Чтение онлайн

– Жизнь заставляет страдать, дорогая. А любовь - это часть жизни, точно так же, как смерть.
– Гнев прошел, как только он ощутил ее муку.
– Скай, любимая, почувствуй ко мне то, что я чувствую к тебе.

Она рыдала все сильнее и сильнее, оплакивая женщину, которую не могла в себе вспомнить, благородного и нежного Халида эль Бея. Она так устала.

– Люби меня, родная, - шептал он.
– Дай своему сердцу волю. Тогда ты будешь выше всех женщин, даже моей жены.

Когда-то она возвела в своем сердце преграду и теперь почувствовала, как она рушится камень за камнем.

– Ты ведь не шлюха, чтобы лгать ради моего удовольствия. Ты ведь что-то чувствуешь ко мне. хотя и не хочешь признаться в этом. Разве не так, дорогая?

Потоки слез лились из глаз Скай. Она посмотрела на него.

– Да, - прошептала она так тихо, что он наклонился, чтобы расслышать.

– Ты не предашь любовь к мужу, если полюбишь меня. Ты можешь и должна любить снова - это дань твоему чувству, которое ты испытывала к мужу. А теперь полюби меня, дорогая.

В комнате надолго воцарилось молчание, а потом она произнесла:

– Хорошо, Джеффри.

Безмерно осторожно он лег рядом с ней на кровать и принялся осушать губами слезы, струящиеся по щекам и шее на прекрасную грудь. Он боготворил ее совершенство и ткнулся ртом в каждый сосок. Как будто защищая, она обняла его и стала укачивать, и, утомленные, они уснули.

В сером свете январского утра она проснулась, почувствовав в себе его. Это показалось ей естественным и желанным, и она прошептала:

– Я люблю тебя, Джеффри.

Он начал ласкать ее, и его движения пробудили в них страсть. Скай ответила ему, чувствуя, как рушатся все барьеры. Она любила этого нежного и гордого лорда, который хотел обладать ею так безраздельно. Она его любила. Он этого никогда не поймет, как не могут понять другие мужчины. И пусть это останется ее секретом. Но она любила его и была теперь в этом уверена.

Ритм стал быстрее, и дневной свет померк, когда в мозгу любовников засверкали золотые молнии. Она называла его по имени, чувствовала его сильные руки, слышала успокаивающий голос, ощущала, как губами он осушает ее слезы.

– Я твоя, а ты мой, - наконец просто сказала она.

– Да, родная, - ответил он.
– Мы принадлежим друг другу, и мы будем вместе. Весной я попрошу у королевы отпуск и возьму тебя в свой дом в Девоне.

– Но твоя жена...

– Мари с дочерьми не живут в Линмуте, - объяснил он.
– Там хозяйкой будешь ты.

После полудня они покинули свое тайное убежище в "Утке и селезне" и отправились в Лондон. День был холодным и ветреным. Из нависших облаков то и дело грозил пойти снег. Но им все же повезло.

– Я хочу, чтобы ты переехала в мой дом, - сказал он по дороге.
– Комнаты, предназначенные для графини Линмутской, которые расположены рядом с моими, мы переделаем для тебя.

– Не знаю, Джеффри, - замялась она.
– Ведь у меня есть свой дом и вскоре я собиралась забрать дочь из Девона. Я не видела ее уже несколько месяцев. Она должна жить в собственном доме, а не в твоем.

– Тогда живи в Гринвуде, но позволь переделать для тебя те комнаты. Ты сможешь легко переходить из дома в дом по подземному коридору под садом. Днем ты будешь с дочерью, а вечера станешь проводить со мной.

– Хорошо, Джеффри, но если при этом мне удастся управлять Гринвудом. А до тех пор, пока комнаты не будут переделаны, я поживу у себя. Ты поужинаешь со мной сегодня вечером?

– Поужинаю. Но прежде мне необходимо явиться ко двору и выразить свое уважение королеве.
– Вскоре они свернули на дорожку к Гринвуду.

– С приездом, мэм, - поприветствовал ее привратник.

Скай помахала ему рукой и улыбнулась. Приближаясь к дому, она с удовлетворением отметила, с какой поспешностью выскочил ей навстречу конюх. Любовники остановили лошадей, натянув поводья, и граф помог ей спуститься на землю. Она уже стояла на ногах, но Джеффри никак не мог выпустить ее из объятий. Покраснев, она посмотрела на него снизу вверх.

– Ты меня любишь, Скай?
– тихо спросил граф.

– Я люблю тебя, Джеффри, - ответила она, не отрывая от него глаз.

– И будешь дамой моего сердца, дорогая?

– Да!
– Он наклонился, долго и нежно ее целовал.

– Я извещу тебя, когда смогу прийти.
– И, вскочив на жеребца, понесся по дорожке прочь. Скай вошла в дом.

– Ну вот ты и вернулась. Глаза затуманены, точно у глупой девчонки.

– Здравствуй, Робби, - Скай приветливо улыбнулась капитану.
– Пойдем выпьем по бокалу вина.

– Вина? А в честь чего?
– проворчал он, следуя за ней наверх в маленький салон.

– Да, вина. Я хочу отметить свою любовь. Никогда бы не подумала, что после смерти Халида способна на это, но я люблю Джеффри!

"Помилуй нас Господь, - подумал про себя капитан, что-то бормоча себе под нос и щедро разливая в бокалы рубиновое вино. Он рухнул на стул, уставясь глазами в пол.
– Как ей сказать, что сообщил де Гренвилл, - думал он, - тем вечером, за чашей вина? Как поведать ей, что Саутвуд сделал ее своей любовницей, чтобы выиграть пари? А теперь мерзавец завладел ее сердцем. Будь он проклят! Лучше бы уж мне оказаться посреди урагана в Южной Атлантике!" Он медленно поднял на Скай глаза.

– За милорда Саутвуда!
– предложила тост Скай.
– Пусть живет вечно!

Безжизненной рукой Робби взялся за бокал.

– Да, - произнес он безучастным голосом. "Боже, как она счастлива! После смерти Халида такой я ее еще не видел! Провались в преисподнюю этот милорд! Теперь уже Скай от него поздно спасать. Пусть выкручивается сама. Пусть хоть сегодня будет счастлива!" И он одним глотком осушил свой бокал и откинулся на бархатные подушки.

– И у меня для тебя есть новости, - проговорил он.
– Королева принимает нас на следующий день после Сретения. К тому времени нам нужно спланировать наше первое плавание.

Она сразу же окунулась в дела:

– Ты уже решил, куда и зачем отправиться?

– За драгоценными камнями и пряностями. В случае кораблекрушения, объяснил моряк, - половина груза останется целой. Мы пойдем на юг, обогнем мыс Горн и войдем в Индийский океан за грузом перца, гвоздики, мускатного ореха и имбиря. Потом направимся в Бирму за рубинами - лучшие из них поступают в Рангун из центральной части страны. В Индии погрузим кардамон из Голконды, на Цейлоне - корицу и сапфиры.

– Покупай только голубые кашмирские сапфиры, - посоветовала Скай, - Халид считал, что у них лучший цвет.