Чтение онлайн

– Как нет?

– А вот так. Большинство имеющейся наличности уйдет на гостиницы, еду и бензин, - Сергей рассмеялся.

– Никки, только не говори мне, что ты забыла взять кредитку, - усмехнувшись, процедил супруг. Пришлось рассказать Сергею в подробностях о моем так называемом уговоре с альфой и напомнить о его желаниях сделать меня своей любовницей. Ведь должна же я была хоть как-то объяснить, почему не хочу пользоваться картами. Чем больше я говорила, тем больше мужчина хмурился.

– Значит, он хотел, чтобы ты перебралась в его дом?
– мрачно подвел итог всему моему рассказу супруг. Я лишь кивнула, подтверждая сказанное.
– О, как!
– Сергей неожиданно широко улыбнулся. При этом зло прищурившись.
– И как, Ник, хотелось согласиться?
– цинично продолжил он.

– Сергей, ты совсем сдурел?!
– возмущенно перебила. Я не собиралась сдерживаться в выражениях на этот раз, если он решил затеять ссору.
– Ты опять начинаешь?

– Ссориться я с тобой не собираюсь, - неожиданно легко пошел на попятную.
– Но одежду мне все-таки купить придется. Самой же неприятно будет ехать в моей компании.

С этим я была согласна. Только вот Сергей предпочитал довольно качественные вещи, следовательно, не самые дешевые. Но к моему удивлению, когда мы притормозили в ближайшей деревеньке и зашли на местный рыночек, Сережа согласился на рубашку за 200 рублей и тренировочные штаны за 350.

И даже, когда мы продолжили путь, ни разу больше не вернулся к этой теме. Хотя следующую ночь мы провели уже не на трассе в затрапезной гостинице, а во вполне себе чистой и уютной в небольшом городке. Городке, где была возможность купить одежду поприличнее.

Супруг также больше не возвращался к теме моей измены. Не пытался выведать подробности близости с Воскресенским или задеть. Не оскорблял. Не упрекал. Вел себя, словно, мы вернулись на два дня назад, когда наши отношения не были осквернены моим загулом и его достойной выходкой.

Чем больше времени проходило... чем дальше мы удалялись от стаи Кирилла Воскресенского, тем легче мне становилось морально. Нет, меня по-прежнему тянуло вернуться, но это уже было не навязчивое желание или необходимая потребность, а скорее что-то напоминающее недосягаемую мечту, овеянную легкой тоской и грустью в связи с невозможностью ее исполнить.

Близости между нами тоже больше не было, хотя к этому были все предпосылки и условия.

Накануне мы поужинали в чудесном кафе и немного погуляли по вечернему городу. Хотелось немного размяться и развеяться, потому что целый день за рулем не прошел для меня даром. Пусть я была более выносливой, чем обычный человек, но с непривычки немного болела спина. Сергей попытался взять меня за руку, я даже позволила ему, но... не получила от этой близости того былого, прежнего комфорта. Мне не хотелось, чтобы меня трогал посторонний...

«Посторонний?!», - я одернула себя, напомнив, что этот посторонний, вообще-то, мой муж и истинная пара.

Только уже когда ложились в постель поняла, что моя измена не воспринимается мной самой. Я не могла смириться с тем, что изменила Сергею. Не могла смириться с тем, что допустила близость с другим. Чем больше я об этом думала, тем явственнее понимала, что это не супругу придется прощать меня, а мне самой.

– Никки, что не так?
– муж не мог не почувствовать произошедших во мне перемен. Мы уже легли в постель, и он попытался меня поцеловать. Я же машинально отвернулась, избегая навязчивых ласк супруга. И только после того, как поняла, что сделала, расплакалась.

– Не знаю, - честно призналась ему.

– Милая, ты что плачешь?
– кажется, он мне не поверил. Действительно, не поверил. Потянулся, включил свет и долго смотрел на меня. Столько недоверия и растерянности было в этом взгляде.

– Сережа, - проныла и сама потянулась к нему. В его объятия. Я ничего не объясняла, вообще, не произнесла ни слова, просто ревела в объятиях супруга. Долго, горько... словно, выплескивала на него всю обиду за его несправедливые слова. Словно, делилась своей виной, пытаясь тем самым облегчить душу. И с того момента мне стало значительно легче в моральном плане. Краткая история с Воскресенским, будто бы, осталась в прошлом. Отпустила. В объятиях мужа искала защиты и прощения. И, кажется, нашла...

Мужчина дал мне выплакаться, больше ничего не спрашивая и никак не комментируя только что случившуюся истерику. Так и уснула, зареванная и обнимающая мужа.

На утро Сергей все-таки не выдержал и спросил:

– Никки, что с тобой происходит?

– Не знаю, - ответ уже стал привычным.

– А если подумать, - чуть надавил он.
– Я все делаю для того, чтобы тебе было хорошо. Я закрыл глаза на то, что произошло между тобой и альфой, - про себя усмехнулась. Закрыл глаза... как же... Его хватило ровно на сутки, чтобы не вспоминать о Воскресенском, - а ты ведешь себя...
– он замолчал.

– Как веду?

– Как неблагодарная... Я не знаю, Нпик. Просто складывается ощущение, чато злобный муж насильно увозит ттебя от нежно и горячо любимого оборотня, - уисмехнулась. Теперь открыто. Какая чушь! Это надо такое выдать, я... и влюбилась в Воскресенского. Так не бывает. Уж во что я точно не верила, так в любовь с первого взгляда, особенно при наличии истинных пар. Вот в любовь с первого запаха... хотя, то было не любовь, а скорее вожделение. Страсть. Необходимость.

– Ты говоришь глупости, - перебила его.
– Просто я чувствую чертову вину и не могу ничего с этим поделать.

– Это хорошо, - я от негодования чуть приоткрыла рот. Слова, буквально, застряли. Хорошо? Хорошо?!

– Хорошо?
– наконец, медленно произнесла.

– Не заводись, милая. Я не в том смысле. Хорошо, что у тебя нет никаких чувств к этому, - брезгливо произнес Сергей. - Просто я помню, как ты сказала, что тебя тянет к нему. Я тут подумал, что, вероятно, он что-то сделал с тобой. Кто знает, на что способен альфа на самом деле, - протянул супруг. Я тогда не обратила внимания сколько злости, сколько зависти к возможностям Воскресенского было вложено в слова супругом. Он, словно, выплюнул последнюю фразу. Списала все неприятие Сергеем альфы на нашу с ним мимолетную связь. Какому мужчине будет приятно осознавать, что твоя жена, которая по всем законам должна бы быть верна, все-таки умудрилась изменить? Только несколько месяцев спустя, анализируя и пытаясь понять действия супруга, вернулась к этому моменту.

– Давай перестанем вспоминать Воскресенского, - попросила супруга.
– Дай мне немного времени, Сережа, и все наладится, - безусловно, я не могла гарантировать, что все будет так, как прежде. Но продолжала искренне верить в то, что все непременно наладится между нами. Со временем, конечно. Главное, что теперь меня и Воскресенского разделяло расстояние, а скоро непреодолимой преградой станет время. Отчего-то я не сомневалась, что Влад Кровавый даст нам приют и защиту в собственной стае. Правда, вот у супруга такой уверенности в этом не было, но он согласился забыть о Воскресенском... или сделал вид.