Чтение онлайн

– Прошло почти два года, а я всё так же безумно люблю тебя, Эйден Райс, – выдохнула я, собственноручно нанося ещё один порез искромсанному сердцу. – Двадцать один месяц. Я прожила без тебя двадцать один месяц. Это нереальная цифра, учитывая, что раньше уже через трое суток у меня начиналась астма. В этот раз она тоже началась. Только в этот раз я задохнулась. Просто не умерла. Это странное чувство – словно выпал с самого высокого в мире здания и выжил.

Склонив голову набок, я погрузила пальцы в холодный песок, сжала кулак и принялась бесстрастно наблюдать за просачивающейся тонкой струйкой коричневых частиц. Они так стремительно убегали вниз, что, набирая каждую следующую порцию, мне всё равно было мало. Мало времени для верной формулировки крутящихся на языке слов. Слов, от которых хотелось убежать. Но убежать можно лишь с пляжа. От себя не убежишь.

– Я не смогла никому признаться, но тебе скажу. – Отряхнув ладонь, я теснее прижала сосуд к груди. – Я ушла бы за тобой. Тогда. В клинике. Если могла бы ходить. Если могла бы украсть таблетки или любой острый предмет. Если сестра хоть на минутку ослабила бы бдительность. Но сейчас… Сейчас я рада, что у меня не получилось. И не потому, что этого не хотел бы ты. А потому, что этого больше не хочу я.

Горькая улыбка растянула губы, когда перед глазами предстал знакомый подвал, кожаный диван и сидящий на нём Эйден. Я до мельчайших подробностей помнила тот вечер. Даже тот дурацкий журнал с полуголой девицей, которую Райс рассматривал с напускным и на тот момент ещё непонятно почему раздражающим меня интересом. Дразнил.

– В нашу вторую встречу ты пообещал ответить, что может быть сильнее ветра, – прошептала я, слизывая языком соль. – И ты дал ответ. Очень развёрнутый.

Моя любовь к тебе – неистовее любого смерча.

Твоя смерть для меня – разрушительнее любого урагана.

Одно и то же явление – разные последствия.

Я испытала каждое…

– И я буду до конца откровенной: стремление начать сначала – это не только моя заслуга. Мне помогли. Ты уже знаешь о нём. О Максвелле. Он не такой, как ты. На первый взгляд, он будто твой антипод. Но в нём есть качество, которое я очень ценю. Честность.

Я утёрла рукой лицо, чувствуя прилипший к мокрым щекам песок.

– В глубине души я ощущаю себя предательницей, когда рассказываю тебе об Уайте. Но ты упустил одно, Эйден… Ты не сказал, как мне жить, если тебя не станет. Не дал инструкции. И этот уровень мне придётся пройти одной. Стать сильнее, – судорожный вздох вырвался сквозь плотно стиснутые зубы. – Я не знаю, осталось ли что-то от меня.

Внутри каждый орган подписан твоим именем, как на посылках.

– Моё сердце умерло девятого января вместе с тобой, но я очень постараюсь запустить его снова. Набрать медленный темп. И если для этого мне понадобится помощь, я ей воспользуюсь. Я испробую всё, лишь бы не свихнуться окончательно. Потому что…

Я больше не могу тебя придумать… не могу тебя увидеть…

Я больше не могу сойти с ума…

Вдохнула поглубже, потому что для озвучивания убийственного решения, к которому я шла весь последний месяц, требовалась тройная доза кислорода.

– Хочу дать себе шанс на новую жизнь. И для этого… Я должна попрощаться с тобой, Эйден, – шесть слов надрывно сорвались с искусанных губ и развеялись по ветру, обдавая звенящей пустотой истерзанную грудную клетку. – Попрощаться – не значит забыть. Попрощаться – значит отпустить. Я должна отпустить тебя, – старалась твёрдо выговорить я, но всхлипы сжирали все храбрые попытки.

Меня изнутри словно выжгли азотом, и я алчно ловила губами воздух, пытаясь заменить его на такой необходимый сейчас кислород.

Надсадные короткие вздохи. Один. Два. Три… Семь.

Я хочу почувствовать тебя. В последний раз.

Прикрыла веки, ощущая, как на глаза тонкой вуалью ложится незримый аромат. Его аромат. Жадно втягивая родной запах, я пыталась надышаться, пропуская через себя тысячи счастливых кадров. Миллионы моментов, отравляющих кровь. Кромсающих душу. Я соберу их и помещу в одно место. Один отсек. Создам капсулу чувств и вживлю в память. Навечно.

– Что, если в другой реальности мы не сидим сейчас здесь? Что, если ты не пошла ко мне в гости или я не купил торт? Что, если мои родители не приняли решение переехать в Майами, и мы с тобой даже не знакомы? А может… Всё было совсем по-другому, и я уже украл твой первый поцелуй?

– Я каждый день думаю о параллельных реальностях, Эйден. Каждый день я завидую другим нам. Тем нам, которые вместе. Эйден Райс – знаменитый архитектор, Эмили Райс – редактор крупного издательства. Ранним утром они просыпаются под тявканье смешной собаки, и Мили идёт жарить банановые оладьи. Эйден съедает свою порцию и начинает воровать у жены, на что она смеётся и целует его в губы со вкусом арахисовой пасты. В том мире у них впереди десятки счастливых лет. В этом же наше «навсегда» внезапно сократилось до жалких пяти. Ничтожный срок.

– Я хочу прожить с тобой всю жизнь. А ты?

– Это слишком мало, Эйден. Я хочу прожить с тобой все свои жизни.

– Я буду искать тебя в каждой.

– Я говорила это бессчётное количество раз, но хочу повторить, – запальчиво изрекла я. – Прости меня. За ту ночь. За те слова. Я никогда не сомневалась в тебе. Я сомневалась в себе. Сомневалась, что достойна тебя. Я словно до конца не верила, что ты выбрал меня. И за этот выбор я буду вечно тебе благодарна. Ты – мой, Эйден Райс. И навсегда останешься моим. В памяти. В сердце.

Наши души бессмертны, и в каждом из миров моя всегда будет искать твою.

Я поднялась и, сняв сандалии, прошла прямо в воду. Запрокинула голову назад и, всё глубже утопая ступнями в желейном песке, вглядывалась в самую густоту суровых туч.

– Небо сегодня очень красивое.

– А знаешь, почему оно красивое? Потому, что мы смотрим на него вдвоём.

– Небо растеряло краски. Осиротело. И я не могу пообещать, что вновь раскрашу его в яркие тона… Но я могу пообещать тебе, Эйден, что научусь смотреть на него… без тебя.

Научусь жить без стука твоего сердца.

Открыла крышку урны и кончиками пальцев коснулась праха, не желая думать, что от человека, ради которого я была готова на всё, остался лишь пепел. Зачерпнула горсть и мгновенно разжала кулак. Частички покружили в воздухе: легко, воздушно. Словно речь не о смерти. Словно впереди их ждёт светлое будущее, а не гибель в недовольных водах Атлантики.

Следующая горсть – полное растворение. Ещё одна, и изображение поплыло, размазалось от слёз. Под плач природы и собственные хрипы я, уже ни черта не видя перед собой, продолжала совершать механические действия, с горечью осознавая, что этот момент прощания навсегда осядет кровяным сгустком в голове. Как опухоль, которую не вырежешь.

Приблизившись к кульминации, я замедлилась и, прежде чем разжать пальцы, учащённо проморгалась, чтобы запечатлеть в сознании финальный аккорд.

Игра пройдена.

Конец.

Брызги воды исчезали в моей одежде, волосах, стекали по щекам и впитывались в пропитанную солью кожу. Я ласково провела пальцем по ободку кольца, представляя, как касаюсь его милой родинки на кончике носа. Прикрыла глаза, ощущая фантомные поцелуи любимых губ. Замедлила миг, чтобы ухватить и впитать ускользающий навсегда след нежности.