Чтение онлайн

— Пусть попробует подойти, — почти прорычала Зена, но её голос тут же смягчился, когда она взглянула на барда. — Я не позволю ни одному порождению песков коснуться тебя. Мы не просто путницы, Габриэль. И я больше не сражаюсь за славу.

Она нежно провела большим пальцем по щеке Габриэль, стирая осевшую пыль. Габриэль подалась навстречу этому прикосновению, на мгновение прислонившись лбом к плечу Зены. Запах кожи, металла и родного тепла был сильнее любых угроз египетских демонов.

— Я знаю, — прошептала Габриэль, поднимая глаза, полные любви и решимости. — Но и ты помни: я теперь не та девчонка из Потейдии. Мой страх — это не слабость, это моя сила, потому что он заставляет меня сражаться за тебя.

Зена коротко улыбнулась, и в этой улыбке промелькнула та редкая нежность, которую она позволяла видеть только Габриэль. Она притянула её к себе, коротко, но крепко обняв, прежде чем снова вглядеться в горизонт.

— Идём. Если Скорпион хочет нашей крови, ему придётся сначала встретиться с моим мечом. И старик прав в одном — нам нужно двигаться быстрее, пока солнце не зашло.

Они двинулись дальше, плечом к плечу, и их тени на песке сливались в одну длинную линию, которую не смог бы разорвать ни один бог пустыни.

— Надо обойти дюны, — сказала Габриэль, сжимая мешочек с порошком. — Если там действительно скорпион…

— Если он есть, мы его убьём, — отрезала Зена. — Иначе он убьёт следующих.

— Следующих? — Габриэль вскинула брови. — Ты что, всерьёз думаешь, что это какое-то чудовище? Может, это просто легенда?

— Караван не первый, — Зена кивнула на обломки. — И не последний, если его не остановить.

— Но мы даже не знаем, с чем имеем дело! — Габриэль повысила голос. — Может, стоит вернуться, собрать больше людей…

— И дать ему время убить ещё кого-то? — Зена скрестила руки на груди. — Ты же хотела найти того военачальника. Вот и найдём. По пути.

Габриэль закусила губу. Она хотела возразить, но увидела в глазах Зены ту самую решимость, которая не терпит сомнений.

— Ладно, — выдохнула она. — Но если я умру от укуса гигантского скорпиона, я тебя прокляну. Даже с того света.

— Договорились, — Зена усмехнулась и, сделав резкий шаг вперёд, притянула Габриэль к себе за талию. — Но учти, в подземном царстве Аида очень скучно. Тебе быстро надоест меня проклинать, и ты начнёшь строчить бесконечные свитки о том, как сильно скучаешь по моим доспехам.

Габриэль, застигнутая врасплох такой близостью, на мгновение забыла о чудовищах и песке. Она почувствовала тепло, исходящее от Зены, и знакомый запах кожи и металла.

— Твоя самоуверенность когда-нибудь станет причиной обвала в этих дюнах, — пробормотала Габриэль, стараясь вернуть лицу строгое выражение, хотя её ладонь невольно задержалась на плече воительницы. — И вообще, кто сказал, что я буду скучать? Я найду какого-нибудь симпатичного философа и буду обсуждать с ним этику до скончания веков.

Зена приподняла бровь и склонилась ниже, так что их носы почти соприкоснулись.

— Философа? В царстве теней? — она понизила голос до вкрадчивого шёпота. — Он умрёт от твоей болтовни второй раз, Габриэль. А я — единственная, у кого хватает выдержки слушать твои истории и при этом не тянуться за мечом.

Габриэль фыркнула, но не отстранилась.

— Это называется “терпение ради любви к искусству”, Зена. Хотя, признаю, твой способ затыкать мне рот… иногда бывает весьма эффективным.

— Только иногда? — Зена хитро прищурилась и быстро, почти невесомо коснулась губами кончика носа подруги. — Пошли, “искусство”. Если мы не найдём этого скорпиона до заката, мне придётся греть тебя в палатке самой, а ты же знаешь, как я ворочаюсь во сне.

— О, боги, — Габриэль картинно закатила глаза, поправляя лямку своей сумки. — Ладно, идём. Но если этот скорпион окажется симпатичнее тебя, я пересмотрю свои приоритеты.

— Мечтай, — бросила Зена через плечо, уже шагая к вершине дюны с довольной улыбкой, которую Габриэль не должна была видеть.

Ночь опустилась внезапно. Солнце скрылось за дюнами, оставив после себя багровое зарево. Зена и Габриэль разбили лагерь у обломков каравана — не лучшее место, но хотя бы есть чем укрыться от ветра. Арго тихо ржала, принюхиваясь к воздуху.

— Она нервничает, — заметила Габриэль, подбрасывая ветки в костёр.

— И не зря, — ответила Зена, не отрывая взгляда от темноты.

В темноте что-то шевельнулось. Мелкий скорпион — не больше ладони — выскользнул из-под телеги. Его клешни щёлкали, хвост подрагивал, готовясь ударить.

Габриэль вскрикнула:

— Зена!

Зена молниеносно выхватила меч. Один взмах — и тварь упала на песок, разрезанная пополам.

— Первый бой, — сухо сказала Зена, вытирая клинок.

Габриэль подошла к месту схватки. На песке остался отпечаток клешни. Она прикоснулась к нему — и песок под пальцами превратился в кристаллики яда.

— Это… реально, — прошептала она.— Значит, старик не врал.

Ветер принёс холодный женский шёпот:

— “Вы уже в его брюхе”.

Габриэль вздрогнула. Тени вокруг них двигались — не так, как должны двигаться тени от костра. Они изгибались, тянулись, будто живые.

— Что это было? — голос Габриэль дрогнул.

— Начало, — ответила Зена, снова берясь за меч.

Девушки настороженно огляделись, но никого не увидели. Арго вдруг тихо заржала, повернув голову в сторону дюн. Её уши насторожились.

— Кто-то идёт, — сказала Зена, снова берясь за меч. — Держись позади.

Из темноты так никто и не вышел, лишь ветер продолжал завывать между обломками телег. Напряжение, достигшее предела, начало медленно спадать, оставляя после себя звенящую тишину и осознание того, насколько они близки к опасности. Зена убрала меч в ножны, но её взгляд оставался жёстким. Габриэль глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она подошла к воительнице со спины и осторожно положила ладонь ей на плечо.

Чувствуя тепло её кожи сквозь кожаные доспехи, Зена обернулась. В свете затухающего костра её глаза казались невероятно глубокими.

— Мы справимся, Зена. Как и всегда, — прошептала Габриэль.

Зена ничего не ответила, лишь притянула девушку к себе, заключая в крепкие объятия. В этом жесте было всё: и страх потери, и бесконечная преданность, которую они не всегда решались облечь в слова.

— Ты в безопасности со мной, – прошептала она, проводя пальцами по щеке барда.

Габриэль улыбнулась, её светлые волосы разметались от ветра, как лунный свет. Она всегда была той, кто смягчал железную волю Зены, её нежность таяла в руках, как воск под пламенем.