Чтение онлайн

Поворачиваюсь лицом к Кайри и Элиане, обе смотрят на меня округлившимися глазами.

— Хватит об этом, — говорю я, заставляя себя улыбнуться, — пойдемте бросать дротики. У меня наконец-то дошли руки до фотографий преследователей Эли.

Элиана приподнимается на своем стуле, приподняв брови.

— Алекс и Меган?

Алекс — бывшая подруга детства Элианы, которая в настоящее время отбывает срок в тюрьме за шантаж. Меган, с другой стороны, бывшая девушка Гриффина. Она сошла с ума и чуть не убила парня, а затем попыталась разрушить жизнь Элианы. Сейчас она находится в психиатрической клинике и получает лечение, в котором отчаянно нуждается.

— Ага!

— Как они попали к тебе в руки? — спрашивает Кайри, с подозрением глядя на меня.

Я невинно смотрю на свои ногти.

— Это неважно, пойдём.

— Я не могу, — Кайри смотрит на свой бокал с прищуренным выражением лица.

— Что? — хнычу я. — Почему?

Элиана прочищает горло и кивает в сторону доски для дартса. Я бросаю взгляд в ту же сторону и вижу, что Зейл и Колтон увлеченно играют в дартс. Они оба выглядят так, будто готовы оторвать друг другу головы.

Когда Колтон месяц назад вернулся в «Сальтвотерские Шреддеры» бросив нас ради «Рип Рейдеров» в другом городе, мы оказали ему не самый теплый прием. Но большинство из нас простили его уход, кроме Зейла. Хотя мне кажется, что его ненависть к Колтону больше связана с Кайри, чем с чем-либо еще. Они оба увлечены ею, но слишком боятся чего-то добиваться.

Я стону, оглядываясь на девушек.

— Ладно, мы явно слишком трезвы для этого. Я принесу нам коктейли.

— Пожалуйста, никакой текилы, — кричит Элиана, когда я поворачиваюсь спиной к столу.

Фыркаю, направляясь к бару, изо всех сил стараюсь не обращать внимания на то, как реагирует мое тело, когда я оказываюсь рядом с Коа, чей взгляд не покидал меня все это время.

Заказываю водку и нетерпеливо постукиваю пальцами по барной стойке в ожидании, но когда Коа молча поворачивается ко мне лицом, садясь на свой стул, чувствую, как мое тело напрягается.

— Что? — ворчу я, отказываясь смотреть на него.

— Ты все еще боишься высоты?

Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, весь кислород в моих легких исчезает, понимая, как близко мы находимся друг к другу. Он сидит на краю своего барного стула, наклонившись ближе ко мне, одной рукой опираясь на барную стойку, держа свой стакан с водой.

Выглядеть так хорошо, как он, должно быть незаконно. Я уверена, что он мог бы надеть мешок для мусора, и я бы все равно возбудилась.

— Да, а что? — Я прищуриваю на него глаза.

— Потому что меньше чем через двенадцать часов мы будем на частном самолете Габриэля, — говорит Коа, его глаза медленно прожигают дорожку по моему телу. — Когда ты в последний раз летала на самолете?

Я глотаю воздух, наблюдая за тем, как его глаза продолжают свое мучительное путешествие по моему телу, на его лице появляется ухмылка, когда взгляд останавливается на моих твердых сосках, проступающих сквозь обтягивающую футболку. Из всех дней, когда можно было не надевать бюстгальтер, это должен был быть сегодняшний. Я мысленно пинаю себя.

— Прошло несколько лет, но я уверена, что со мной все будет в порядке.

— Наверное, тебе стоит купить «Гравол» перед завтрашним отлетом. Это поможет тебе уснуть на большую часть полёта.

Я насмехаюсь и возвращаю свое внимание к бармену, который подходит с небольшим подносом, на котором стоят три полные рюмки.

— Если бы мне нужен был твой совет, — говорю я, забирая поднос, — я бы спросила.

Я пронзаю его к месту холодным взглядом, мое сердце болезненно заколотится, когда я вижу, как ухмылка исчезает с его лица. Ненавижу быть грубой с ним, но это единственный способ убедиться, что я не уступлю и дам ему еще один шанс.

Разворачиваюсь, мои длинные светлые волосы развеваются за спиной, пока иду обратно к девушкам.

Я закрываю глаза рукой, стараясь с глубоко дышать, когда самолет уже в третий раз за последние полчаса попадает в зону турбулентности. Каждый раз, когда это происходит, испытываю иррациональный страх, что у самолета отказал мотор или сломалась еще одна важная деталь, и мы вот-вот рухнем прямо в бездну.

— С тобой все в порядке? — спрашивает Габриэль с соседнего сиденья, отделенного от меня узким проходом.

— Да, — бормочу я, — лучше и быть не может.

— Хорошо, я пойду проверю пилота и узнаю, сколько времени у нас осталось до прибытия в Калифорнию, — говорит Габриэль, я слышу, как скрипит кожа его сиденья, когда он встает.

Тяжелые шаги затихают, когда он направляется к кабине пилотов.

Пять минут спустя мы входим в очередную зону турбулентности, я чувствую, что меня вот-вот стошнит от страха.

Встаю на слегка дрожащие ноги и смотрю на Коа, который крепко спит, сидя лицом ко мне. Как обычно, он одет во все черное, накинул капюшон и мирно спит, засунув руки в карманы.

Должно быть, это действительно приятно — иметь возможность выспаться во время такого беспокойного полета на самолете.

Делаю глубокий вдох и направляюсь в туалет, осторожно закрывая за собой дверь. Поворачиваюсь к своему отражению в зеркале, замечаю, что выгляжу бледной и вспотевшей.

Прекрасно.

Я не только чувствую себя ужасно, но и выгляжу так же, когда нахожусь в самолете с самым привлекательным парнем на планете.

Не то чтобы меня волновало, что он обо мне думает.

Брызгаю на лицо немного воды и вытираю его бумажным полотенцем. Вчера вечером стоило послушать Koa и не забыть купить упаковку снотворного перед сегодняшним полетом. Было бы гораздо проще просто проспать весь полет, как он. С глубоким вздохом выхожу из тесной комнаты и возвращаюсь на свое место.

Прежде чем сесть за стол, мое внимание привлекает маленькая бутылочка на подносе с едой. Когда я выходила в туалет, ее там не было. Я беру ее и, усаживаясь, читаю этикетку.

Снотворное.

Мой взгляд скользит по Коа, который лежит в той же позе, как когда я уходила, засунул руки в карманы толстовки и спит. Изучаю его, пытаясь уловить малейшие признаки того, что он проснулся, но его ровное и медленное дыхание убеждает меня, что он спит. Должно быть, это оставила стюардесса Габриэля.

Когда снова начинается турбулентность, без колебаний принимаю снотворное. Откинувшись на спинку кресла, устраиваюсь поудобнее. Через несколько минут мои веки начинают тяжелеть, и последнее, что я вижу перед тем, как погрузиться в темноту, — это серые глаза, которые смотрят на меня в ответ.