Чтение онлайн

Эшвар склоняется надо мной, его кристальный лик переливается всеми цветами радуги.

«Почему у тебя не выходит?» – спрашивает оно.

– Откуда я знаю? – кричу я со слезами в голосе.

«Почему. У тебя. Не выходит?» – повторяет существо.

– Это ты должен меня научить!

«Что затуманивает твой разум? – продолжает оно. – Что мешает тебе?»

– Я не…

«Ты не просто сосуд для силы, Аврора Цзе-Линь О’Мэлли. Ты и есть сила. Сила, которая должна разрушать планеты. Ты находишься в месте разума. И узы, связывающие тебя с этим, – оно касается моей груди мерцающим пальцем, – только сдерживают тебя. Ты должна отпустить то, кем была, чтобы стать той, кто ты есть».

Оно смотрит на меня сияющими радужными глазами.

«Сожги. Все. Дотла».

Я опускаю голову, предательские слезы наворачиваются на глаза.

– А что, если у меня не получится? – спрашиваю я.

Эшвар пожимает плечами.

«Тогда ты ничего не будешь делать».

Кэл

Аврора недовольна.

Мы находимся здесь уже несколько недель, а успеха, похоже, так и нет. Когда она тяжелой походкой возвращается в наш лагерь после очередного дня бесплодных попыток, я ощущаю, как отчаяние переполняет ее. Она тонет в моих объятиях, тает под моими поцелуями, и на мгновение все становится хорошо. Она с радостью приходит сюда. Ко мне. К нам. Но я все равно чувствую исходящее от нее тягостное уныние.

– Как мне тебе помочь, бе’шмаи? – спрашиваю я.

– Не знаю, – бормочет она. – Я не знаю, что нужно сделать.

Я привлекаю ее к себе, прижимая щекой к своей груди, и глажу по волосам.

– Что говорит Эшварен?

– «Освободись от оков пло-о-оти». – Она протягивает звучным голосом, передразнивая хозяина этого места, и шевелит пальцами у меня перед лицом. – «Ты должна отпустить то, кем была-а-а-а, чтобы стать той, кто ты е-е-е-сть. Сожги все дотла-а-а-а».

Я посмеиваюсь, и при виде ответной улыбки на ее лице мое сердце ликует.

Духи Пустоты, как же она прекрасна…

– Возможно, это нормально – медленно идти к успеху? – спрашиваю я. – Может быть, такова часть пути каждого Триггера?

– Я даже не знаю, бывал ли кто-то из Триггеров здесь до меня, – вздыхает она. – Я вообще ничего не знаю, кроме того, что ничего не знаю.

– Зато я знаю тебя, – говорю я. – Ты одна из самых отважных, сильных людей, которых я когда-либо встречал. – Разворачиваю ее лицом к раскинувшейся перед нами сине-зеленой поляне, мои ладони лежат на ее бедрах. – Делай так, как оно тебе говорит.

– Ты о чем?

– Освободи свой разум, – призываю я. – Думай только о том, кем ты должна быть, а не кем была. А после создай нам что-нибудь.

– …Что, например?

– Что-то простое, – предлагаю я. – Может, костер?

Она глубоко вздыхает. Все еще неуверенно. Но в конце концов кивает:

– Хорошо.

Аврора закрывает глаза. Тянет руку к пустому пространству, где на участке в нескольких метрах от нас растет идеально ровная трава. Я чувствую внутри нее борьбу, чувствую, как напрягаются ее мышцы.

– Я не могу… – выдавливает она сквозь стиснутые зубы.

– Ты можешь, – шепчу я.

Она кривится, ее рука дрожит.

– Сожги, – выдыхает она. – Сожги все дотла.

Я крепко обнимаю ее. Мысленно подбадриваю. Но тут, словно в голову ей пришла новая мысль, Аврора убирает мои руки со своей талии и высвобождается из кольца моих рук. С возрастающим в груди изумлением я наблюдаю за тем, как земля перед ней мерцает, воздух покрывается рябью, будто в воду бросили горстку камешков.

– Отпусти, – шепчет она.

И как по волшебству, из земли вырывается пламя. Не просто неконтролируемый огонь, а костер с горящими поленьями. Я даже чую запах древесного дыма, ощущаю жар, слышу потрескивание дров в огне.

Аврора с сияющими глазами поворачивается ко мне.

– Кэл, я сделала это!

Потом взвизгивает и падает в мои объятия, на ее лице восторг. Она встает на цыпочки и впивается в меня губами, я и сам почти целиком охвачен радостью ее победы. Но где-то в глубине души та часть меня, которая чувствует себя неуютно под взглядом Эшвара, которой стало больно, когда она убрала мои руки со своих бедер и высвободилась из объятий, соглашается: да, она сделала это. Но сделала…

Одна?

«Сожги», – сказала она.

«Сожги все дотла».

Аврора

Прошел месяц, а я до сих пор испытываю трепет волнения каждый раз, когда передвигаю камень по поляне. Теперь он, легкий, как перышко, кружит в воздухе исключительно под действием моей силы воли.

– А как тебе такое? – бормочу я себе под нос.

«Камень не может ответить тебе, – замечает Эш уже не в первый раз. – Не только потому, что не способен думать и говорить, но и потому, что это ненастоящий камень».

– Значит, он не будет против, если я за счет него выиграю, – отвечаю я.

Я чувствую его. Всех их. Дюжина булыжников, которые я подвесила над головой, кружат в воздухе, будто бабочки на ветру.

Я ощущаю силу не только внутри себя, не только в какой-то отдельной части, а везде – во всем. Как только я избавляюсь от ощущения собственного тела, солнечного тепла на коже, всякого понимания, что я кто угодно, только не эта внутренняя сила, очередной булыжник поднимается из реки и присоединяется к остальным.

Я смотрю на Эша, изогнув губы.

– Неплохо, да?

– Цзе-Линь, – вдруг произносит голос за моей спиной.

Сердце замирает. Внутри все сжимается. И хотя мне знаком этот голос так же хорошо, как мой собственный, я понимаю: этого не может быть, не может быть, не может…

Я оборачиваюсь и вижу позади его.

Он выглядит, как и прежде. До… до Октавии. Ослепительная улыбка, сияющие глаза, морщинки на лбу, над которыми так часто подшучивала мама. Он стоит посреди поляны в окружении колышущихся цветов и улыбается мне.

– Папа? – шепчу я.

Рядом со мной раздается грохот, когда один из булыжников падает на землю. Я вскрикиваю, потому что следом за ним летит еще один и еще, и быстро отскакиваю в сторону. Множество камней, которые я минуту назад с такой легкостью поднимала в воздух, теперь ускользают, как песок сквозь пальцы. Земля под их ударами трескается, цветы раздавливаются всмятку.

«Почему у тебя не выходит?»

Я лежу, распластавшись на земле, и смотрю на склонившегося надо мной Эшвара. Его силуэт вырисовывается на фоне розового неба, он глядит на меня своими радужными глазами.