Чтение онлайн

Экипаж, проехав переулок, уже вывернул на Большую Конюшенную.

«Это не черновик! – обрадовался Дашкин. – Я зря подозревал Юлию! Ах, как хорошо! – Даже петербургский воздух вдруг показался ему свежим и бодрящим. – Может быть, княгиня действительно навещала заболевшую Полину? А я собрался запереть ее в деревне и обречь себя…»

Князь не успел додумать, на что он намеревался себя обречь. Пока Дашкин нежился в приятных размышлениях, незнакомка развернула пачку бумаги:

– Обмануть решил, сиятельство? А ну отдавай письмо! – потребовала она, приложив муфту к груди князя. – Стрелять буду!

– А в чем дело? Я расплатился! Деньги у вас! – бормотал князь, торопливо пихая письмо в карман шубы.

– Деньги?! – прошипела дама. – Там резаная бумага!

– Что вы говорите? – издевательски улыбнулся князь. Письмо уже было в безопасности. – Я, видимо, пачки перепутал.

– Отдай конверт!

– Извините, мадам. Это мое письмо! С какой стати я его должен отдавать?

– Вы… Вы – подлец! – дама от возмущения снова перешла на «вы».

– Не более, чем вы, мадам. Вас учили в детстве, что читать чужие письма нехорошо?

– Отдайте конверт! Иначе стреляю! – с отчаянием в голосе повторила угрозу дама.

– На Невском? – искренне удивился князь.

Петербургской привычке слоняться взад-вперед по проспекту не могла помешать даже непогода. Невский, по которому уже катил экипаж, был заполнен публикой. Дашкин то и дело приподнимал цилиндр, отвечая на приветствия.

Дама опустила муфту. Воодушевленный, князь продолжил:

– Позволю себе дать вам отеческий совет: бросайте свое ремесло и возвращайтесь к честной жизни. Вспомните об истинном предназначении женщины: рожать и воспитывать детей, хранить семейный очаг. Скользкий путь, на который вы ступили…

– Заткнитесь! – оборвала его шантажистка.

Князь пожал плечами. Метать бисер явно бесполезно, Дашкин зря теряет время. Письмо получено, свидание окончено.

– Эй, любезный! – Дашкин пару раз стукнул извозчика тростью по спине. – Останови-ка!

От резкого, пропетого густым басом «тпру» на минуту встали даже встречные лошади. Экипаж, в котором ехал Дашкин, затормозил так, что Арсений Кириллович чуть из него не вылетел. Князь обо что-то стукнулся, резкая боль пронзила правый висок, глаза закрылись.

– Трогай! Барин передумал выходить! – раздался низкий женский голос. И тут же перед Дашкиным рухнул тяжелый бархатный занавес, ломящая боль в виске отступила, и настала тишина.

– Вы живы? – удар по щеке вернул боль. – Вы меня слышите?

Князь попытался ответить, но смог лишь вздохнуть.

– Ой, слава богу, жив! – обрадовался незнакомый голос.

Князь приоткрыл глаза. Перед ним плясал хоровод мужских лиц. Князь потряс головой, боль сразу вспенилась, будто теплое шампанское, а пляшущие лица непостижимым образом слились в одно, прежде не виданное.

– Вы князь Дашкин?

У Арсения Кирилловича вырвалось какое-то мычание, пришлось кивнуть, чтобы подтвердить догадку незнакомого молодого человека.

– Я вас узнал!

– Где я? – с третьей попытки Дашкин наконец смог выговорить эти два слова.

– Понятия не имею. Я в Петербурге недавно, – румяный юноша виновато улыбнулся. – Пустырь какой-то…

Князь вспомнил – он ехал по Невскому, потребовал остановить экипаж… А что было дальше?

– Как я … Как я попал сюда?

– Вас выкинули из экипажа.

Князь попытался подняться, но голова у него опять закружилась. Юноша снова превратился в компанию и, наверное, поэтому успел подхватить Дашкина под мышки.

– Эй, давай-ка подсоби! – крикнул кому-то молодой человек.

Вдвоем с извозчиком они дотащили Дашкина до экипажа. Сидеть князь не мог, пристроил голову на колени румяного юноши. Пару раз пришлось останавливаться – князя мутило, но пустой желудок изрыгал лишь желтую пену. Когда ему полегчало, князь смог назвать свой адрес. Вспомнив, что в кармане лежало письмо, полез проверить – и от ужаса снова потерял сознание.

Мокрая листва явно казалась пронизывающему северному ветру жертвой слишком жалкой. Постоянно меняя тактику, чередуя порывы с вихрями, он пытался повалить фонари, вырвать с корнем деревья, унести с собой редких прохожих. Денис замерз задолго до появления Тучина с Лаевским, которые тоже быстро продрогли и начали притопывать ногами и махать руками, чтобы согреться. Угарову они были хорошо видны: и Владимир под фонарем, и Александр, прятавшийся в подворотне. Тучин раз пять доставал часы и издалека показывал их кузену. Мол, хоть и велик Петербург, а новости по нему разлетаются мгновенно, наверняка таинственная дама узнала о гибели Баумгартена и на встречу не придет. Лаевский в ответ делал умоляющие знаки: давай-де, еще подождем.

Этот экипаж сразу показался подозрительным. Лихо свернув с проспекта, он вдруг сбавил скорость и поехал медленно, словно пассажир что-то высматривал на пустой улице. Насторожившийся Денис сразу узнал князя Дашкина – Тучин очень похоже зарисовал этого напыщенного господина в своем альбоме. Когда лошади заворачивали в Шведский переулок, в глубине экипажа мелькнула дама в вуали.

Впоследствии Угаров утверждал, что догадался сразу: она и есть таинственная вымогательница. Но, признаемся откровенно, Денис просто сильно замерз и искал предлог уехать, а признаться себе, что следил за Тучиным и Лаевским напрасно, ему не позволяло мальчишеское упрямство.

Угаров крикнул извозчику: «За ним!» Пока развернулись, пока проскочили переулок, экипажа и след простыл. Куда он поехал? К Конюшенной площади или к Невскому? Угаров наудачу выбрал второе. Удача не подвела – там и нагнали. Пристроились не вплотную, но так, чтобы не потерять. Большая Морская, строящийся Исаакий, Мойка… Дальше экипаж князя принялся петлять по кривым незнакомым улочкам, вывернув в конце концов на какой-то пустырь. Денис увидел, как извозчик, словно дохлую собаку, выволок князя из экипажа и кинул в лужу. Без сомнения, делал он это по приказу дамы в вуали: Угаров видел, как она распоряжалась, размахивая пистолетом. Лишь несколько мгновений Денис колебался: продолжить погоню за ней или оказать помощь Дашкину. А вдруг князь ранен или, не дай бог, убит? Человеколюбие возобладало.

Юлия Антоновна перепугалась, выскочила на улицу, как была, в платье, а увидев князя в полузабытьи, побледнела и затряслась.

– Что случилось? – спросила она Дениса.

– Его выкинули из экипажа.

– Как? Где?

– На пустыре…

– Козьим болотом называется! – уточнил извозчик, четвертый час катавший Дениса.

– Я, увы, пока плохо знаю Петербург, – виновато пояснил Угаров. – Проезжал мимо и случайно стал свидетелем преступления.

– Спасибо! – Юлия порывисто обняла и поцеловала Дениса.