Чтение онлайн

Кивнув администратору, девушка прошла к будке охранника.

– Добрый день, – она приветливо улыбнулась, но без заискивания, так, словно информация, которую она собиралась сообщить, была важнее для охранника, чем для нее самой. – Видеосъемка ведется во всех помещениях общего пользования этого отеля?

Охранник бросил на нее внимательный и короткий взгляд, дежурно-вежливо кивнул:

– Без сомнения. Информация о наличии видеосъемки расположена на видимых поверхностях и доводится до сведения постояльцев.

Очевидно, она – не первая, кто интересуется камерами. Но, Аделия была готова поспорить, она была первой, кто интересовался записями в столь эксцентричных целях.

– Это отлично. Мне нужны записи зала в кафетерии, – она назвала точный день и час. – Видите ли, я оставила там кошелек с крупной суммой денег, и мне его не вернули. Хотелось бы понимать, кто взял его, чтобы сообщить полиции.

Охранник нахмурился. У него покраснели кончики ушей. Чуть вытянув шею, он поправил жесткий воротник форменной рубашки, откашлялся.

– Вообще-то у нас так не принято…

– А, ну окей, тогда просто напишу заявление в полицию… – она засобиралась уходить.

Охранник ее остановил:

– Да погодите вы.

Аделия остановилась, оглянулась через плечо.

– Вы точно время помните?

Девушка кивнула:

– Да, я приходила с дочерью на обед примерно в это время.

Охранник вздохнул, кивнул на стул рядом с собой:

– Присаживайтесь, будем смотреть.

У Аделии быстро забилось сердце. Она приготовила телефон, чтобы успеть сфотографировать экран. Охранник тем временем нашел нужный день, нужные камеры и вывел их на экран:

– Вот эти три камеры приглядывают за кафетерием.

Аделия взглянула на ракурсы.

– Вот эта, я сидела за этим столиком, кажется.

Охранник кивнул, вытянул окошко в центр рабочей зоны и стал прокручивать время. Вот в зал зашла Валентина, сделала заказ. Она сидела спиной к камере, но Аделия могла хорошо представить, как пожилая дама потягивает коктейль, как неторопливо поглощает салат. Время бежало – секунды сменяли одна другую, Нелли не появлялась.

Валентина дообедала, к столику подошла официантка, приняла оплату, сменила блюда и принесла новый коктейль, на этот раз молочный. Аделия отчетливо помнила, что именно он стоял на столе, когда появилась сама Аделия с дочкой.

И в самом деле, Валентина встрепенулась, махнула рукой – камеры пока не видели, а вот пожилая дама уже заметила свою соседку и отчаянно привлекала к себе внимание.

Вот Аделия поравнялась с кафетерием, за панорамным стеклом мелькнуло ее бирюзовое платье. А еще через полчаса, из двери, ведущей в фойе, она появилась вместе с Настей. Неллички не было.

Охранник еще наблюдал за тем, как они поглощают обед, как разговаривают о чем-то, а девушка уже просматривала телефон.

– Вот, – она сверилась с датой. – Давайте посмотрим камеры в фойе у главного входа, между девятью и десятью вечера.

И она снова назвала число.

Охранник посмотрел на нее:

– Мы ведь не кошелек ваш ищем, верно?

Девушка кивнула. Охранник, вздохнув, свернул все окна, включая рабочее, подпер щеку и проговорил устало:

– В таком случае прошу покинуть пост охраны…

– Вы не понимаете, – попыталась переубедить его Аделия.

Тот протестующе поднял вверх руки:

– Знаете, сколько мне тут всяких душещипательных историй рассказывают? Но это частная жизнь, – он кивнул на монитор, – я не имею права демонстрировать записи каждому заскучавшему постояльцу.

Девушка задумчиво крутила в руке телефон, из закрепленной на пояске радионяни посапывала дочка.

– Мне кажется, в отели орудует группа мошенниц.

– Час от часу не легче, – охранник закатил глаза. – Вы, часом, не детектив на секретном задании? А то у меня сегодня ни одного не было!

Он рассмеялся.

Аделия покраснела и поднялась:

– Я понимаю, вы мне не верите. Но я точно знаю, что происходит нечто странное, и это странное проходит перед вашими глазами, фиксируется вашими камерами, и неизменно ускользает от вас. Потому что обыденно, а вы не ожидаете ничего подобного. Ведь вы уверены, что в вашем отеле ничего плохого и тем более криминального произойти не может! Вы-то профессионал. А профессионал, между прочим, никогда не отмахнется от сведений, которые подлежат проверке, и могут быть проверены. Так говорит мой муж, следователь СК.

Охранник понимающе протянул:

– А-а, вы та дамочка, у которой окровавленный чемодан нашли.

– Не чемодан, а вещи в нем, – обиделась Аделия. – Но да, я та самая «дамочка».

Охранник сочувственно уставился на нее.

– И что, есть новости?

– Как будто мне их кто-то сообщает…

Мужчина усмехнулся:

– Вот видите, тайна следствия в деле… А вы просите камеры частному лицу показать.

Аделия шагнула к двери из «аквариума».

– Погодите… – Охранник снова открыл окна. – Какое, вы говорите, вам число нужно?

Девушка быстро вернулась на свое место, повторила дату. Охранник покосился на нее, усмехнулся еще раз, но спорить уже не стал. Он методично просматривал папки, пока не нашел подходящие и не открыл их.

– Кого мы ищем.

Аделия сочла, что мужчину уже можно посвятить в свои планы, активировала экран сотового и нашла канал Неллички.

– Вот эту девушку, она может быть в обществе одной из ваших постоялиц, высокой, – Аделия показала примерно рост выше своего собственного, – полная, носит объемные платья в стиле бохо…

– А, понял про кого говорите… И почему подозрение в мошенничестве?

Аделия задумалась, подняла к потолку каморки глаза, заметила засохшего паучка в углу.

– Понимаете, эта полная дама называет девушку своей дочерью, но та никогда не бывает здесь. Я пару раз заходила в номер Валентины, это та самая полная дама, так вот – вещи дочери распакованы, разложены нарочито по всей комнате… Вот вы бы оставили блузки и юбки своего ребенка висеть на спинках кресел и диванов или убрали бы все в шкаф?

Охранник безапелляционно ответил:

– Конечно, в шкаф.

– Вот и я так же. Складывается впечатление, что вещи нарочно размещены так, чтобы привлекать внимание – мое, горничных, чтобы ни у кого и мыслей не возникло, что… никакой дочери и нет.

Эта догадка колола под сердцем – Валентина так правдоподобно рассказывала о своей дочери, так артистично, с такими милыми подробностями. Но это могли быть фрагменты настоящей биографии, а могли быть – полностью выдуманными фактами, из какого-нибудь сериала, например. Или книги.