Чтение онлайн

Последний концерт нашего тура проходил в «городе ангелов» в Стейплс-центре, который находился рядом со знаменитым Лос-Анджелесским конференц-центром, служившим местом проведения ежегодных выставок «Electronic Entertainment Expo» (выставка компьютерных игр) и «Greater Los Angeles Auto Show» (выставка интернациональных автомобилей). Лейбл очень рисковал, замахнувшись на большую арену, которая вмещала порядка двадцати одной тысячи зрителей. Никто не верил в то, что «Потерянное поколение», молодая «зеленая» группа, соберет такое количество фанатов. Но чудо произошло — билеты раскупались, как «горячие пирожки» и уже меньше, чем за сутки их распродали. Я не забуду тот момент, когда Купер с безумными глазами залетел в номер и заорал:

— Они раскуплены! Билеты проданы! На концерт придет двадцать одна тысяча зрителей! Вы вообще представляете, что это значит?! Вся арена будет заполнена фанатами! Вашими поклонниками!

Тогда я, кажется, впервые в жизни услышал звон в ушах, а перед глазами плясали маленькие белые точки. Парни кричали, как ненормальные, обнимались и тоже не верили в происходящее, а я… Трудно описать состояние, в котором я находился. Блаженство, счастье, радость, эйфория — все одновременно.

Я влился в нескончаемый поток, который двигался в сторону центрального входа. Это моя маленькая традиция перед каждым концертом, своеобразный ритуал, игра под названием «стань невидимкой», «одним из…», «не попадись на глаза вампирам (репортерам)». В тот момент я вспоминал, что когда-то так же ждал с нетерпением встречи с кумирами, предвкушал, как буду частью огромной толпы сумасшедших поклонников. Но теперь не я пришел послушать и увидеть, а меня, «Потерянное поколение», нашу группу. Я любил наблюдать за счастливыми лицами, слушать разговоры, чего они ждут, какая именно песня им нравится, что фанаты думают о нас и музыке. Возвращался на несколько лет назад, на Стадион Содружества в родной Эдмонтон и концерт Metallica, где дал себе обещание, что также буду собирать стадионы, и музыка «Потерянного поколения» зазвучит из каждого телефона.

Моя мечта сбылась, цель жизни стала реальной.

Затем я выходил на сцену и чувствовал себя Куртом Кобейном, Джеймсом Хэтфилдом или Брайаном Джонсоном. Меня окружали восторженные крики поклонников, буря невероятных эмоций, их поднятые руки с телефонами или зажигалками. В тот миг я ощущал себя по-настоящему живым. Стоя на сцене и держа в руках неизменный Гибсон, я мечтал, что стану когда-то легендой; человеком, чье имя будут всегда вспоминать, а песни группы слушать веками.

— Син, «Потерянное поколение» часто называют «проснулись знаменитыми», — говорит хорошенькая девушка-интервьюер, застенчиво улыбаясь. Концерт закончился, мы спели «на бис», и теперь по сценарию нас задалбывали вопросами. Только парни смылись зависать в клуб, а я давал интервью, сидя в гримерке. — Группе всего три года…

— Группе не три года, — устало перебиваю и поднимаю на нее глаза, вертя в руках стакан с тоником. — Мы играем уже восемь лет, но знамениты стали три года назад.

— Да, именно, — спохватывается блондиночка и снова улыбается, сверкая скайсом (специальные ювелирные украшения для зубов в виде драгоценных и полудрагоценных камней). — Как вы думаете, почему именно «Потерянное поколение» слушают миллионы подростков? Благодаря чему вы стали так популярны и востребованы?

Хочу ответить: «Благодаря ей», но нет. Я же «никогда не влюблялся», «у меня нет постоянной девушки», «веду разгульный образ жизни, как типичная рок-звезда»… Да, не забывать об «образе».

— Почему нас слушают миллионы? — вздыхаю, поглаживая кожаные ремешки на запястьях. — Потому что наша музыка задевает жизненные темы: наркотики, алкоголь, проблемы в семье, буллинг, селфхарм. Сейчас на подростков слишком много возлагают, чего-то добиваются. В свои пятнадцать-семнадцать мне нравилась свобода выбора, никаких рамок, ограничений, в общем-то, как и сейчас — ничего не меняется, — хмыкаю и продолжаю: — Я считаю, человек вправе сам решать, как ему поступать. Хуже, когда давят и не дают возможности самовыражаться. Поэтому я музыкант, а не офисный работник, обложенный стопками бумаг. Я делал то, что хотел и добился поставленной цели. Скорее всего, благодаря этому «Потерянное поколение» так популярно.

— Группа выпустила два полноформатных альбома, но они совершенно разные. Многие критики назвали «Грязь» мрачным, тяжелым и даже трагичным. Автором текстов и музыки являетесь вы, участники группы. Что склонило на написание такой довольно депрессивной музыки?

«Она. Разлука с ней», но я снова лгу:

— Наверное, тогда было такое настроение.

Пожимаю плечами и делаю пару глотков из стакана, заглядывая в ее суженные глаза.

— Я слышала, что первый альбом написан совместно с Джинет Браун, бывшей вокалисткой, с которой вы состояли в отношениях и расстались из-за подписания контракта. Может, именно поэтому второй альбом пропитан грустью? Расставание, неразделенная любовь…

Ухмыляюсь и подпираю голову рукой, глядя в хитрые карие глазки. Забавно. Она сумела меня удивить.

— Черт, это было так давно… — взлохмачиваю волосы и смотрю на блондинку исподлобья. — Что даже лень вспоминать, — выдыхаю и провожу пальцем по губам. — Мы играли в одной группе, но наши пути разошлись, потому что Джинет улетела из страны со своим отцом. Вот и все.

— Вы не интересовались ее дальнейшей судьбой?

— Это интервью или допрос? — раздраженно бросаю и откидываюсь на спинку кресла. — У нас ограниченное количество времени, так что задавайте вопросы по сути.

Блондинка едва заметно улыбается, роется в сумке и кладет белый конверт на стеклянный столик, многозначительно играя бровями.

— Я могла бы продать фото…

— Не интересно, проваливай, — показываю жестом на дверь и резко поднимаюсь. Сколько раз такое было? Уже достали такие «интервьюеры», которые хотят выбить бабок, угрожая «снимками».

Девушка даже не шевелиться, и я выгибаю бровь, грубо кидая:

— Ну? Или тебе помочь?

— Даже, если это касается Джинет Браун и солиста группы «Fhantom»?

— Ты глухая? Я сказал про-ва-ли-вай, что не понятного?

— Син, проблемы? — открывается дверь и показывается лысая голова Дани, нашего охранника.

— До девушки туго доходит, проведи ее, — недовольно произношу и киваю на побледневшую блондинку. — В следующий раз пусть дают интервью Купер или Билл, достали, бля…

Дани берет неудачного «рэкетира» под локоть, но она не собирается так легко сдаваться, упирается и кричит, что подаст в суд.

— Прости, Син, машина ждет возле черного входа, — виновато говорит охранник и выпроваживает визжащую девушку, от которой вянут уши.

Я надеваю капюшон и солнцезащитные очки, направляясь к дверям, но глаза натыкаются на конверт, который забыла блондинка. Уже хочу выйти, берусь за ручку, но что-то тянет взглянуть, какую «ценную информацию» она собиралась продать. Распечатываю конверт и замираю. Я предполагал, что там будет голый Оззи или Райт, развлекающиеся с фанатками (такое уже случалось) или наподобие. Но на снимках совсем другое: Джи и Киллер, фронтмен группы «Fhantom», входящие в отель в Эдмонтоне.

Джи