Чтение онлайн

— Тетя Флосси, послушайте меня!

— Я, кажется, ясно тебе сказала…

Раскаиваясь в содеянном, Дуглас покинул поле боя.

Рассказав обо всем этом, Дуглас поднялся, встал перед камином, широко расставив ноги, и признался:

— Должен сказать, что после этого наши прежние отношения уже не вернулись. Она обиделась и стала обращаться со мной как с ребенком.

— Мы заметили, что твоя популярность несколько поубавилась, — вставил Фабиан. — Бедная Флосси! Ты попытался сыграть на ее чувстве долга. Непростительное безрассудство. Стоит ли удивляться, что она к тебе охладела.

— Зачем так бессовестно все извращать, — с достоинством произнес Дуглас.

— С некоторой долей преувеличения это можно расценить как мотив к убийству, — поддел его Фабиан.

— Что за чушь ты городишь! — завопил Дуглас.

— Заткнись, Фаб, — вмешалась Урсула. — Ты просто невыносим.

— Извини, дорогая.

— Я и сейчас считаю, что у меня не было другого выхода, — продолжал кипеть негодованием Дуглас. — В конце концов, это был ее слуга, и хозяйкой здесь была она.

— Что не помешало тебе вскрыть замок на его двери, — заметил Фабиан.

— Я не вскрывал замок, Фабиан. Все было совершенно иначе.

— А миссис Рубрик с ним разобралась? — поинтересовался Аллейн.

— Предполагаю, что да. Но мне она ничего не говорила, а я не спрашивал, чтобы опять не получить нагоняй.

Дуглас зажег сигарету и глубоко затянулся.

«Он явно чего-то недоговаривает», — решил Аллейн.

— Вообще-то я совершенно уверен, что она с ним разобралась. Потому он ее и убил, — быстро проговорил Дуглас.

— Значит, ты представляешь это так, — усмехнулся Фабиан. — Флосси говорит Маркинсу: «Я узнала от моего племянника, что вы вражеский агент. Вот вам недельное жалованье в качестве выходного пособия, и знайте, что на вокзале вас арестуют и расстреляют!» — «Как бы не так», — говорит про себя Маркинс. Он замышляет убийство, подходит к сараю, слышит, как Флосси упражняется в ораторском искусстве, прокрадывается внутрь и — дело сделано. Во всем этом нет ни грамма смысла.

— Еще бы. Ты ведь представил все в идиотском виде, — жарко возразил Дуглас.

— Более того, — добавил Фабиан, — не в характере Флосси лезть напролом и предъявлять обвинения Маркинсу. Так могла поступить только круглая дура, а тетя Флосси была совсем не глупа.

— Но она совершенно ясно заявила о своих намерениях.

— «Разобраться с Маркинсом»? Она ведь так выразилась? Это значит, разобраться с делом Маркинса. Она хотела от тебя избавиться и немного подумать. И, честно говоря, я ее не осуждаю.

— Но как иначе она могла разобраться с Маркинсом? Только поговорив с ним, — возразила мисс Линн.

Она редко вмешивалась в разговор, и ее голос, резкий и отчетливый, прозвучал как некий вызов.

— В ней было что-то от Полония, в нашей Флосси. Мне кажется, она решила действовать обходным путем. Возможно, решила посоветоваться с дядей Артуром, — предположил Фабиан.

— Нет! — отрубил Дуглас.

— Как ты можешь об этом знать? — удивилась Урсула.

В воздухе повисло молчание.

— Это было не в ее характере, — наконец ответил Дуглас.

— Опять ее характер, — сказал Фабиан Аллейну. — Везде и всюду ее характер.

— Когда в нашей стране возникла угроза пятой колонны, тетя Флосси постоянно возвращалась к этой теме в парламенте, — пояснил Дуглас. — Маркинс знал об этом не хуже нас. При малейшем намеке с ее стороны он насторожился бы.

— Вам не кажется, что если бы она решила подождать с обвинениями, он все равно заметил бы изменившееся к нему отношение? — спросила Урси.

— Конечно, заметил бы, — согласился Дуглас. — Она не умела скрывать своих чувств.

— Еще как умела, — возразил Фабиан. — Флосси была хитра как сто чертей.

— Согласна, — подтвердила мисс Линн.

— А кто-нибудь из вас заметил, что она изменила отношение к Маркинсу? — спросил Аллейн.

— Честно говоря, да, — медленно проговорил Фабиан. — Но мы решили, что все это из-за скандала с Клиффом Джонсом. В последнюю неделю Флосси безбожно придиралась ко всем работникам и поварихе.

— Она была расстроена, — сообщила Урсула. — Ужасно переживала из-за этого Клиффа. Она со мной всегда делилась. Если бы она повздорила с Маркинсом, я узнала бы первая. Она называла меня своим предохранительным клапаном.

— Миссис Артур Рубрик в сопровождении мисс Урсулы Харм, ее доверенного ассистента и предохранительного клапана, — съязвил Фабиан.

— Возможно, она откладывала свой разговор с ним вплоть до последнего вечера, — вступил в разговор Дуглас. — Того вечера, когда она исчезла. Она могла написать куда-нибудь наверх и ждать ответа. Господи, ведь это могло быть как раз то письмо, которое она начала писать тогда в кабинете!

— Я был бы в курсе, если бы она действительно написала, — заметил Аллейн.

— Да, — согласился Фабиан. — Несомненно. Вы как раз один из тех, кто наверху.

Повисло неловкое молчание.

«Черт бы побрал этого парня. Как некстати он это сказал. Теперь они опять замкнутся», — подумал Аллейн.

— Таковы мои обвинения против Маркинса, — важно проговорил Дуглас. — Я не претендую на полную доскональность, но могу поклясться, что они небеспочвенны. Вы же не можете отрицать, что после ее исчезновения поведение Маркинса стало весьма подозрительным?

— Я могу отрицать, — отозвался Фабиан. — Что и делаю, причем категорически. Он просто переживал, как и все мы.

— Он явно нервничал, — настаивал Дуглас.

— Мы все дергались как сумасшедшие. Почему он должен был вести себя иначе? Вот если бы он был спокоен и невозмутим, это действительно выглядело бы подозрительно. Где твоя логика, Дуглас?

— Я просто не мог выносить его присутствие, — отчеканил Дуглас. — И до сих пор не могу. Это просто чудовищно, что он все еще здесь.

— А почему он все еще здесь? — спросил Аллейн.