Чтение онлайн

– А дальше что? – спросил Костя.

– Ты о чем? Какие у меня планы? Мамашу твою высадим, и в Москву.

– На этой машине? Но у нас нет на нее документов. Сразу же поймают.

– Кстати, о документах. А у тебя они имеются? – Только фальшивый паспорт, Зуб дал.

– Зуб, это который тебя сосватал?

– Ну! Его возле бильярдной убили… Кто, интересно?

– Дай-ка паспорт, – Егор достал откуда-то небольшой фонарик, стал внимательно изучать документ. – Гончаров Константин Кузьмич, – прочитал он. – Ну что же, вроде все в порядке. Паспорт подлинный…

– Зуб говорил: украли у какого-то пьянчужки.

– Сойдет. В Москве раздобудем что-нибудь посолиднее. А что мы там делать будем, узнаешь в свое время.

– Понятно, что, – отозвался Костя. – Людей убивать.

– Может, и так, – равнодушно сказал Егор, – ты внимательнее следи за дорогой, вон, в яму влетели. Слева какие-то дома, не твоя деревня?

– Наша следующая, минут через пятнадцать.

– Перед деревней притормози, к самому дому подъезжать не будем. Пробуждайтесь, мамаша, приехали!

– Уже? – встрепенулась тетя Паша, сонно глянув в окно. – Костя, правда?

– Сейчас подъедем, – отозвался Костя.

– Вы вылезете на дороге и пойдете к дому пешком. Не нужно, чтоб нас видели, – стал объяснять Егор. – Скажите, добрались на попутке. Теперь так. Вот вам деньги, – он протянул тете Паше пухлый сверток.

– Что-то уж больно много, – с сомнением произнесла та, ощупывая толстую пачку.

– Здесь десять миллионов.

– Сколько?

– Я же сказал, десять!

– Такие деньги! Не возьму!

– Вашего Костю я беру к себе на службу. Это его зарплата… ну скажем, за два месяца. Теперь понятно? А вы решили, я просто так десять «лимонов» отдам?

– Кто вас разберет… – с сомнением произнесла тетя Паша, сжимая деньги в руке. – На работу, значит, берешь… Что уж за работа такая? Министром, что ли? Столько, наверное, министрам платят…

«Вот и еще один способ приручить меня, – подумал Костя, – сунул матери денег, она такой суммы сроду в руках не держала, за «Победу» выручила в два раза меньше. Вон, аж засопела от счастья. Богатство привалило!»

– Никому ничего не рассказывайте, – продолжал наставлять мать Егор. – Костя в армии, сама в отпуске. Ну, и так далее. Если вдруг заявится милиция или, того хуже, бандит, стойте на своем: ничего не знаю, и точка! Ладно. Костя, притормози. Ну, будьте здоровы, Павлина Михайловна. Костя попрощайся, обними матушку!

Мать бестолково суетилась возле машины, ей, видно, невмоготу отпускать сына неведомо куда, и одновременно она не могла прийти в себя от внезапно свалившегося богатства.

– Поехали, – хмуро сказал Костя.

– Погоди, сынок!

Но Костя рванул с места, только пыль столбом взвилась.

– Зря ты так, – с ноткой осуждения произнес Егор.

Костя молчал. Так они проехали несколько километров.

Уже совсем рассвело, когда они подкатили к обрывистому берегу старицы.

– Хорошо-то как! – воскликнул Егор, выбираясь из машины. – Сейчас бы с удочкой на бережку. Тут рыба водится?

– Раньше много было, – сказал Костя, – сейчас не знаю, может, вымерла. Времена такие – что хочешь вымрет.

Егор засмеялся:

– Уж больно вы все политизированные, не оттого ли все ваши беды? Каждый свое мнение имеет.

– Ваши? А вы как же? Разве не русский?

– Я-то? Русский, к великому сожалению. Только к нынешней России отношения не имею, гражданином ее не состою…

– Значит, вы все-таки шпион?

– Я уже объяснил – не шпион. Чего тут шпионить, все секреты давно проданы, а в большинстве отданы за просто так. Ладно, хватит рассуждать. Открывай дверцы, и покатили к обрыву.

– Эй, ребята, – услышали они крик где-то позади себя, – вы что это делаете?! – Костя обернулся. Через луговину к ним бежали три человека, хотя они и были довольно далеко, на одном можно было различить милицейскую форму.

– Все! – сказал Костя. – Вляпались!

– Спокойно! – одернул его Егор. – Не суетись, возьми вот… – он сунул Косте «ПМ» Павла. – Если что, стреляй!

Егор расстегнул куртку и встал к приближающимся людям вполоборота.

– Кто такие?! – спросил запыхавшийся милиционер, мужчина лет тридцати с простоватым крестьянским лицом, которое украшали густые, соломенного цвета усы. На лице милиционера были написаны азарт погони и крайняя подозрительность. Люди в штатском молча стояли рядом и держали ружья наперевес.

– Рыбаки мы, – спокойно ответил Егор, – приехали вот на рыбалку.

– Ага, браконьеры?! Мы так и думали! Я Кузьмичу, – милиционер кивнул на человека в плащ-палатке, – так и обрисовал: браконьеры, говорю, из города пожаловали. Не всю еще рыбу у нас выловили… Ладно! Где сети?!

– Да мы с удочками…

– Сети, говорю, где?! – милиционер заиграл желваками, исподлобья глянул на Егора. – Кузьмич, пошуруй в машине.

Человек в плащ-палатке положил ружье на землю и полез в «БМВ».

– В багажнике посмотри, – посоветовал милиционер.

– Пусто, – констатировал Кузьмич.

– Значит, успели поставить. Где? Показывайте?!

– Я же объяснил, мы удочками рыбачим, – миролюбиво произнес Егор.

– Хорошо, где удочки?!

– На берегу оставили.

– Пойдем, покажешь!

– Вы, гражданин милиционер, что-то уж больно круты.

– Кузьмич, сходи на берег, проверь, есть ли удочки! – приказал милиционер.

– Далеко идти, – заканючил человек в плащ-палатке, – и все равно не похожи они на рыбаков. Жулики, наверное.

– Предъявите документы! – строго сказал милиционер.

– Точно, жулики, – продолжал свой монолог Кузьмич, – на таких автомобилях только жулики и катаются. Ты посмотри, лейтенант, какая тачка! Ну теперь, ребята, вам не отвертеться. Придется штраф платить.

– За что штраф? – удивился Егор.

– Рыбалка во время нереста запрещена – раз. В заповедное место заехали, по которому на машинах кататься нельзя, – два. И рожи у вас подозрительные – три.

– Многовато что-то, – насмешливо заметил Егор.