Чтение онлайн

– Конечно, - безразлично отозвалась я.
– Лиз будет рада меня видеть, она сегодня осталась дома, так как заболела.

– Да, я знаю, - усмехнулся он.
– Я догадался, потому что ее здесь нет. Я не видел вас врозь последние недели. Мне нужно переодеться, но я выйду минут через десять, так что встретимся у грузовика. Он повернулся, затем встал.

– Изабель, - тихо сказал он,- Будет лучше, если никто не увидит, как ты садишься ко мне в грузовик. Пусть это останется между нами. Хорошо?

Я молча, кивнула, раздумывая, что черт возьми это значит.

Я зашла в раздевалку и в спешке стала собираться – стянула с себя мокрый, липкий купальник, запрыгнула под душ, чтобы смыть запах хлора с волос, и с трудом натянула тугие легинсы на влажные ноги. Я задержалась на выходе и побрызгала на запястья и шею «Восклицание».

Быстрым шагом я вышла из раздевалки и направилась к парковке, надеясь, что никто меня не видит. К сожалению, удача была не на моей стороне.

– Изабель! – одна из тренеров по плаванию окликнула меня. Она направилась ко мне держа в руке листок бумаги. Она протянула его мне, немного отдышавшись.
– Твое время на последнем заплыве. Хочу сказать, что я удивлена и поражена, я была на твоем выступлении. Ты так улучшила свои показатели за сезон. И мы все… гордимся тобой.- Ее голос запнулся на последней фразе, я знала что ей трудно говорить это. С самого начала обе женщины тренеры дали ясно понять, что я им не нравлюсь, но мои высокие результаты вынудили их признать то, что они не хотели признавать – мой прогресс.

По идее, я бы осталась с ней, упиваясь похвалой и расспрашивая подробности. Глубоко внутри во мне сидела темная Изабель, которой нравилось видеть смущение тренера, и я хотела воспользоваться ситуацией с выгодой для себя. Сегодня, однако, я торопилась. Я знала, что мистер Стивенс, наверняка, уже сидит в грузовике, дожидаясь меня, и чувствовала беспокойство и волнение по поводу того, что он мне скажет. Я пробормотала короткое спасибо в ее невыразительное лицо, затем повернулась и ушла.

Впереди, я видела, что мистер Стивенс действительно был в грузовике с группой других студентов, уже занявших задние сиденья. Я испустила вздох облегчения и сожаления; я поеду с ним не одна. Я знала он сделал это, чтоб защитить мою и свою репутацию, но почувствовала легкое разочарование. Я с нетерпением ждала, когда останусь с ним наедине, хотя понятия не имела, что буду говорить или делать в этом случае. Вместо откровенного разговора, у нас будет шумная поездка в набитом грузовике. Я юркнула на переднее сиденье и придвинулась к нему, так, чтобы еще два студента могли сесть рядом со мной. Моя коленка коснулась его колена и я сглотнула. В грузовике не умолкали разговоры и смех, но я чувствовала только как его колено прижимается к моему. Я слышала только биение своего сердца.

Студенты друг за другом покидали грузовик, по мере того, как мы проезжали дома и окрестности. Гул болтовни подростков уменьшался с каждой остановкой и воздухе повисло напряжение. Наконец, мы подъехали к последнему дому, и девочка, сидевшая справа от меня, последняя из пловцов в грузовике – открыла дверь и спрыгнула.

– Спасибо, тренер!- крикнула она. Она помахала нам рукой и помчалась к дому, оставив нас одних в грузовике.

Мы ехали к дому Лиз, и до меня дошло, что он, по крайней мере, три раза свернул в другом направлении, выбирая наиболее близкое расстояние к домам других пловцов, намереваясь высадить меня последней. Я сдерживала свое волнение и нервозность и на мгновение задумалась стоит ли мне отодвинутся от мистера Стивенса, на другой конец скамейки у бокового окна. Грузовик опустел, и не было больше нужды сидеть так близко к нему. Казалось, он услышал мою мысль и сказал прежде чем я смогла отодвинуться.

Мне бы хотелось, чтоб ты сидела там, где сидишь,- пробормотал он тихо, предугадывая мой маневр. Я судорожно сглотнула и молча кивнула.

Мы ехали в тишине несколько долгих мгновений. По видимому, мистер Стивенс о чем-то размышлял; у него было напряженное выражение лица, все его внимание во время поездки к дому Лиз было направлено на дорогу . Тишина стала слишком давить на меня и я заговорила.

– Итак,- начала я, надеясь, что голос не выдаст мое волнение, - Что вы хотите, чтоб я написала в письме, о котором просите?

Я ожидала услышать хохот в ответ или по крайней мере смешок, но его лицо стало еще серьезней, он остановился на светофоре и повернулся ко мне. Его карие глаза были спокойными, но ярко блестели на лице, его губы скривились прежде чем он заговорил.

– Изабель, думаю, что ты многое хочешь сказать мне, но может быть боишься высказать это, - ответил он просто. – Напиши что ты чувствуешь. Просто откройся и будь честной со мной. Как думаешь, сможешь сделать это?

Я не была готова к такой откровенности, и это поразило меня. Ошарашенная, я отвернулась от него и стала смотреть вперед через лобовое стекло. Что это? Он хочет, чтобы я написала о своих чувствах к нему? Чтобы это значило? Что мне написать? Что я могу написать? Конечно же, неправду.

Наконец я смогла ответить.

– Да, - тихо отозвалась я. – Думаю, я справлюсь с этим. Это все?

Мистер Стивенс улыбнулся, и мне показалось, что я заметила облегчение в его глазах, словно тяжесть свалилось с его плеч. Напряжение вокруг рта и глаз немного ослабло и его плечи опустились. Загорелся зеленый свет и мы продолжили наш путь снова в тишине. Когда мы остановились у обочины возле дома Лиз, я забрала свою сумку для плавания и учебники. Я чувствовала, что мистер Стивенс следит за каждым моим движением и гадала, скажет ли он еще что-нибудь. Я выскользнула из грузовика, не сказав ни слова, но обернулась, чтобы помахать рукой. Его глаза встретились с моими и меня потрясла нежность в его глазах. Он ничего не сказал, когда я выходила из машины, но его глаза посеяли сомнение у меня в голове. В первый раз я была права – он хочет мое письмо, чтобы сказать, что чувствует сам в своем сердце.

Наши взаимоотношения не были игрой моего воображения.

Я практически подскочила к входной двери, сердце бешено колотилось в груди, и предусмотрительно постучала в окошко. Нужно просто перевести дух, до того как Лиз узнает обо всем.

Несмотря на жаркий день, Лиз уютно лежала на кровати в своей фланелевой пижаме, борясь с ангиной. Радость осветила ее лицо, когда я вошла в спальню. Волнуясь, я бросилась к ней и споткнулась о кучу одежды, валявшейся на полу. Еще не поняв что произошло, я вскочила и села на кровать, тем самым рассмешив ее.

– Тебя что, мама не заставляет убираться ? – Пожаловалась я, еще не совсем справившись с раздражением. – У тебя весь пол завален барахлом. Я не могу понять какого цвета ковер!

– Никто так не помешан на чистоте как ты, Изабель, - возразила Лиз хриплым голосом.
– Мы нормальные люди.

Я рассказала ей о событиях дня и поездке домой во всех подробностях, и продолжила рассказывать о своих мыслях по поводу сегодняшних событий. Мы провели большую часть дня, обсуждая письмо, которое я напишу мистеру Стивенсу и перебирая различные варианты. Я склонялась к сдержанному сближению, хотела лишь намекнуть на свои чувства и оставить дверь открытой для ответного шага со стороны мистера Стивенса. То есть, что если его намерения абсолютны невинны и он просто хочет поговорить о школе, друзьях или подростковых проблемах? Если я вылью на него всю правду о своих истинных чувствах, а он их не разделит, я умру со стыда. Лиз не считала, что его намерения не невинны.

– Учителя не просят студентов писать для них письма и рассказать о своих чувствах,- ответила она быстро.

– Если бы у тебя были проблемы, тогда конечно. Если бы ты принимала наркотики, пропускала уроки или же твои родители были в разводе, тогда может быть. Но ты отлично учишься и собираешься поступить в колледж. У тебя замечательная семья.

Какого лешего, он бы захотел чтобы ты написала ему о чем-то другом, а не о своих чувствах к нему?
– Она замолчала, давая мне время подумать.