Чтение онлайн

Вот и одежда. Придется возвращаться через Врата, а на Земле Ночи по-прежнему царит самая долгая и морозная из мирфэйнских зим.

— Скорее, скорее! — приговаривает Базиль, натягивая сапоги, шерстяной свитер, тяжелую шубу, надевая шапку-ушанку и поверх нее — капюшон. — Они будут прочесывать все! Не забудь, в момент перехода оборачиваемся «совами».

Лес остается позади. Летит назад поле, усыпанное диковинными цветами, под бесплотными ногами не пригибается трава, даже самый опытный следопыт не сможет определить, где они прошли. Вот и Врата — прямо посреди цветущей поляны стоит мертвенно-голубая стена, но свет поглощается солнечным сиянием. Базиль в последний раз смотрит на щедрое, горячее солнце, напоминающее о летнем Эрхавене — и взмахивает новообретенными крыльями, влетая в призрачное свечение. Отстав на пол-копья, следом устремляется Айша.

Мирфэйн встречает их так, как и должен был встретить: темнотой и лютым, запредельным даже для полярной ночи холодом. И, конечно, непрерывным потоком Тварей Ночи. С последними, впрочем, проблем не возникает. Базиль и Айша вливаются в стаю таких же «сов», направляющихся на юг. Сверху видна огромная равнина, усыпанная заиндевелым шлаком. Тут и там встречаются крупные стаи чудовищ. Они спешат изо всех сил, направляясь к одному и тому же месту. Базиль чувствует укол ужаса: они опоздали, добытые сведения уже никому не нужны. НАЧАЛОСЬ…

Внимание Бонара, парящего в промороженном небе, привлекает одиноко бредущая к Вратам человеческая фигурка. Принадлежаит она явно не Вестнику, но бегущие на юг Твари Ночи ее не трогают.

«Сатька! — думает Базиль. — Еще пакость задумала».

Базиль и Айша камнем пикируют на землю. Остальные «совы» ничего не замечают: у них есть задание, все остальное не имеет значения. Юноша садится на ледяной шлак, вновь становясь самим собой. Рядом материализуется Айша. Девчонка немедленно встает на пути пуладжийки, уперев руки в боки. Сати пытается обойти, но не тут-то было. Айша посторонилась, как раз настолько, чтобы толкнуть ненавистную девку плечом. «Не может ей простить, что нас в Марддаре оставили, — думает Базиль. — Как бы драться не полезла…» Поколотить предательницу было бы неплохо, но на такие глупости нет времени. Айша удерживется от искушения, только показывает пуладжийке язык.

— Куда собралась, дорогуша? — спрашивает нынешняя «госпожа Бонар». — Кого на этот раз дуришь?

На сей раз Сати не может скрыть чувства. На милом личике отражается сперва испуг, потом изумление и, наконец, ярость.

— Не ваше собачье дело! — огрызается она.

— Ты права, мне плевать, что с тобой сделают! — нахально усмехается Айша. — Знаешь, дорогая, откуда мы? Из того мирка, что создали с помощью ворованной у Мирфэйна магии.

— Да ну! А как к Вратам проскочили? Зверюшки ням-ням хотят, а тут хоть паршивенькое, но мяско…

— Не твое собачье дело! — передразнивает Айша. — Кстати, мне там понравилось — тепло, море рядом. Красотища… А еще там есть особнячок, где Вестники переработки ждут…

— Что? — лишь теперь пуладжийка понимает: они и вправду побывали на тыловой базе, куда, как считал Наместник, не может проникнуть посторонний. Значит, не так всесильны Хозяева, как кажется…

— Не знала? — издевательски интересуется Айша у Сати. — Вестники создаются для дела. Когда дело исполнено, их перерабатывают, дабы создать новых Вестников для новых дел. Думаю, тебя обрадует, что как раз о тебе они там говорили. Добро пожаловать в дружную семью Вестников после переработки. Говорят, из тебя сразу четверо получится…

— Вранье! Они обещали мне… — почти кричит Сати и осекается. Такое нельзя произносить вслух. Тем более врагам.

— А ты торжественно клялась в верности Храму Исмины, — еще шире улыбается Айша. Базиль смотрит и поражается — когда же юная жена успела научиться так улыбаться? Точь-в-точь незабвенная Хитта в захваченном родовом особняке… — И еще много в чем. Ну и что?

— Все вы врете…

— Ай, нас ждут! — торопит жену Базиль. — Пусть идет. Что могла, она уже сделала. — Возвращайся к хозяевам! — обращается он к Сати. — Послужи им напоследок материалом для изготовления Вестников.

— Стойте! — кричит Сати. Поздно: с земли взвиваются две «совы» и, стремительно набирая высоту, исчезают в мутном небе.

Первое время после разговора девушка машинально бредет к Вратам. Остается совсем немного, не больше мили — но что-то мешает. Идти обратно с каждым шагом хочется все меньше. Тут тьма, холод и схлестнувшиеся в невиданной битве маги и чудовища. А там солнце, лето, теплое, ласковое море и уютная усадьба. Но чем для нее обернется уют? Не той ли самой «переработкой» в четырех обычных Вестников, которых позже, по миновании в них нужды, вновь «переработают»? Может быть, впервые Сати задумалась над тем, отчего Вестники похожи друг на друга как две капли воды, и выводы не обнадежили. Достойный Храма Лаэя прагматизм в действии, но у немытых старцев-торгашей меньше возможностей, и они хоть не претендуют на владение Миром. Лишь на извлечение из него прибыли ради новой прибыли.

«Вранье!» — решительно думает Сати и ускоряет шаг. Теперь Врата можно видеть без всякой магии — они возвышаются копий на сто над валом шлака. Они искрятся, сияют, манят, разгоняя мрак мертвенно-голубым свечением. Но теперь этот блеск кажется не оживающей мечтой, а коварной ловушкой для простаков.

«Да что со мной? Околдовали, что ли?!» — думает Сати. Но Вестник сам сказал: «Знаешь, почему они поверили тебе? Они слишком верят себе, своему уму и опыту. Не понимают, что кто-то может обмануть их самих. Ты похожа на них, Сати. Не верим никому только мы. Потому мы сильнее вас всех». Он был с ней по-своему честен, предупредил, да она не вняла предупреждению, убежденная, что может читать в душах людей все их помыслы, но никто не способен проникнуть в ее душу.

…И не проверишь — точнее, проверить проще простого. Нужно лишь вернуться за Врата, как и требовал Вестник, и принять дальнейшую судьбу.

Но этого делать как раз и нельзя. Там она окажется в полной их власти. Здесь — учитывая, что ее частица у них в руках — вроде бы тоже. Но…

Сати зло усмехается — и бросается бежать прочь. Сейчас, на самом пороге Врат, она понимает, что решение принято, и пути назад нет. Наверное, Хозяева ее отлично видят и могут в любой момент стереть ослушницу в порошок — тот плевок в «чашу» для вызова Вестника дал им такие возможности. Вернуть или уничтожить «чашу» невозможно. Значит, надо попросту забыть о ней. И предупредить Тетрика, чтобы прорвался к Вратам, уничтожил их как можно скорее. Это будет и ее спасением.

Легко сказать… Где он теперь, Тетрик? Как добраться к нему, ведь Вор Магии остался у Вестника? И не попасть бы на зубы к его Тварям Ночи. Или Аэллиным…

Глаза Сати широко раскрываются. Аэлла ближе остальных, вдобавок ее не отделяет от пуладжийки фронт начавшейся битвы. Нужно добраться до нее, повиниться в обмане и предупредить. Может, бывшая подруга и простит. Нельзя допустить, чтобы Аэ и Тетрик столкнулись в бою — хотя бы потому, что это нужно Хозяевам. Нужно убедить их помириться, как-нибудь остановить готовых к схватке глав Храмов, а потом всем вместе штурмовать Врата.

Вначале расплывчатый и неясный, план быстро обрастает подробностями. Наверняка любой дипломированный стратег назвал бы его безумием, порожденным самонадеянностью глупой девчонки. Но ничего, кроме безумия, не поможет в безумной ситуации.

Колдовать в центре магического безобразия Сати не может. Но она может идти за ордами Тварей Ночи, надеясь, что они приведут к бывшей подруге.

Последняя стена гор. Кажется, ее не в силах одолеть даже наша «летающая колесница». Покрытая снегом вершина проносится так близко, что мы, похоже, коснулись днищем «колесницы» заснеженного камня. Затем мы медленно снижаемся. Холод проникает даже сквозь стены аппарата, заставляет ежиться и кутаться в шубы.