Чтение онлайн

Я покачала бёдрами, и тот сантиметр, который я потеряла и обрела, был восхитительным.

— Ты в порядке? — спросил он, приподнявшись, чтобы увидеть меня.

— Мне будет лучше, когда ты начнёшь двигаться.

Он улыбнулся, затем вышел почти до кончика и снова вошёл в меня.

Я увидела звезды.

— Нравится? — Он поцеловал кончик моего носа, затем мои губы.

— Именно так. — Я провела ногтями по его спине, и он застонал.

Затем его бёдра установили ритм, глубокий и медленный, и мой мир сузился до Уэстона. Только Уэстон. Я покачивалась назад, когда он выходил, и выгибалась, чтобы встретить каждый толчок, наши тела сталкивались снова и снова. Каждый толчок был лучше, слаще, проникая так глубоко, что я чувствовала его от кончиков волос до пальцев ног. Он владел каждой частью меня, и мне это нравилось.

Мне нравилась дикая интенсивность в его глазах.

Мне нравилось напряжение его мышц против моих.

Мне нравилось, что он наблюдал за мной, меняя угол, ритм, делая все, что сводило меня с ума от удовольствия.

О Боже, я влюбилась в него.

Мое сердце замерло, и я притянула его к себе, чтобы поцеловать, вкладывая в поцелуй все свои чувства, как будто я могла выкачать из себя эмоции, похоронить их в жаре, в страсти.

— Я хочу, чтобы это длилось вечно, — сказал он, двигая бёдрами, и то напряжение, которое закручивалось во мне, снова нарастало. — Я хочу тебя во всех возможных проявлениях.

Он выскользнул из меня, и прежде чем я успела заплакать от потери, от пустоты, которую он оставил после себя, он перевернул меня на живот и поднял на колени.

Я выгнула спину, подняв для него задницу, и он вошёл в меня, проникнув еще глубже, чем раньше. Каждый толчок заставлял меня стонать, и звуки, вырывавшиеся из моего рта, были неразборчивы, пока он снова и снова входил.

— Не. Достаточно. Близко, — сказал он, каждое слово подчеркивая толчком бёдер. Он наклонился вперёд, схватил меня за талию и подтянул к себе, пока моя спина не уперлась в его грудь, а мои колени не оказались между его ног.

— Уэстон! — вскрикнула я, когда он вошел ещё глубже.

— Каллиопа, — ответил он, наклонив мое лицо к своему пальцами, а затем поцеловал, двигаясь во мне.

Его руки были на моей талии, на моих бёдрах, поднимая и опуская меня на него в такт его толчкам. Я гладила его талию, шею, все, до чего могла дотянуться. Наши тела скользили, покрытые потом, и он прервал поцелуй только тогда, когда мы оба задыхались, а пульс учащенно бился.

— Я… я… — Я не могла вымолвить ни слова. Всё во мне сжалось, сосредоточившись именно там, где мы соединились, и он прикоснулся пальцами к моему клитору.

— Я знаю. Я тоже. — Его дыхание было прерывистым, его пальцы довели меня до предела, второй оргазм заставил моё тело застыть, а затем расслабиться, когда удовольствие ослепило меня.

Я снова закричала, но на этот раз это было его имя, и я почувствовала, как он дёрнулся внутри меня, когда нашел своё собственное освобождение.

Мы дышали одним и тем же воздухом, опускаясь, наши груди тяжело вздымались, когда он опустил нас на кровать, прижимая меня к себе, пока солнце садилось в окне.

— Это было… — я покачала головой.

— Было, — согласился он, его рука скользила вверх и вниз по моему боку — движение одновременно успокаивающее и разжигающее.

Мне хотелось заплакать, когда он вышел из меня, хотелось потребовать, чтобы время повернулось назад, чтобы я могла пережить это снова, чтобы я могла жить в том мгновении, которому мы только что полностью отдались. Но время так не работает.

Он поцеловал меня в плечо, и я перевернулась на спину, чтобы посмотреть на него.

Золотые искорки в его глазах поймали свет, и сердце сжалось, пока я впитывала в себя всё, что связано с ним. Я никогда не видела, чтобы он выглядел таким умиротворённым, таким счастливым.

— Ты прекрасен.

— Ты просто пьяна от секса и оргазмов, — ответил он с улыбкой.

И теперь он стал ещё прекраснее.

Я провела языком по припухшей нижней губе, и он тихо застонал, наклонившись, чтобы поцеловать меня.

И вот так, просто так, я снова захотела его. Захотела всего, что могло быть между нами.

— В следующий раз я хочу, чтобы ты была сверху, — прошептал он мне в губы. — Хочу держать их в руках, пока ты скачешь на мне. — Он обхватил мою грудь, его большой палец скользнул по соску.

— Я думала, мы делаем это только один раз.

— Подари мне одну ночь. — Взгляд в его глазах заставил меня выгнуться ближе.

— А потом что? Ты отпустишь меня? — Мои пальцы скользнули от его шеи вниз по груди.

Между его бровями пролегли две линии.

— Я ничего не обещаю.

— Ты можешь получить всё, что захочешь, Уэстон. — Я подняла колено к его бедру.

Он кивнул. А потом снова начал брать своё.

Уэстон

Работать в День благодарения было ужасно, но на горнолыжном курорте в праздничные выходные отдыха не бывает. Именно поэтому ужин сегодня был назначен на восемь вечера.

Я поставил вертолёт на гребень к югу от горы Мэдиган.

— Время, — сказал я в гарнитуру.

Тео открыл раздвижную дверь и вывел гостей на заснеженный пик, напоминая им держать головы низко и держаться подальше от вертолёта. Когда они вышли, я подошёл сзади, оставив роторы вращаться, и кивнул Кэлли, которая заняла место в самом дальнем ряду рядом с Саттон.

— Готова к этому? — спросил я через гарнитуру.

Она повернулась к Саттон. — Пообещай, что не покинешь это место.

— Обещаю! — ответила Саттон в своей гарнитуре.

Кэлли глубоко вдохнула и подняла взгляд на меня, пройдя мимо центральной скамьи к тому месту, где я ждал.

На ней уже была надета страховка, на подготовку которой у меня ушли минуты. Минуты, которые я использовал как предлог, чтобы провести рукой по изгибу её талии и слегка коснуться внутренней стороны бёдер.

Я сдержал обещание одной ночи и не трогал её три дня.

Три очень долгих дня и мучительно бесконечные ночи.

Проблема, и одновременно кайф того, что мы трахались с Кэлли всю ночь в моей кровати? Она всё ещё пахла ею. Два вечера подряд я засыпал с эрекцией и просыпался с ней же.

Мы занимались сексом четыре раза, и этого всё равно было мало. Маленькая, но бесконечно громкая часть меня кричала, что этого никогда не будет достаточно. Я брал её в кровати дважды, в душе один раз — что переросло в стену — и обратно в мою кровать. И всё равно я ловил себя на том, что разглядываю каждую поверхность вокруг и планирую, как согну её.