Чтение онлайн

— Я делал всё, что мог, — сказал он. — Я присылал деньги. Покупал продукты, когда приезжал…

— Ты не сделал единственное, что имело бы значение — не остался, чтобы выполнять роль старшего брата, которой ты так гордишься.

— Перестань вести себя как придурок. С тобой невозможно говорить, когда ты такой, — он скрестил руки. — Я не знаю, чего ты от меня хочешь.

— Хочу, чтобы ты перестал требовать от меня что-то, — опустил я руки. — Хочу, чтобы ты признал: пока ты прыгал с «Титаника», некоторые из нас пошли ко дну.

— Я здесь сейчас! — он указал на дом. — Поднимаю этот чёртов корабль!

— И втянул меня в это, заставив вернуться!

Рид отступил. — Я никогда не заставлял тебя.

— Да, ты прав. Ты просто сказал, что нуждаешься во мне. — Я поднял взгляд к потолку, вспоминая разговор. — Что ты сказал? Тебе нужен способ привлечь обеспеченных клиентов. Нужен новый источник дохода, потому что ты тратишь уйму денег. Что, я должен был дать тебе провалиться, а потом слушать, что это моя вина?

— Мы были далеки от провала. Я предложил тебе деловую возможность, и ты принял её, с весьма приличной прибылью, если я правильно читал условия. Прости, что я хотел спасти это место от той ужасной сделки, которую заключил отец. — Он покачал головой. — Прости, что я просто хотел провести время с братьями, попытаться вернуть этому месту дом, который был до смерти мамы. Я хочу вернуть семью, Уэстон.

— Ты думаешь, мы будем там, где ты нас оставил? — я поднял руку в сторону входной двери. — На этом крыльце?

Его губы сжались.

— Ты не понимаешь, потому что тебе никогда ничего не приходилось отдавать. Ты всегда делал ровно то, что хотел, ровно тогда, когда хотел. А я пожертвовал своим будущим, чтобы у всех остальных оно было. И, видимо, этого тебе всё равно было мало. Ты позвонил и сказал, что тебе нужно, чтобы я отказался от карьеры, которую люблю, от повышения, за которое я горбатился, от всей жизни, в которую я вложил себя полностью. И я сделал это. Чёрт, ты знаешь, что я терпеть не могу думать о том, чтобы ступить в этот дом, а всё равно здесь, как ты просил, — я раскинул руки. — Что ещё тебе от меня нужно, Рид? Хочешь, чтобы я позвонил Крю и сказал, что он тоже должен вернуться и использовать свою известность, чтобы сделать расширение успешным?

Рид побледнел.

— Ты шутишь, да? — глаза мои вспыхнули.

— Он не отвечает, но я не ради этого хочу с ним поговорить! — взорвался Рид.

Я покачал головой и рассмеялся.

— Чёрт возьми. Ты действительно хочешь, чтобы я позвонил Крю? Что с тобой, старший брат? Младший не отвечает на звонки?

— Как и тебе, — огрызнулся Рид.

— Он отвечает, когда я звоню. — Мне было плевать на его вид раненого щенка. — Я просто знаю, что лучше не звонить, если это не дело жизни и смерти.

Между нами воцарилась тишина, такая густая, что душила любые положительные чувства, и такая хрупкая, что я понимал: следующие слова могут разрушить нас безвозвратно.

— Ты построил себе жизнь, — сказал я тихо. — Отлично. Мы все гордимся. Но некоторым из нас приходилось заботиться о младших братьях. Если хочешь назвать меня ублюдком, окей. Я тот, кем ты и отец сделали меня. Каждый ваш выбор сформировал меня, и тебе стоит быть благодарным за это, потому что я здесь. Я пришёл, когда ты позвал. Но ты когда-нибудь сделал бы то же самое для меня?

В моих словах исчезло всё сопротивление.

Я взглянул на Кэлли. — Мне нужен воздух.

Она кивнула, лицо побледнело, глаза стали больше, чем тарелка на столе.

Я схватил куртку и вышел из дома, закрыв дверь мягче, чем мог подумать. Потом я прошёл к краю подъездной дорожки и посмотрел на земли Мэдиганов — ту территорию, которую нам удалось сохранить, пока семья разваливалась.

Дверь открылась и закрылась, и я съёжился. — Мне понадобится немного пространства, Рид.

— Хорошо, что я не Рид. — Кэлли натянула пальто, застегнула его, пока первые снежинки начинали падать, и подошла ко мне. Она положила руку на мою, и я опустил голову.

— Мне так чертовски жаль, — пробормотал я. — Я пришёл только для того, чтобы ты могла провести День Благодарения с Авой, а потом всё взорвал.

— Это было довольно ядерно, — пошутила она с грустной улыбкой. — Но я тебя не виню. Рано или поздно это должно было случиться. Если не сейчас, то на Рождество или, что ещё хуже, на их свадьбе. Можешь представить это перед полной аудиторией?

Я притянул её к себе, обнял, положив подбородок ей на голову.

— Я не хотел, чтобы это случилось. — Вина грызла меня за то, что я потерял контроль, но небольшая часть меня была рада, что так вышло. По крайней мере, Рид теперь знает, что я чувствую.

— Я знаю, — сказала она, обвив меня руками и крепко прижав. — Просто жаль, что ты не сказал это раньше.

— Так бы я не испортил ужин?

— Нет, ты бы не носил это в себе годами. — Она повернула голову и приложила ухо к моему сердцу. — Но теперь я немного лучше понимаю тебя. Почему ты появляешься, когда нуждаются. Ты невероятный человек, Уэстон.

— В том, что было там, нет ничего лестного, — вздохнул я. — Я просто сорвался.

— Сорваться это ударить его.

— А если очень хочется? — Я наклонил лицо и поцеловал её макушку.

— Если мир начнёт судить людей за то, чего они хотят, а не за то, что делают на самом деле, нам конец. — Она крепко сжала меня и отступила, а я позволил. — Давай я выведу Саттон из твоей комнаты, и поедем домой?

— Ты должна остаться. Я пойду. — Я чувствовал себя дерьмово за то, что испортил её вечер.

Она покачала головой. — Я хочу быть там, где ты.

Эти слова ударили меня в живот и одновременно запустили сердце.

— Дай мне две минуты. — Она отступила и поднялась по ступеням на крыльцо.

— Кэлли, — позвал я.

Она обернулась, рука на дверной ручке.

— Укради их пирог.

На её лице вспыхнула улыбка, а моё сердце забилось вдвое быстрее.

Пятнадцать лет я строил защиту, но когда дело дошло до Кэлли?

Чёрт, я могу влюбиться в эту женщину, и это… немыслимо.

Кэлли

Снимки были потрясающими. То, как солнечный свет играл на фате невесты? Абсолютно восхитительно. Свет был идеален, цвета — божественные, а взгляд жениха пронзал грудь прямым желанием.