Чтение онлайн

"Что за странный разговор получается у нас в брачную ночь, - думала Скай.
– Я лежу в объятиях своего второго мужа и обсуждаю с ним достоинства первого".

– Халид, - медленно произнесла она, - уважал мой ум. Именно он со своим секретарем научил меня, как вести дела и вкладывать деньги. Он шутил, что если с ним что-нибудь случится, я поражу всех, показав, как хорошо справляюсь с его делами.

Джеффри Саутвуд подивился словам жены. С момента знакомства со Скай он тщательно изучил репутацию Халида эль Бея. Из-за расстояния это оказалось непросто - Англия была так далеко от Алжира, но граф испытывал острый интерес к этому человеку, который вначале купил, а потом полюбил неизвестную женщину. То, что он обнаружил, удивило графа. Несмотря на дело, которым он занимался.

Халид эль Бей считался джентльменом. Его любили за честность, щедрую натуру и обаяние.

Разобраться с последней чертой его характера для Джеффри было особенно сложно. Для него всегда было безразличным, имеет ли его любовница других мужчин. Но Скай - дело другое: она его жена. Были ли у нее до него мужья? Это его беспокоило, и невольно он крепко ее сжал.

– Джеффри!

Губы графа грубо пронеслись от шеи к груди, оставив пылающий след.

– Ты сравниваешь меня с Халидом, Скай?
– сердито спросил он.

Она тут же все поняла. Никогда раньше он не был уверен в женской любви.

– О, Джеффри, - прошептала она и обняла мужа.
– Никакого сравнения быть не может. Халид останется Халидом, а ты есть ты. Я любила его таким, каким он был, а тебя люблю таким, каков ты есть.
– И она нежно поцеловала его.
– Я люблю тебя, милорд Саутвуд, но иногда ты ведешь себя глупо.

Но сейчас он себя глупым не чувствовал.

– Разве так мы должны проводить свою брачную ночь?
– шутливо спросила Скай.
– Раз мы закончили с моим покойным мужем, давай обсудим бесчисленных леди, украшавших твою постель.

– Мадам!
– проревел он, изо всех сил стараясь не уронить достоинства, и тут же услышал сдавленный смех.
– Ну и ведьма!
– расхохотался он.
– Интересно, кто-нибудь поверит, что молодожены в брачную ночь ведут такие разговоры?
– И он покрыл ее лицо поцелуями. Скай счастливо рассмеялась, и Джеффри вторил ей.

– Мне не удастся долго скрывать мое положение, - задумчиво проговорила она, - а королева требует, чтобы я служила вместе с ее фрейлинами.

– Когда должен родиться ребенок, дорогая?

– Ранней осенью после сбора урожая.

– Ты чувствуешь себя нормально?
– заботливо спросил он.

– Иногда по вечерам меня мутит. Особенно от запаха жареного мяса. Но сегодня, слава Богу, все обошлось.

– Тебе как можно скорее нужно ехать в Девон. Месяц твое положение не будет заметно, а потом ты уедешь.

– Лучше выехать через два или три месяца. Признать беременность меньше чем через два месяца после свадьбы, - значит навлечь на себя гнев королевы. Она женщина строгих правил, Джеффри. Кроме того, переезд для меня тогда окажется более безопасным. Месяц мы можем не появляться при дворе - не лишит же нас королева медового месяца. А когда мы вернемся на королевскую службу, я притворюсь, что падаю в обморок. Тогда все поздравят тебя с намечающимся прибавлением семейства задолго до того, как мы сделаем свое счастливое объявление. Тогда, если ты пожелаешь сопровождать меня в Девон, тебе это разрешат, и никто не будет обижен..

– Я начинаю понимать, - проговорил граф Саутвуд, - почему Халид эль Бей так доверял твоим суждениям. Удивительно обнаружить такой трезвый ум, упрятанный в такой хорошенькой головке.

– Ты мне льстишь, милорд, - сухо ответила она.

– Да, ведьмочка, я тебе льщу!
– И, швырнув жену на подушки, целовал ее до тех пор, пока ее счастливый смех не начал долетать до бального зала.

Глава 18

Откинувшись в кресле в кабинете лондонского дома, Найл Бурк смотрел в окно. Сквозь пелену дождя над рекой начинало светлеть небо. В камине весело потрескивали дрова, но в теплой комнате огромному ирландцу было холодно. В руке он сжимал большой бокал, из которого отхлебывал розовое вино со специями. Юго-западный ветер, принесший дождь к свадьбе Скай, ревел за окном.

Новый порыв загрохотал ставнями, и Бурк помрачнел еще больше. Свадьба миссис Гойи дель Фуэнтес и графа Линмутского сразила Найла. Вместе с Констанцей и другими приглашенными он наблюдал, как самая красивая на свете невеста выходит замуж за симпатичного жениха. Это было мучительно. В памяти всплыла озаренная свечами церковь в доме О'Малли и испуганная юная невеста с пустыми глазами и лицом белее, чем платье. Он вспомнил, как распахнул двери и как при виде него невеста упала в обморок. Как яростно он требовал право первой ночи. А больше всего ему вспоминалось, как сладостно она ему отдалась.

– Скай, - прошептал он, впервые за многие месяцы произнеся это имя вслух.
– О, Скай, как я тебя люблю!
– Он был сбит с толку, и повинна в этом графиня Линмутская. Это была его Скай, похожая на нее, как близнец. Он горел желанием и стыдился этого. Наверху спала его верная молодая жена - одна в кровати, пока Найл горевал в кабинете, стремясь в душе к другой женщине, мертвой женщине и жене другого человека.

Будь проклята эта графиня Линмутская, думал он, протягивая руку к графину. Он должен думать о наследнике, а не о мертвой. Уже два года Констанца была его женой, но не могла никак забеременеть. Не появись в округе его новые незаконнорожденные дети, Найл забеспокоился бы о себе. Но причина, безусловно, была в Констанце. Он хотел вернуться домой с женой и ребенком. Мак-Уилльям старел, и весть о наследнике его бы поддержала.

После свадьбы несколько месяцев они пожили на Мальорке, потом отправились в свадебное путешествие через Средиземное море в Испанию, французский Прованс, Париж и прибыли домой. Зиму они провели в Париже - счастливое, веселое время, когда он обучал ее любви, и жена оказалась способной ученицей. Не знай он, что во время их первого свидания Констанца была девственницей, он бы усомнился в ее чистоте - так охотно она усваивала его уроки. Потом он упрекнул себя в глупости. Как часто мужчинам приходится иметь дело с покорными холодными женщинами, которые лишь выполняют свой долг, а сами ненавидят любовь и страсть. Ему повезло - Констанца наслаждается любовью, и он должен быть доволен.

Сейчас он отправится к ней. Будет спать в ее спальне. Разбудит ее поцелуем - теплую и душистую - потом, сдерживая страсть, медленно возьмет. Она задрожит от наслаждения, будет царапать его спину. Он поднялся, но головокружение заставило его снова сесть. Ему показалось, что в комнате слишком жарко. Он снова пригубил вино и понял, что очень устал. Он закрыл глаза, тяжелый бокал выпал из руки и покатился по коврику. Из приоткрытого рта вырвался храп. Найл Бурк крепко спал пьяным сном.

Через несколько минут дверь кабинета приоткрылась, и в комнату заглянули Констанца и Ана. На лице леди Бурк отразилась досада, красивые, похожие на анютины глазки глаза омрачились и сузились от злости.

– Он снова напился, - выпалила она.
– Пил всю ночь. Ради всего святого, что это за человек, Ана?

– Он несчастен, девочка. Может быть, это из-за того, что у тебя нет ребенка.

– А разве я могу от него забеременеть, когда он в таком состоянии?
– голос ее стал мягче.
– Ана, принеси мне плащ.

– Нет, нет, девочка, не надо!

– Ана, я должна это сделать. Я вся горю. Иначе я просто умру!

– Я успокою тебя, девочка.

– Мне этого недостаточно, Ана. Мне нужен мужчина. Если ты не принесешь мне плащ, я пойду так, и моя белая рубашка будет видна всему дому.