Чтение онлайн

Как только последняя фраза срывается у меня с губ, то взгляд мужчины вмиг изменяется. Он становится холодным и даже злым. Я же, несмотря на это, дополняю:

— Всё доказывает ещё и то, что ты держишься за свои книги, будто бы это частицы твоей души. Уж не знаю, откуда ты берёшь описанные в них истории, но, по всей видимости, ты и в самом деле без них ничто.

Между нами повисает напряжённое молчание. Я смотрю на Майкла, а он на меня. Его лицо напоминает восковую маску, и заняло бы отличное место в музее современного искусства. На нём не двигается ни один мускул. Пожалуй, если бы не его размеренное дыхание, то запросто могло показаться, что он неживой.

— Я с лёгкостью могу отказаться от твоих услуг, — отвечает он мне. — Твоя работа ничего не привнесёт в мою книгу. Так же, как и ты ничего не привнесла в мою жизнь.

— Тебя заботит только твоя репутация, и ничего кроме!

— У маленькой овечки заработали мозги?

Ким выпрямляется в полный рост, возвышаясь надо мной, как монстр из детских сказок. Только вот монстров я не боюсь, потому что давно уже выросла.

— А волк настолько удивлён, что растерял всё своё самообладание?

Тут он резким движением хватает меня за запястье и с силой его сжимает. Руку вмиг пронзает тупая боль, от которой я даже морщусь.

— Отпусти немедленно, скотина! — цежу сквозь зубы.

— Непослушную овцу съедает волк, а послушную человек, — оповещает Майкл, всё сильнее сжимая пальцы.

— Но как бы овца не зазвездилась, надев волчью шкуру, она всё равно останется лишь блеющей овцой.

На его лице появляется лучезарная улыбка.

— У тебя, как я вижу, достаточный словарный запас на тему овец и волков? — со смехом роняет мужчина.

Я молчу. Майкл начинает ослаблять хватку, отчего запястье тут же перестаёт пульсировать.

— Отпусти руку, — приказываю я ему.

— Как скажешь, котёнок, — говорит Майкл и, поднеся мою ладонь к губам, целует её.

Я замираю на месте, не совсем понимая, к чему данный жест. Пара мгновений — и до меня постепенно начинает доходить, что позади нас стоят две сотрудницы, которые пялятся так, словно мы какие-то звёзды. «Твою ж мать!» — чертыхаюсь про себя, закатывая глаза.

— Жду в кабинете Барри Уокера, — бросает мне Ким, после чего подмигивает и удаляется прочь.

Проводив его взглядом, я медленно осознаю, что он только что подтвердил и без того ходившие по офису ложные слухи о нашем романе. «Если бы не эти курицы, что шепчутся сейчас между собой, занимая рабочие места, я бы за себя не ручалась», — посещает меня понимание, полное бессильной ярости. Впрочем, мне требуется хранить самообладание, а потому я, улыбнувшись коллегам, сажусь к себе за рабочий стол и прячусь за монитором компьютера. «Твою ж мать, Майкл! В какую игру ты затеял играть?» — задаюсь вопросом, тщетно пытаясь сосредоточиться на делах.

До Олливии всегда доходит, как до горы. Безусловно, она хороша в редактировании книг, но совершенно не умеет выжимать из ситуации по максимуму. Её потерянный взгляд на поцелуй руки доставляет мне удовольствие, а острый язык непременно может ещё пригодиться.

Зайдя в кабинет к Барри Уокеру, я устраиваюсь на мягкий диван, который подарил ему на юбилей. Поднятое настроение, навеянное предстоящей дискуссией с Ви, побуждает меня открыть бутылочку виски, однако пока что мне стоит отказаться от алкоголя. В какой-то момент вибрирует телефон, и я, посмотрев на экран, вижу смс от Эрики, что гласит: «Увидимся?»

Набрав короткий отказ, тут же отправляю и откладываю мобильный в сторону, поворачивая экраном вниз. Мне льстят заголовки на первых полосах газет, равно как и все комментарии под любой записью, где упоминается наши имена с Олливией. Шон говорит, что раз слухи бегут впереди меня, то публике стоит слегка подыграть. «Всё-таки репутация мощная вещь, которой требуется управлять с умом. Подыграть тут или там не составляет ровным счётом никакого труда. Главное, какой конечный результат будет…» — решаю про себя, постукивая пальцами по подлокотнику.

Неожиданно моё размышление прерывает Ви, которая, стуча каблуками, входит в кабинет. На ней идеальный костюм, что подчёркивает её сочные бёдра и упругую задницу. «Возможно, я сегодня не столь жестоко высказываюсь в её адрес, потому что она выглядит так привлекательно? Не знаю. Сейчас же от одного комплимента мой язык точно не отсохнет», — обдумываю я и, пока девушка закрывает за собой дверь, замечаю:

— Хороший вкус.

— И что это было?

— Ты о чём?

— Что ты сейчас устроил в офисе? — спрашивает она взволнованным и тихим голосом.

— Как что? — уточняю в ответ, давая понять, что не понимаю, о чём она говорит.

— Ты прекрасно знаешь, о чём я! — бросает Олливия, садясь в кресло напротив.

— Садись рядом. — Похлопав рукой по дивану, я наблюдаю за ней.

— Ещё чего! — фыркает та, положив ногу на ногу.

— Я тебе, между прочим, комплимент только что сделал. А ты ведёшь себя некрасиво.

— Да ну? — Она изгибает брови и вопросительно на меня смотрит. — Мне что, теперь боготворить тебя всю жизнь за то, что ты сделал мне комплимент?

— Я не против такого же жеста с твоей стороны.

— Если бы не работа, то… — начинает девушка и резко замолкает.

— То что? — Пересев на край дивана, я подаюсь вперёд, чтобы лучше видеть её испуганный взгляд.

Я знаю, что она боится. Знаю, что никогда не пойдёт против меня, потому что трусиха. А трусихами очень легко управлять.

— То мне бы не пришлось терпеть такого партнёра, как ты.

«Провокация? Неплохо. Но слишком слабо, чтобы задеть», — определяю про себя.

— Какого такого?

— Такого высокомерного козла.

— Ты уверена, что делаешь правильные выводы?

Встав с дивана, я опускаюсь на рядом стоящий стул так, что её ноги оказываются между моими. «Как правило, женщины в таких ситуациях теряются, краснеют и смущаются. И это именно то, на что я хочу сейчас посмотреть», — мелькает у меня мысль.

— Безусловно, — говорит она и еле заметно улыбается. — Несмотря на то, что слухи о твоей самооценке летят быстрее, чем ты можешь моргнуть. Впрочем, твоё дерьмо и не пахнет лучше, чем у других.