Чтение онлайн

– Мы вернемся домой, как только ты захочешь… – предложила она.

– Генри? – Брэд потянулся к своему другу.

– Он может пойти с нами.

Подумав, ребенок кивнул.

Отправившись за холодным пивом, Кайл в окно наблюдал, как мальчик, пес и женщина спускаются по тропинке в соседний лес. «Да, – подумал он, усмехнувшись, – не хотел бы я оказаться между этой женщиной и тем, что она задумала».

Этель настояла, чтобы Эбби присоединилась к ним пообедать на скорую руку сырными горячими сандвичами и салатом.

– У меня такое чувство, что я вас объедаю, – смущенно улыбнувшись, сказала Эбби.

– Чепуха какая! – ответила Этель, заметив, как ей подмигнул Кайл, и ставя блюдо с сандвичами на кухонный стол. – Ты наша любимая соседка. – Она заговорила с Брэдом, обняв мальчика за плечи, и во взгляде, брошенном на Эбби, была благодарность.

Стоя на крыльце, Эбби потянулась.

– Пора и тебе отдохнуть, – сказал Кайл. – Как насчет того, чтобы посидеть где-нибудь в романтическом месте? Только вдвоем.

Она вздохнула:

– Я бы с удовольствием. Но мне надо перепечатать свои заметки и наметить, где я буду собирать образцы растений в следующий раз. Я должна перенести все это на бумагу, пока не забыла.

– Но можешь же ты отдохнуть хоть раз в неделю?

– Извини, Кайл. Но я должна это сделать.

Его грубые пальцы погладили ее мягкую кожу.

– Просто проверка, беби. Ты женщина или робот?

– Видишь ли, мне кажется, что спасти эту землю очень важно.

– Все это очень трогательно, Эбби, но ты одна. Эта задача тебе не по силам. Даже вместе с Брюсом и другими энтузиастами этого маленького Центра.

– Вот в этом ты не прав. Каждый из нас может сделать хоть что-то. Пусть даже мы спасем совсем маленький участок земли. Время работает не на нас, Кайл.

Он покачал головой:

– Ты просто одержима.

– Ну что ж. Эта одержимость того стоит. Мне жаль, Кайл, если ты считаешь, что на это не стоит тратить время. Наверное, это потому, что ты слишком долго жил в Нью-Йорке.

– Эбби, я…

– Твой город, Кайл, еще не центр мироздания. И ты сам тоже. Может быть, пора начинать возвращать что-то миру.

Напряжение и усталость дня стали сказываться на Кайле. Его слова звучали более грубо, чем ему хотелось.

– Может быть, пора и тебе заметить, что я делаю для тебя. И для Индейского центра. Я не стою на трибуне и не толкаю речи.

Эбби сердито посмотрела на него. Он заговорил прежде, чем она успела ответить.

– Забудь. Ты не хочешь понять, почему я… уезжаю сегодня вечером в Нью-Йорк. – Не дождавшись ее ответа, он вошел в дом Гроффов.

Кайл потягивал пиво и уныло смотрел на свою упакованную сумку. Какая-то невидимая сила удерживала его от того, чтобы прыгнуть в автомобиль и помчаться в Нью-Йорк. В сумерках он посмотрел на дом Эбби. В кухне мерцал огонь.

Он неожиданно для себя улыбнулся. Эта сумасшедшая кухня, заваленная всякой мишурой, собачьим печеньем, пакетами от крендельков, записями… уютная и теплая. Как он любил это место!

Коттедж? Или милую женщину, которая живет в нем?

Взъерошив руками волосы, он тихо выругался. Черт возьми, как ему быть? Он сделал все, чтобы угодить ей, но ничего не получилось.

Даже когда он согласился поработать в Центре, она держала его на расстоянии. Даже после того, как разрешила ему заняться с ней любовью – а в ее ответной страсти сомневаться не приходилось, – она по-прежнему для него недоступна. Она непредсказуема и пуглива, как олениха в лесу.

Кайл наклонился над перилами крыльца. Он слышал шум приближающегося грузового поезда. Вечерний бриз шевелил влажную траву и ветви сосен. В траве стрекотали ночные насекомые.

Кайл вдруг напрягся. Справа от него в кустах мелькнуло что-то темное. Легкое и осторожное. Его пульс участился. Сжав кулаки, он двинулся навстречу неизвестному.

– Привет.

Этот чувственный голос он узнал сразу. Хотя ее лицо оставалось в тени, бледный свет луны освещал стройное тело. На ней было легкое платье с цветочным рисунком. Эбби подошла ближе. Ее волосы цвета меда рассыпались по плечам.

У Кайла заныло сердце. Отвернувшись от нее, он молча смотрел на освещенные луной холмы.

Она подошла к нему сзади и обвила руками его талию. Он накрыл ее маленькие руки своими. «Как, ну как, – думал он, – мне освободиться от растущей любви к этой необычной женщине?»

С каждым разом ему все труднее прощаться с ней, когда он уезжает. «И почему вообще надо уезжать?» – продолжал нашептывать ему внутренний голос.

Да потому, что только так можно положить конец его тяге к ней. Если он еще в состоянии как-то соображать, ему надо срочно мчаться в Нью-Йорк, даже не оглянувшись. И немедленно.

Тысячи крошечных листочков шептались меж собой в ночном бризе. Эбби положила голову Кайлу на спину. Она чувствовала тепло, комфорт, защищенность.

Он повернулся к ней лицом. Руки Эбби упали с его талии, когда он взял двумя руками ее лицо. Она почувствовала его великолепную мужественность, его желание, сопротивляться которому было невозможно.

Он вдохнул чистый запах ее длинных волос и наклонился, чтобы поцеловать в губы. Она зашевелилась в ответ, крепче обнимая его.

– Я рада, что ты не уехал.

– Я хотел.

– Знаю.

– К сожалению, моя прекрасная искусительница, ты заняла мое сердце, и я не знаю, как тебя оттуда извлечь.

В уголках рта Эбби заиграла улыбка.

– Нужно найти выход.

Его глаза таинственно мерцали.

– Я слышал, что нечистую силу можно изгнать с помощью ритуала.

Она поморщилась:

– Не сказала бы, что мне нравится, как это звучит.

– Слушай меня. Дай припомнить. Сначала ты крепко хватаешь искусительницу – вот так. – Он прижал ее к себе. Эбби засмеялась. – Затем ты как следует целуешь ее. Вот так… – Он долго целовал ее губы, пока она не задрожала. – Ты пахнешь солнечным закатом и розами, – прошептал он, покрывая поцелуями ее шею.

Эбби вздохнула. Ей так не хотелось разрушать волшебство момента.

– Кайл, дорогой, москиты просто сожрут нас заживо, если мы не войдем в дом… – Взяв за руку, она повела его к своему дому.

Как всегда, в кухне Эбби царил беспорядок.

– Выпьешь вина? – спросила она Кайла, открывая пакет с крендельками и высыпая их на блюдо. – У меня есть потрясающий сыр, если только Сэм не съел его.

– Здорово. Ты питаешься нерегулярно, правда? Я имею в виду, что сегодня, например, ты не ела ничего, кроме крендельков, сандвичей и всякой зелени…