Чтение онлайн

— Когда-нибудь да увидимся. А теперь мне надо идти, а то я усну прямо тут.

Диана больше не сказала ни слова. Молча закрыла машину и ушла.

Диана

Неважно у нас получается быть друзьями. Я могу потерпеть объятия, приветствие поцелуем в щеку, но вот все остальное — тяжело. Теперь я не смогу работать оставшуюся часть дня, потому что вновь и вновь буду возвращаться мыслями к его губам, рукам и, мое самое любимое, его пальцам, поглаживающих мою грудь.

С трудом я закончила работать. С трудом я выслушивала упреки Энии, за то, что я связалась с Максом, тогда как ее он сбросил со счетов при первом же звонке. Но тем не менее она с удовольствием забралась в тестовый седан, и пообещала завтра опять напроситься поехать со мной домой. Ей повезло, мой путь лежал аккурат мимо ее дома, так что она с комфортом добралась за сорок пять минут, вместо часа на общественном транспорте. Похоже Эния станет теперь моим постоянным спутником. Но это и к лучшему. С ней я меньше зацикливалась на Максе, потому что Эния все время увлекала меня разговорами обо всем, о чем только можно.

Домой я не поехала, меня там и не ждали ближайшие два дня. Я рассказала родителям про репетиции, про танцевальную группу. Они только удивились моему новому увлечению. Раньше я никогда не стремилась быть на публике. Книги и машина были моей страстью. А теперь танцы? Да, танцы! Я же и не пробовала раньше ничего подобного. Но попробовав один раз, решила, что это мне по душе.

В особняк я приехала к восьми часам вечера. Меня наскоро накормили легким ужином из рыбы и овощей, напоили зеленым чаем и отправили к Эндрю, выслушать отчет о техническом осмотре моей машины.

Оказалось, у меня начал подтекать бачок с жидкостью гидроусилителя руля. Где-то стала засыхать уплотнительная резинка, и жидкость по капле покидала свое законное место, грозя в определенный момент сделать руль настолько тугим, что одной рукой его уже не покрутишь. Резинку поменяли, жидкость обновили, больше проблем не было. Все технические жидкости, требующие замены, были заменены, все фильтры и тормозные колодки по кругу тоже обновили.

— И кто же будет платить за этот концерт? — спросила я у Эндрю, выходя с ним и Одри из гостиной в направлении танцевального зала.

— Это за счет заведения, то есть автосервиса, который Макс рекламирует на своем шоу. По совместительству сервис моего дяди, — ответил Эндрю.

— А если не секрет, то сколько все-таки?

— Диана, это секрет, — сказала Одри и увела меня в зал.

На часах было девять вечера. Это была наша пробная репетиция, проверить, сможем ли мы в принципе репетировать после моей работы.

Джулия и Одри приезжали домой к семи часам. Я, если постараться, могла бы приезжать в половине восьмого. Но раз на раз не приходится. Сегодня репетиция прошла успешно, хоть и длилась полтора часа. Медленно, но верно программа двигалась к финалу.

На ночь мне выделили комнату в крыле Мэри. Комната по размерам была как у Одри. Ванная комната была изолированной только на эту комнату. Я с блаженством приняла душ, надела новую пижаму, которую купила давно, но никак не хотела начать пользоваться. Шорты и майка на тонких лямках. Максу, наверно, снесло бы голову, в очередной раз.

Макс же дома не появился. Я старательно показывала вид, что мне безразлично, где он и почему не дома в позднее время. Джулия сдалась, рассказав про ужин у родителей и командировку с отцом. Что ж, вот почему он сказал, что будет только в среду. Может и к лучшему, что его нет, у меня нет шансов поддаться своим желаниям и юркнуть в его комнату.

Макс

Я стоял в ее комнате, в комнате, где она ночевала в понедельник и вторник. Так рядом с моей, но я был далеко. Кровать аккуратно заправлена. В шкафу Диана оставила свою ночную одежду и некоторые личные предметы в небольшой косметичке. Сестры уговорили ее сделать это, оставить вещи. Им нравилось с ней танцевать, им нравилось с ней общаться. И если в субботу, когда Диана узнает невероятно отвратительную новость, она не сбежит от нас, то есть все шансы, что ее вещи пролежат здесь еще очень долго. Лишь бы их не видел тот, кому не надо их видеть.

Я поставил в шкаф, рядом с косметичкой Дианы, флакончик духов, с запахом малины. Пусть будет сюрпризом, когда она останется у нас в очередной раз. Я не знал, когда будет этот раз. Я не знал и как дела у Дианы. Когда мы разошлись у ее работы, я не звонил ей и не писал, как и она мне.

На ужин родители меня позвали не просто так. У них назревал новый контракт, им нужен был представитель в другом городе. Мы долго обсуждали детали. Меня радовал тот факт, что родители интересовались моим мнением, им был интересен «молодой взгляд» на поставленную задачу. С отцом же мы отправились во вторник в другой город, пятьсот километров в одну сторону. Он хотел познакомить меня с партнерами и привлечь в работу. Пусть и не высокого уровня предстояла работа, всего лишь бумажная волокита, но это было необходимо, чтобы постепенно ввести меня в родительский бизнес.

Домой же к родителям мы приехали лишь в среду ночью, так что у себя дома я появился в четверг до полудня. Сегодня был мой последний свободный день. Сегодня я хотел увидеть Диану как никогда.

Весь день я метался по дому, пытаясь хоть чем-то отвлечься. Меня все раздражало, меня всего трясло, на меня давила тяжесть пятничного события. Я переделал кучу дел, я просто-таки заиграл племянников, они уползли от меня в шесть вечера с просьбами поскорее лечь спать.

И вот я остался один в своей комнате, не зная, чем еще себя занять. Было семь вечера, Диана ехала к нам, репетировать, если верить сказанным невзначай словам Одри. Я же не нашел более увлеченного занятия, чем компьютерные автомобильные гонки и бутылка виски.

К девяти часам я захмелел, но не сильно, зато настойчивости прибавилось. И решимости. Я написал Диане короткое сообщение, с просьбой зайти. Прошло пол часа, прежде чем раздался стук в дверь. Я остановил игру, выдохнул, проклял себя и открыл дверь Диане. Она не спеша вошла в комнату, внимательно ее разглядывая. Я же закрыл за девушкой дверь и щелкнул замком, запирая нас от остальных. На звук щелчка Диана резко обернулась. И следующим звуком, раздавшимся в комнате с момента ее прихода, это был глухой удар ее спины в дверь.

— Прости меня, — прошептал я и приник к ее губам.

Я сразу вынудил ее приоткрыть рот, и мы слились в каком-то диком, безумном поцелуе. Она отвечала мне, она прижималась ко мне, мои руки блуждали по ее телу, я потирался об низ ее живота эрекцией. И в какой-то момент, когда я в очередной раз сильно прижался к ней всем телом, она издала такой долгожданный стон, что я полностью отключился. Я подхватил девушку на руки и понес на кровать, не прерывая горячего поцелуя. Под льняными брюками угадывалось тонкое бесшовное белье. Медленно уложив девушку на кровать, я навалился на Диану сверху. Мы продолжали страстно целоваться, Диана гладила мою спину, в то время как я толкался пахом ей между ног, от чего девушка выгибалась, насколько ей позволяло мизерное пространство между нашими телами. Она стонала, казалось, что только от ее стонов и вибраций я готов был кончить.

Мне стало мало. Я схватился за ее рубашку, прерывая поцелуй, и потянул вверх. Диана вскинула руки, позволяя снять с нее одежду. Как только рубашка отлетела в сторону, мои руки тут же сжались на ее груди, а поцелуй возобновился с большей страстью, от чего раздался новый стон. Я еще сильней стал тереться об нее, чувствуя жар Дианы. Комната наполнилась нашим тяжелым дыханием и стонами.

Я прервал поцелуй, чтобы избавиться от бюстгальтера, но прежде я просто накрыл левую грудь Дианы, просунув ладонь под чашечку лифа. Я почувствовал упругость и ее сердце. Сильнее сжав пальцы, я почувствовал на запястье руку Дианы.