Чтение онлайн

Помимо этого, есть у него [божества] конь белого цвета; святотатством считается выдернуть волос из гривы или хвоста его. Один лишь жрец имеет право ухаживать за ним и садиться на него, дабы от частого пользования священный конь не утратил своей святости. На этом коне, по мнению руян, Сван-тевит-это имя божка-ведет войны против врагов своего святилища. Потому считается особым знаком, если он, стоя в ночное время в стойле, так сильно покрывается потом и глиною, словно бы проделал длинный путь. Также от этого коня предсказания... принимаются» (с. 466)43.

Уже с IX в. во время культового праздника урожая, на который собиралось «все население острова», или, возможно, перед ним устраивался рынок. Весы, гирьки и находки предметов торговли указывают на присутствие купцов.

К важнейшим находкам относится содержимое купеческой поклажи, по каким-то причинам зарытой перед культовой крепостью между двумя валами городища. Этот археологический комплекс содержит три топора, лезвия которых еще не были прокованы и заточены, заготовки для заклепок, игл и скоб, звенья цепочки, остатки удил, 24 ножа различных форм, а также их фрагменты, 13 наконечников стрел с фрагментами, остатки железного котла(?), остатки двух складных весов, чашку для весов, две чеканные бронзовые накладки, выполненные по одной модели, видимо от деревянного кубка для питья, бронзовую, обтянутую золотом оковку, украшенную пальметками и солярными знаками, наконец, остатки гребня44. Находка свидетельствует о двух обстоятельствах: во-первых, значительно в большем объеме, чем мы предполагали, велась торговля железными изделиями, в том числе рабочими топорами и ножами. Во-вторых, бронзовые, в частности золоченые, оковки указывают на связи с областями северо-западной Европы, где, очевидно, изготовлены обе оковки, то есть на североморскую торговлю. Солярное колесо-мотив, излюбленный в Ирландии, в то время как голова на оковке кубка восходит к известному в западноевропейском церковном искусстве мотиву «Даниил во рву львином»45.

Примерно к тому же времени, что и этот купеческий комплекс, относится многочисленное оружие и предметы воинского снаряжения из слоев предградья Арконы; среди них наконечники копий и стрел, остатки щитов и шпор, детали панциря. Итак, предметы торговли, войны и отправления культа в Арконе тесно связаны друг с другом, и это положение сохранялось до разрушения Арконы в 1168 г. Даже тогда, когда датчане осадили Аркону и в конце концов захватили и разрушили ее, торговцы искали убежища в этой крепости. Именно их победители заставили стащить с городища идол Свантевита46. Значение Арконы в торговых связях определялось в первую очередь ее положением центра политической и культурной жизни руян. Жречество Арконы всегда было богатым. Треть добычи, которую приносили рюгенские славяне из разбойничьих набегов и военных походов, передавалась в сокровищницу Свантевита в Арконе. Поселение ремесленников и купцов непосредственно перед городищем Арконы до сих пор не обнаружено. Следовательно, Аркона, скорее всего, была местом сезонной торговли, связанной с культовым праздником в августе, и - по сообщениям первой половины XII в.
– с сельдяным рынком в ноябре.

111. Ральсвик (план)

Совершенно иное дело - Ральсвик (илл. 111). Поселение располагалось посреди о. Рюген, следовательно, имело хотя бы ограниченную, но тяготевшую к нему сельскую округу. Доступ к нему через Большой Ясмундский залив легко контролировался. Политический центр, которому подчинялся Ральсвик, мог находиться в Ругарде у Бергена, на что указывают и археологические раскопки 1977 г. на городище в Ругарде. В Ральсвике с конца VIII в. или с начала IX в. оседали торговцы и ремесленники, тесно связанные с балтийской торговлей; в их могилах найдены многочисленные скандинавские вещи.

Среди жителей были и скандинавы, как показывает открытое в 1980 г. захоронение в ладье скандинавского типа47.

В Ральсвике исследованы лишь некоторые части поселения. Но уже выявлены остатки мастерских, в которых изготавливали гребни, обрабатывали янтарь, ковали железо, шили обувь, работали по серебру. Особое значение имеет клад, содержавший свыше 2000 арабских монет, а также их обломки. Младшая монета чеканена в 227 г. хиджры, т. е. в 842 г. Находка была погребена под развалинами, когда поселение во втором периоде его существования было разрушено.

Клад свидетельствует о чрезвычайном богатстве некоторых жителей Ральсвика. Он относится к наиболее ранним и крупным кладам арабского серебра на Балтике. Большинство монет выпущено в Багдаде, Табаристане, Самарканде, Мерве и Балхе, лишь единичные монеты принадлежат западной арабской чеканке, например... «ал-Андалус»48. Очевидно, основная масса серебра поступила в результате торговли по Волжскому пути и через Старую Ладогу. О восточноевропейских связях свидетельствует также и единственное в кладе украшение, - хотя и представленное обломком, - браслет пермского типа. Родину этого браслета следует искать в Прикамье. На контакты обитателей Ральсвика с восточной Прибалтикой указывает также находка финско-балтийских кольцевых фибул49. В Сагарде, недалеко от Ральсвика, найдена бронзовая финская выпуклая фибула50. Торговым связям со Скандинавией, а также другими областями Балтики обязаны своим происхождением остатки чаш из жировика, железных котлов, гребней, многогранные бронзовые гирьки и свинцовые слитки. Руническая надпись на кости, найденной на месте стоянки судов, говорит о том, что владеющие рунами люди по меньшей мере посещали это место51.

Купцы этого поселения умели писать: найдены костяные стили для письма, украшенные еллинг-ским орнаментом, и рукоять от деревянного стиля. На западной окраине поселения, обращенной к небольшому внутреннему озеру, соединенному с заливом двумя протоками, были устроены многочисленные пристани для судов, coстоявшие из чередующихся молов и проходов для кораблей. Эти пристани принадлежали отдельным усадьбам: у каждой был свой причал для корабля. Другие пристани, по-видимому, находились на восточном берегу залива, к юго-востоку и востоку от поселения, там, где в 1966 и 1980 гг. были найдены остатки затонувших судов52. Лодки эти были изготовлены в славянской кораблестроительной традиции. В нескольких километрах от поселения на береговой возвышенности залива находятся остатки городища или укрепления, функции которого в структуре приморского торгового места пока не установлены. Итак, в. Ральсвике, н сердце Рим сна. располагался, на протяжении нескольких cтолетий приморский торговый центр, принимавший оживленное участие в балтийской торговле. С X в. значение его снижается.

Окончательная оценка роли этого торгового места, конечно, будет возможна только после дальнейших исследований. Однако уже можно сказать, что в VIII и IX вв. это место было промежуточной стоянкой на морском пути между Хедебю, датскими островами и приморскими местами на южном побережье Балтийского моря. Но Рюген был также связан морскими путями с Готландом, на что указывает, в частности, появление в готландских памятниках чашевидных сосудов, характерного типа керамики рюгенских славян53.

Наконец, выдающимся свидетельством связей через Балтийское море является набор золотых украшений из Хиддензе, не имеющий себе равных ни в Центральной, ни в Северной Европе.

Даже криминалистическое расследование не смогло до конца выяснить обстоятельства этой находки. Во время шторма с 12 на 13 ноября 1872 г. сокровище было вынесено морем на сушу то ли из обломков корабля, потерпевшего крушение в эпоху викингов, то ли из сооруженного тысячу лет тому назад укрытия54. Изготовлено оно во второй половине X в.55.

Золото Хиддензе-это состоящее из 16 частей золотое ожерелье весом 596,20 г; крупная плетеная шейная гривна; круглая фибула из тонкой золотой и двух серебряных пластин, украшенных звериным орнаментом в технике зерни и скани (в центре фибулы крестообразная композиция в перегородчатой технике, инкрустированная альмандином или стеклом); десять крестовидных подвесок, каждая из которых увенчана птичьей головой с мощным клювом, сквозь которые продевался шнур, скреплявший ожерелье; четыре маленькие подвески, служившие промежуточными звеньями ожерелья. Крестовидные подвески представляют собой яркий образец синтеза христианской символики с языческой звериной орнаментикой**. Чудовище с клювовидной пастью, ушами и глазами глядит с христианского креста.

Украшения и их орнаментация выполнены в позднем еллингском стиле в Дании последней четверти X в., отмеченном уже сильным христианским влиянием. На Рюген оно попало либо как военная добыча, либо как последствие кораблекрушения, случившегося близ Хиддензе56.

Связи и отношения славянских племен южного побережья Балтийского моря со скандинавами и восточной Прибалтикой подвергались значительным колебаниям в переплетении торговли и разбоя, военных и мирных контактов. IX, столетие выделяется все возрастающей интенсивностью торговых сообщений, охвативших постепенно все пространство вокруг Балтийского моря. Оседание скандинавских поселенцев на южном побережье Балтики и славянских ремесленников и торговцев в датских и шведских приморских торговых центрах придавало возникающей торговой сети относительную прочность. X столетие в целом на Балтике было временем подъёма связей, в которых участвовали также и заселенные руянами, лютичами, ободритами области к западу от Одера. Количество монетных кладов значительно возрастает; эта тенденция сохраняется и после лютичского восстания 983 г. и освобождения племен между Одером и Кильской бухтой от эксплуатации немецким феодальным государством и немецкой церковной организацией. Серебряная десятина и рыночные пошлины более не уходили в Магдебург, Гамбург, Бремен и другие центры Западной Европы, но оставались в стране, создавая для возникающего господствующего класса большие возможности участия в балтийской торговле. До середины XI в. продолжался мощный подъем экономики, но одновременно учащались взаимные пиратские нападения.