Чтение онлайн

— Но если мы потеряем время и не успеем? Сколько людей погибнет из-за того, что мы пожалели двоих? Запасная одежда есть, не один комплект. Дадим немного еды, одежду, арбалет, отольем ведро горючего. И положимся на милость Исмины. Будем надеяться, они доживут до нашего возвращения. Обратно-то спешить некуда… На санях места итак не хватит.

— Все равно, Сати, оставить их тут — значит убить.

— А взять с собой — убить весь Мирфэйн!

— Может, хоть Ай возьмете? — интересуется Базиль. Сам он согласен остаться на верную смерть, но ей-то зачем погибать? — Может, она одна поместится? Она знает не меньше, чем я, вам бы пригодилась…

Но вмешивается Айша. И вмешивается так, что Базиль сомневается, не был ли кто из ее предков дворянином?

— Оставь их в покое, Баз! Видишь, сани переполнены, им надо спешить. Они уже итак нас спасли… Проживем как-нибудь. Ты ведь со мной…

И Базиль сдается, ничем не выдав накатившего отчаяния. Не за себя — за Айшу. Не сумел защитить, спасти, вытащить из ледяного ада, как клялся у священного огня в храме Исмины! Но год руководства отрядом не прошел бесследно: о его чувствах догадалась только жена — скрыть что-либо от нее мужу еще никогда не удавалось.

— Хорошо, я все понимаю, — как ни в чем не бывало, произносит он. — Можем ли мы как-то отблагодарить вас за спасение от огневца?

— Конечно, — произносит Аэлла. — Вы живете тут больше года, наверняка знаете о чудовищах, болезнях и прочих опасностях больше нас. Чем больше вы расскажете, тем больше у нас возможностей добраться до места, откуда все это расползается, и восстановить, как было…

— Едва ли оно вернется, это «как было», — замечает Базиль. В этот момент он напоминает не мальчишку шестнадцати лет, раньше срока вырванного катастрофой из детства, а зрелого, повидавшего смерть мужчину. В словах, как в зеркале, отражаются ужасы города смерти, все разочарования и невзгоды, и понимание: того, что было до, не вернешь. Можно избавиться от Тварей Ночи, вернуть земле лето, даже восстановить магию (хотя и спорно) — но никогда не встанут скрытые снегом обледенелые трупы, уцелевшие уже никогда не будут такими, как в убитом первым выстрелом довоенном мире. Бесполезно искать дорожку в прошлое, надо думывать о будущем. — Я покажу все, что может быть опасно в поле — в городе есть такое, чего в поле не встретишь. Наоборот, там стократ опаснее драконы: не защищают дома, да и от смертоносного снега не укроешься. Никогда не ставьте ногу, если нет уверенности, что снег обычный. Лучше бросить вперед деревяшку. А вот к тому снегу, с лиловым оттенком, и близко не подходите. Знаете, что такое смердянка? По глазам вижу — знаете! Снежок, если его потревожить, несет заразу. И еще: если впереди падает снег, старайтесь объезжать. В темноте не видно, обычный он или с хитрецой…

Когда вопросы и ответы заканчиваются, мы останавливаемся на отдых в пустом доме неподалеку. Базиль просвещает нас, темных — и я даже не берусь сосчитать, сколько глупых смертей мы избежали благодаря его советам — небось, полегли бы все еще до Саггарда… По его словам, увиденное нами — лишь малая толика здешних ужасов. Его опыт поистине бесценен. Он даст шанс добраться до цели — только тут, в Марддаре, мы поняли, как трудно это сделать. И насколько нужно.

Жаль, мы не можем их взять — но мы и правда не можем: не хватит ни еды, ни места в санях, с лишним грузом собачки пойдут вдвое медленнее. А мы итак не успеваем. Земля Ночи куда больше, чем изображалась на картах.

— Не успеваем, — мрачно произносит Неккара, прикусив обветренную губу. — Даже не знаю, сколько времени прошло…

— Я знаю, — нарушает молчание Аэлла. — Мы еще не опоздали, но до конца года осталось пять дней. Я чувствую благодаря Силе Мира.

— Пять дней, — эхом отзывается Неккара. На лице появляется отчаяние и безнадежность, тут же спрятанные под обычной непроницаемой маской.

День за днем сани несутся сквозь морозную мглу. Здесь, севернее Марддара, мороз уже напоминает то, что я видел в темнице Владыки. То и дело попадаются кучи опасного снега. Мы, не прожившие год под властью иномировой Силы, успели бы погибнуть тысячу раз, но наставления Базиля даром не пропали. Ни разу не угодили мы и под смертоносный снегопад, хотя обычный снег порой шел. Но хуже всего то, что в некоторых местах белой смертью завалило тракт. Выручает Толлардо, знающий в этих краях, кажется, каждую пядь. Бывший полковник (и, надеюсь, будущий коннетабль) всегда находил окольные пути. Мы каждый раз умудряемся проскочить через все преграды, и пусть медленнее, чем хотелось бы, но все равно стремительно продвигаемся к северу.

— Что-то эти места мне напоминают, Франко, — задумчиво бормочу я, стараясь определить: идет впереди обычный снегопад или смертельный. — Холм вон тот, речушка замерзшая…

— Ты и вправду здесь был, Левдаст, — отвечает Толлардо. — Прошлым летом с драгунской ротой и тремя (или все-таки четырьмя?) пушками. Подумать только, когда-то здесь было лето…

— То есть… Мы уже у Саггарда?

— Через часик будем. Впрочем, проверить все равно невозможно.

— Верно, — вздыхает Сати. — Эти двое в Марддаре бы и не знали, лето сейчас или зима, пока вы не сказали.

— А здесь, насколько помню, находились наши пушки, — указывает Толлардо.

— А там — наши укрепления, — тыкаю я пальцем в полуразрушенные, почти полностью занесенные снегом дома. — Которые вы бы и не взяли, если б не эрхавенцы…

— Ошибаешься, — цедит обиженный полковник. — Пусть не сразу, но…

— Но мы успевали так и так, — отвечаю я. — Вот что важно. И, увы, дело свое я сделал.

Село все ближе — заметен занесенный снегом, но еще различимый бруствер — тут когда-то стояли ствангарские пушки.

— Никого, — тихонько шепчет, словно боясь потревожить могильную тишину, Аэлла.

— Естественно, — отвечаю я. — А ты ожидала увидеть здесь селян, баб с ребятишками? Думаю, Твари Ночи тут погуляли еще раньше, чем в Марддаре. Да и снежок разнообразный наверняка еще год назад выпал. Не удивлюсь, что местные отсюда бежали в Марддар, а уж оттуда не выбрался никто. Бегство шло с севера на юг, но никак не наоборот…

— Столько трудов положила Империя на освоение Поля, и все пошло прахом, — не к месту вздыхает Толлардо.

— Если по-настоящему нужно, все отстроят, — отвечаю я. — Кстати, насколько помню, в доме старосты был тайник с припасами, на случай осады мы туда свезли съестное, что в селе нашли. Кроме того, там есть банька… Есть желание попариться? Несколько часов ничего не изменят.

— Изменят, — Неккара явно недовольна. — Если мы опоздаем…

— Мы все равно опоздаем, если что-нибудь не придумаем, — бурчу я. И вдруг в голову приходит идея, от которой я сам опешил. Но если все верно, она — наша единственная возможность успеть. — А если придумаем, успеем с запасом.

— Магия в Поле не действует, — напоминает Неккара.

— Спорим, что действует? — восклицаю тоном охваченного азартом мальчишки. — На поцелуй!

— Зачем тебе? У тебя же Амме есть, — усмехается Неккара, но обреченности в ее голосе поубавилось. — Что ты удумал?

— Как что? Кто сотворил заклятие на Сумрачном?

— А ты будто не знаешь, — отзывается Неккара.

— Конечно, я. И даже отсюда чувствую, что были израсходованы далеко не все силы, вложенные в заклятие. Оно живо до сих пор, понимаешь, Нек? Хотя вокруг магические токи уничтожены. Его будто подпитывают… Наверное, оно нужно, чтобы не «закрылись» Врата. Но оно может подчиниться или мне, его создателю, или Аэ, человеку-Ключу.

— Еще кого-нибудь хочется пустить в Мирфэйн? — с нескрываемым возмущением спрашивает Аэлла.

— На такое Силы уже не хватит. Но если вложить ее в перемещающее заклятие…

— Это возможно? — сомневается Крейтон. — Придется перестраивать все заклинание…

— Справимся. У меня есть опыт, у Аэ — Сила, так что денек у нас есть. Ну, то есть, какое-то время… Как насчет баньки?

— Делайте, как знаете, — махает рукой Неккара. — А если не сработает?

— У нас есть выбор? Кстати, останется время на поиск и освобождение Тетрика.