет.

— Добро пожаловать в семью, родственничек! – оставшись в штанах, ботинках и дырявой тельняшке, обер–сержант сел в стойку «Едри–но–дача» и скрутил пальцы обеих рук в боевые кукиши. Так он, на зависть новобранцам, дырявил пятидюймовые доски. Альеносхромп едва успел в ответ принять ритуальную позу «Уполномочен заявить». Здесь он превзошел себя в соблюдении канона: хвост – петроглифом «Навеки Ваш», внешние челюсти разведены по швам, внутрь–пасть клацает от радости. Создавалась новая семья, ячейка общего Улья, и Василий Торчок–I только что добровольно лишился брачных тяжестей. Сейчас, согласно церемонии, он проявит свою благодетельную мощь Ублажителю–IV…

Небейбаба проявил.

С левой.

А потом еще раз с левой.

Подымаясь с пола, Альеносхромп восторженно замахал верхними лапами. Было очень сложно уберечь нового Торчка–I от ссадин, но удалось вовремя смазать щечный хитин хлюп–жижей. Да и сейчас, когда Небейбаба принялся отважно нырять под лапы, молодецки хакая, а втягивать когти означало нанести несмываемое оскорбление…

В исполнении «Жеста доброй воли» Альеносхромпу не было равных среди других Ублажителей. С минуту обер–сержант, релаксируя, любовался копией диарамы «Богатырская застава» работы Леонара Довинченко, украшавшей потолок трюм–палубы. Потом встал на четвереньки.

— Ы–ы-ы! – он вправил вывихнутый большой палец, оттопырив его спец–фигурой речи. – Тельник порвал, п–падла!

И перешел в ближнюю любовь.

Первое время Альеносхромп опасался за экзоскелет. Было бы невежливо вступать в семью с множественными трещинами наружных ребер. Василий Торчок–I, биомать на биомассу, из кожи вон лез, создавая новую ячейку, тяжесть десант–ботинок играла в церемонии не последнюю роль, и, опрокидываясь на хребет, разумный Улья заранее принял позу «А я, молоденький парнишка».

Обер–сержант все понял правильно.

***

— Мир?.. – осторожно спросил Небейбаба, косясь на зазубрины хвостового наконечника. Острие дружелюбно подбривало щетину на кадыке бравого десантника.

– …да любовь! – откликнулся Альеносхромп, открывая глазные заслонки. Плоские ногти милосерднейшего и великодушнейшего Василия Архиповича, похожие на триумфитовые зубила, щекотали зрачки. – А кого мы возьмем Вспомогателем–II и Добывателем–III?! Предлагаю кандидатуры Телепня и вашего капитана!

Обер–сержант сделал вид, что не расслышал. Сев на голопроектор, дернулся, когда из покореженной «Скважины» вдруг громыхнул Мендельсон. Достал пачку «Бикфорда», предложил мятую сигаретину новоявленному родственнику. Альеносхромп осторожно прикусил фильтр внутрь–пастью, дождался огонька и выпустил клуб дыма.

Жизнь была прекрасна.

— Ты Торчок–I из Торчков–I, Василий Архипович! Когда я впервые вступал в семью, мне пришлось регенерировать полтора оборота, прежде чем воссоединиться с ячейкой в коконе наслаждений!