Чтение онлайн

— Девушки не курят же, да, Дан? — Он подмигнул Даше и помахал рукой Ире.

Та только надулась и достала из кармана помятую мачку ментоловых.

— Ишь, не курят, зажал мне свои вишневые, но ничего, сейчас через дорогу купим, там поштучно продают, пойдем. — Она взяла Дашу за руку и потянула за собой.

— Эй, тише, а, вдруг там преподы? Я не хочу попадаться за то, чего не делала. Мне проблем дома не нужно!

Даша сказала это и не подумала, как воспримет слова Ира. Липкий страх пятнами расползался по ее коже, ладошки вспотели. Если мать узнает, что ее поймали за сигаретами — перестанет давать три часа на прогулки на выходных. Всю субботу и воскресенье дома… с попыткой делать уроки, от которых уже тошнит.

— Ну ты параноик. Пожалуй, курить то не куришь только из-за родаков? — Ира рассмеялась. — А так бы попробовала, да? Ну тебя, постоишь у “Симпатика”, а я куплю.

— Не курю, потому что мерзость, — Даша сказала это с явным отвращением.

Помнила едкий дым, неприятный привкус после сигарет. Что уже говорить о запахе, который цеплялся к волосам, одежде и едва выветривался. От него внутри все скручивало от отвращения. Не то чтобы Даша осуждала других, просто не травилась сама. И да, было страшно перед матерью.

— Откуда ты слова такие знаешь? Кто так говорит?

— Училка по литературе, — буркнула Даша.

Подруга только рукой махнула, спустилась по ступеням, перебежала дорогу, на островок. И купила у тетки, на раскладке, пару сигарет. Назад пришлось ждать зеленого света.

Даша этого не понимала. Открытые пачки в засаленном и переклеенном скотчем ящике, чужие пальцы, которыми трогали деньги и еще кто знает что, а потом лезли выбирать купленные сигареты, касаясь фильтров. Отвращение.

— Ей, чего застыла, курить будешь? Или вся правильная?

Ира пощелкала пальцами перед Дашей.

— Не буду, делать мне что ли нечего? Куришь — кури, мне твои легкие не жалко.

— Да ладно, стометровку сдам спокойно, даже не закашляюсь.

— Поспорим?

— Да ну тебя, какая разница?

Ира подкурила прямо у “Симпатика” и пошла на их привычное место.

— Могла бы ты делать это хотя бы не у всех на виду? — Дашу злило пренебрежение правилами.

— А что будет? Скажут не курить и позвонят предкам? Мать ничего не скажет, сама курит, я сигареты у нее таскаю. Отчиму без разницы, они даже не расписаны, со-жи-те-ли. Не парься ты так.

Ира села на каменный порог погреба, поправила волосы и выпрямила ноги, чтобы полюбоваться своими новенькими кроссовками.

— Мне проблемы не нужны. Колледж — моя мечта, я хочу просто учиться и не забивать голову волнениями.

— Сашка — моя мечта. Ну ты посмотри какой парень! Вот только… где вы встречаетесь обычно, а?

— В Нижнем парке, через дорогу от “Дворца пионеров”. — Даша не понимала с чего такой интерес к парню, которого Ира видела то всего лишь на переменах и то, здоровалась и прощалась.

— Давай вечерком погуляем там? Мне, вроде, на маршрутку сесть и все…

— С пересадкой на площади Космонавтов. Семнадцатая маршрутка или девятнадцатый или семнадцатый троллейбус. Но я не знаю буду ли. Сегодня пятница. Могут не отпустить.

Даша вздохнула. Волейбол был вчера, рисование в воскресенье. Только на этот раз нужно будет сходить, мало ли. Зачем не знала. К счастью, на строительном факультете это не требовалось. Рисунки давались ей их рук вон плохо, да и душа к ним не лежала.

— Странно все у тебя. Сказала бы, что ушла и все.

Ира задумчиво крутила в руках сигарету. Даша знала: ее позиция в этом плане влияла на подругу. Если раньше та всячески пыталась подколоть ее “не курение”, то сейчас каждый раз хмурилась и вот так слегка сминала в пальцах фильтр.

Догадывалась почему: кроме Иры, никого это не заботило, и при этом Дашу никто не считал малышней. Да, в шутку называли мелочью знакомые, но по-доброму и с теплом. Ведь так оно и было. Ей и Тане по пятнадцать, а остальным на год больше. Все из-за реформы в двухтысячном, когда в школу начали брать с шести, но многие отдавали детей по старинке в семь.

— Эй, ты обедать будешь?

Как оказалось, Ира уже достала бутерброды и раскручивала пакеты.

В воздухе витал аромат балыка, между ржаного хлеба был ломтик помидора, огурец, лист салата и немного соуса. Почти как в магазине.

Даша со вздохом кивнула, достала свою плюшку и открыла бутылку с газировкой. Та зашипела. В прозрачной воде забурлили пузырьки. Жаль, что завтра там будет обычная вода из-под фильтра.

Зато в списке покупок со стипендии появилось пару новых пунктов.

— Дана, Д-а-а-а-на, — Ира окликнула ее у ворот колледжа. — Да постой же ты!

Подруга поправила тяжелую сумку через плечо и подбежала к Даше.

— Идем, выпьем кофе, а? Куда ты так спешишь после пар? Свиданка что ли?

Это прозвучало настолько глупо, что не укладывалось в голове. Трезво подумать: кто ходит на свидания в синих клетчатых брюках и мешковатой черной футболке? Видимо, Ира поняла сказанное и постаралась исправить ситуацию.

— Пойдем, я угощу тебя.

— Я не пью кофе, но постою с тобой. Только давай за углом аптеки. Не хочу попасть на глаза кому-то. Вкус кофе Даша помнила смутно. Пробовала один раз, когда мать притащила домой стаканчик из “Макдональдса” и забыла, что не выпила. Вкус был отвратительно горьким и едким. Хотелось выплюнуть несчастные пол глотка. А после пришлось чистить зубы: так и запаха не осталось, и отвратительное послевкусие исчезло.

— Ну ты и зануда! Но ладно, кого-то же сегодня поймала заместитель директора… ну та, которая сопромат у старшаков ведет. Как вспомню ее, так спрятаться под землю хочется, — на удивление подруга соглашалась. — Ладно. В магазин, там стоит автомат! А то в “Деревяшке” делают отвратную разбавленную воду.

“Деревяшкой” ребята называли ларек из сруба. Он стоял на углу перекрестка, со стороны общежития, и там продавали свежую выпечку, кофе, студенческую пиццу и “ништяки”: чипсы, сухарики, запаривали мивину, прочее.

— Слушай, ты сегодня в свой Нижний пойдешь?

Когда они перебежали дорогу и прошли “Зеленку”, Ира достала пару мелких купюр и начала засовывать их в кофейный автомат.

— Не знаю, скорее, нет.

— Вот прям не отпустят?

— Я уже ответила. — Даша поджала губы — ее начинали доставать расспросы.