Чтение онлайн

— Похоже, я выиграю в этой сделке.

— Ты так думаешь? — Он постукивает по голове нефритовой статуи — Посмотри на меня. Вот куда ты направляешься. Я сделал этот выбор. Я хочу этого. А ты? Вечность, это долгое время, застывшее, как скала. Ты мне безразличен. На самом деле, нет. Но мне здесь нравится. Я приехал сюда не просто так. Мое время истекло. Я хочу, чтобы так и оставалось. Ваш мир, отстой. Я не хочу в этом участвовать.

— Боль в груди — говорю я — Как будто кто-то вырывает мои внутренности. Это из-за этого, не так ли? Когда я пользуюсь этим, я меняюсь.

— Я готов поспорить, что у тебя сейчас интересная анатомия. Пара костей вот здесь, часть почки. Если бы врач вскрыл тебя, он бы почесал в затылке.

— Почему я после этого не чувствую никаких изменений?

— О, с тобой все в порядке. Технически. Ты будешь продолжать дышать, двигаться и все такое. Пока не перестанешь. Эта боль — часть процесса. Я сказал, что тебя переделывают. Я не шутил. Ты становишься таким, какой я есть. Когда ты воспользуешься этой силой, и тебе перестанет быть больно? Вот тогда тебе и стоит начать беспокоиться.

— Скажи, что я тебе не верю. Откуда мне знать, что ты говоришь правду?

— Ты не знаешь. И есть некоторые вещи, о которых я не могу тебе рассказать. Старые договоренности. Я бы предпочел, чтобы ты доверял мне, потому что мы связаны друг с другом, и это могло бы помочь мне сохранить тебе жизнь, а мне смерть подольше.

— Что-то не сходится. Если я превращусь в тебя, как она вообще сможет меня убить? Я стану богом. Чем, черт возьми, она собирается меня зарезать?

— И осознание — говорит он — приходит через три... два... один.

— О, сукин сын. Нож. Это она заставила Сергея украсть нож.

— Ты самый медлительный в своей семье, не так ли?

— Ты довольно саркастичен для бога смерти.

— Забавно, что ты думаешь, будто я говорю по-английски — говорит он — С тех пор, как я встретил тебя, я не произнес ни слова, кроме как на науатльском. Твой мозг выполняет весь перевод. Так что, если я говорю с сарказмом, что это говорит о тебе? Я игнорирую его.

— Если она попросила Сергея достать для нее этот нож, какого черта он все еще бегает вокруг и сдирает кожу с людей? Я говорю.

— Это предположение, но я думаю, что она не держит его на коротком поводке.

— Предположение?

— Мы об этом не разговариваем. Я сделал этот нож давным-давно для Шипе Тотека.

— Фермерский бог.

— Фермерский бог. Пожалуйста. Он — нечто гораздо большее. Война, болезни, перерождение. Он повсюду. Такие вещи могут довести человека до шизофрении. Этот нож может сделать гораздо больше, чем просто содрать с человека кожу. Оно может убить практически все, включая других богов. Когда я отдал его ему, все обалдели, и все взбесились, потому что я дал мистеру Биполярному инструмент для массового убийства. Поэтому Уэуэкойотль украл его и попросил Тлальтекутли и Кецалькоатля помочь спрятать его у каких-нибудь смертных. Этот Бруха, с которым ты общаешься, принадлежит к длинной череде хранителей.

От перечисления ацтекских имен кружится голова.

— Кажется, из всех этих имен я запомнил одно — говорю я — Кецалькоатль. Бог пернатых змей, верно?

Он качает головой.

— Тебе лучше побыстрее выучить несколько имен — говорит он — Теперь они твоя семья.

Как бы мне это ни было неприятно, я знаю, что он прав. Имена кажутся знакомыми, но у меня не было времени вникнуть во все из них. Уэуэкойотль хитрец, но Тлальтекутли для меня в новинку. У меня ушли годы на то, чтобы выучить все имена Лоа Вуду. Большинство из них вы не найдете ни в одной книге, и я сомневаюсь, что на их изучение уйдет меньше времени. Только я не думаю, что у меня будут годы, чтобы это сделать.

— Итак, Муэрте выясняет, где находится нож, и посылает за ним Сергея. Но он решает не отдавать его ей. Выходит за рамки дозволенного. Почему?

— Видишь эти кости? — Он пинает один из черепов на полу, и его нога проходит сквозь него — Этими людьми руководил священник, который не смог попасть в свои собственные небеса, поэтому попытался захватить наши. Надеялся завоевать нас здесь так же, как его народ завоевал нас в вашем мире. Из Миктлана он мог перебраться в любое из наших других королевств.

— Не очень-то далеко он продвинулся, не так ли?

— Он далеко продвинулся. Но я смог отрезать его от оружия, когда заманил сюда. Думаю, Сергей пытается сделать то же самое.

— Он, наверное, смог бы — говорю я, думая о Кеттлмене — У него в голове есть парень, который, вероятно, знает, как это сделать. Но для этого потребуется много энергии, верно? Это объясняет, почему он хочет клетку из черного дерева.

— Есть и другой способ — говорит Миктлантекутли. Мне все еще трудно не воспринимать его как Алекса. Он ведет себя не так, как Алекс, не совсем так, но и не похож на тысячелетнего бога смерти. Если это все из-за того, как мой мозг интерпретирует то, что он говорит, мне, наверное, стоит проверить свою голову.

— Он снимает с меня кожу — говорю я — Теперь у меня есть связь с этим местом, верно?

— Точно. У него тоже есть проблема с твоим превращением в нефрит, так что, даже если и будет, я сомневаюсь, что он долго протянет.

— Знаешь, это познавательно и все такое, но у меня есть приоритеты, и вопрос о том, попадет ли Сергей в Миктлан, даже не входит в мой список. Так почему это вообще моя проблема? Мне нужно избавиться от Сергея. Тогда я смогу решить, что делать с твоей сумасшедшей бывшей женой.

— Или ты можешь пошевелить своими гребаными мозгами и сделать и то, и другое — огрызается он на меня — Ты либо глухой, либо тупой. Это твоя проблема, потому что тебе нужен этот нож. Им можно убить богов, придурок. Тебе нужно убить её до того, как она убьет тебя, и если он попадет с этим в Миктлан, ты больше никогда этого не увидишь.

— Ни хрена себе. Но как, черт возьми, я должен его найти? Если придется выбирать между тем, чтобы умереть сейчас или позволить ему уйти и умереть позже, я выберу "позже". У меня был только один способ выследить его, и это...

Ответ всплывает у меня в голове. Есть только одно место, где он может быть сейчас. Ему нужна клетка из черного дерева. её не было в баре. Я не знаю, сказала ли Табита ему, где это, или нет, но если нет, то есть еще только один человек, который мог бы знать, где это.

— Вивиан — говорю я. Он у Вивиан. Мне нужно убираться отсюда. Мне нужно немедленно убираться отсюда. Боль, словно мою грудь разрывают раскаленными ножами, пронзает меня, когда ступени врезаются в стену и ведут вверх, к новой дыре в потолке. Это почти сбивает меня с ног, но я удерживаюсь, прежде чем мои колени подгибаются.