Чтение онлайн

— Сестрички?

— Моего сокола. Ты должен помнить.

— Отлично. Ты ведь можешь стать кем угодно?

— Да.

— Тогда поменяй внешность и посмотри, что со слугами. А я разберусь с охраной. И кстати, пусть никто не знает о нападении. Можешь это устроить?

— Вполне.

–  Нужно будет привести кабинет в порядок. А слуги пусть думают что просто заснули. Со своими людьми я разберусь сам. Они совсем сноровку потеряли.

— Верни Марата назад. А в тот филиал отправь кого-нибудь из управляющих. Да и собери вокруг себя всех своих людей. Думаю скоро у нас начнутся веселые деньки.

— А с этими, что будем делать, особенно с их помощницей?

— Увидишь. Заодно отобьем желание быстрой наживы у всех желающих. Нужна демонстрация того, что с нашей семьей связываться себе дороже. А эти, послужат великолепным примером для демонстрации нашей силы.

— Давай только без смертоубийства! Нам еще в этой стране жить.

— А я здесь причем? Я слабая беззащитная девочка, которую ты спасаешь. А вот тебе придется выступить…

— В качестве рыцаря?

— Нет, амплуа рыцаря тебе не пойдет. А вот дракона, чью добычу попытались у него забрать вполне.

— Ну что ж моя добыча, поступим по-твоему. Давненько мне не удавалось повеселиться за чужой счет.

С утра во всех газетах и новостях появилось сообщение о похищении наследницы корпорации Алия. Причем с подробностями. Особое возмущение у людей вызвало абсолютное бездействие опекуна Аланы Алия. В средствах массовой информации вовсю обсуждалось, стоит ли доверять подобному человеку опеку над ребенком. Скандал был в самом разгаре, когда перед созванной пресс-конференцией на котором присутствовали сотни журналистов появился сам Михаил со своей живой и здоровой подопечной. Все воочию убедились, что с девочкой все в порядке, не смотря на казалось бы неопровержимые доказательства в виде фотографий и видео материалов. А еще больший ажиотаж поднялся, когда в полицию пришло сообщение о нахождении похитителей. Михаил и Алина тоже поехали на задержание. И каково было удивление полицейских, когда во время облавы главарь банды пытался взять в заложницы свою пленницу, утверждая что это Алана Алия. И действительно, фигурка, которую тот держал, очень походила на фигуру девочки. Вот только когда свет от прожектора упал на лицо так называемой жертвы, и журналисты и полиция неожиданно увидели вместо человека куклу. Поле этого задержать преступников ничего не стоило. И почти никто из присутствующих не заметил, как Михаил и Алина переглянулись, скрывая усмешку. А в суматохе никто не заметил, как в воздухе растворилась та самая кукла, вызвавшая подобный ажиотаж. И только пара внимательных глаз, не пропустила странную реакцию виновников всей этой суматохи.

Впрочем мнение этого человека никого не интересовало. Да и он сам сомневался в собственных наблюдениях. Особенно в том театре абсурда в центре которого все в этот день оказались. Ну и на десерт, Михаил рассказал журналистам, что узнал о нападении заранее, и позволил похитителям поверить в то, что им все удалось. Тем самым сумев обеспечить безопасность подопечной. А также сообщил, что возможность попасть в дом, им предоставила одна из служанок которая в данный момент дает показание в полиции. И что, целью похищения служил не выкуп как все думали, а желание дискредитировать Михаила как опекуна. И тем самым передать опеку над девочкой в руки лорда Деверо. Её деда.

Решив действовать на опережение, Михаил таким образом повернул стрелки так, чтобы в случае каких либо действий со стороны своего противника, суметь выбраться из его ловушек. Которые, тот мог расставить. Отдавать Алину в руки этого безумца он не собирался. Даже не смотря на то, что возможно его подопечная в подобной защите не нуждалась.

Дни потянулись очень медленно. Несколько деловых поездок, и рабочая рутина, затягивала подобно трясине. В доме ничего не происходило. Алина спустилась в гостиную и расположилась на диване с книжкой. Сегодняшний день, она почти с боем вырвала у Михаила. С трудом убедив, что пока тот будет на работе ничего не произойдет, сейчас она просто наслаждалась тишиной и отдыхом. В последнее время девочке все труднее было оставаться спокойной. Любой звук, или резкое движение, заставляли испытывать такое нервное напряжение, что она просто боялась сорваться. При этом не только она была взвинченной. Беспокойство и агрессивное поведение выказывал и сокол. Слуги будто чувствуя, что девочка не в духе, старались лишний раз её не тревожить. И Алина была благодарна за это. Вот только ближе к вечеру, её состояние резко ухудшилось. И не успел Михаил переступить порог, как девочка на него налетела.

— Что случилось?

— Срочно, мне нужно помещение со звукоизоляцией, и крепкими стенами. — Алина шептала, боясь голосом показать свое состояние и перейти на крик. Вот тогда мужчина пригляделся к ней, и с беспокойством увидел, что девочка с трудом удерживает личину. Схватив за руку, он бегом направился к пустующей части дома. Резким криком приказав охране оставить их, он провел её в одно из подвальных помещений. Вслед за ними, туда влетел и сокол, который опустился на плечо девочки.

— Не пускай никого, и сам не входи.

— Надолго?

— Я сообщу. — и посмотрев на толстую, металлическую дверь выдавила улыбку. — И запри дверь снаружи. Уходи, быстро!

Заперев дверь, и на всякий случай забаррикадировав его довольно тяжелым шкафом, Михаил несколько минут простоял прислушиваясь к каждому звуку. Он уже несколько дней замечал нервозное состояние подопечной. А сегодня она впервые с ним поссорилась. Причем ссора возникла буквально на пустом месте. Но не только это настораживало. Её сокол, который как он знал жил на чердаке, тоже вел себя неадекватно. Совсем недавно обнаружив несколько мертвых голубей около дома, мужчина забеспокоился. И судя по тому, какой грохот сейчас раздался не смотря на звукоизоляцию, беспокоился не зря.

Вернувшись в кабинет, мужчина постарался выглядеть как обычно, скрывая беспокойство за маской задумчивости. Не выдержав, он несколько раз спускался к тому помещению, где оставил девочку, но вот только все было без изменений. И лишь спустя около десяти часов, появилось ощущение что его зовут. Спустившись, он прислушался. Но за дверью была тишина. Отодвинув шкаф, он впервые, наверное за последние лет десять почувствовал что-то похожее на страх. Толстая металлическая дверь была практически изрезана. Открыв дверь, которая поддалась с трудом, видно покореженный метал за что-то цеплялся, Михаил осторожно заглянул в помещение. Алина сидела посреди разрушенной комнаты, держа в руках птицу. Оба выглядели обессиленными. Сама же комната представляла собой зрелище не для слабонервных. Чего только стоила огромная дыра в стене, которую судя по следам выбивали голыми руками. Хорошо хоть стена была не несущей. Оглядев саму девочку, мужчина не нашел никаких особых перемен. По крайней мере пока она не подняла глаза. Они стали другие. Если раньше на счет цвета её глаз можно было сослаться на линзы, то теперь это стало невозможно. Теперь зрачков не было. Глаза полностью представляли собой красочное радужное многоцветие. При этом, черты лица стали более мягкими, человеческими что-ли?

Девочка с трудом поднялась. На попытку Михаила помочь ей покачала головой.

— Как ты?

— Устала. Что изменилось?

— Кроме глаз, никаких кардинальных изменений нет. Сама все скоро увидишь. Сможешь дойти до своей комнаты?

— Смогу. Закрой помещение, чтобы никто не смог зайти. И то соседнее тоже. И пару дней, пусть никто ко мне не заходит. Кроме тебя. Неизвестно, что еще со мной может произойти. По крайней мере, тебя после нашей первой встречи я не шокирую. И нужно клетку принести для сокола. Не стоит его сейчас отпускать. — опустив взгляд на птицу, Михаил отметил, что тот тоже особых изменений не претерпел. Став внешне более похожим на своих сородичей.

— Хорошо, пойдем. С остальными изменениями потом разберемся. Все спят. Никто не увидит, тебя в таком состоянии. — но тем не менее, сняв пиджак, укутал девочку. Дорога до комнаты, впервые Алине показалась очень длинной. Но тем не менее, они добрались без происшествий. Вот только ни Алина, с трудом сосредоточившаяся на дороге, ни Михаил, чье внимание было полностью поглощено девочкой, не заметили случайного зрителя.

Поводив девочку до комнаты, и убедившись, что с ней все относительно хорошо Михаил направился к себе. Вот только зайти не успел.

— Что с ней? — голос Марата прозвучал неожиданно.

— Она просто плохо себя почувствовала. Ничего серьезного.

— Тогда почему ты не помог ей дойти. А только проводил? Я и сам заметил, что ребенку плохо. Вот только меня удивило не это. А то, что ты за весь путь даже не позволил ей опереться на свою руку.

— Марат…

— Миш, я многое понимаю. Тем более, что происходившие события в последнее время не могло на тебя не повлиять. Знаю, что не хочешь привязываться. Но она ребенок. И ей плохо!