Чтение онлайн

Конечно, Андрей мог быть уже убит, но надо попробовать.

— Кто ты? Скажи кто, чтобы я знал, кого убью! — Толбоев неистовствовал.

Я уже успокоился после бега, закурил. Дал послушать пленным речь своего родственника. У них в глазах появилась надежда на освобождение и блеск ненависти ко мне.

— Мужик, будешь орать, у меня батареи кончатся. А мы так и не успеем обсудить дело.

И снова взрыв красноречия. Ну, ничего, пусть выпустит «пар». Потом будет более покладистым.

— Ты все? Мне можно продолжать?

— Кто ты? — настаивал Толбоев.

— Кто, кто! Заладил одно и то же! Конь в пальто! Мы с тобой давно знакомы. Отойди от подчиненных и дай команду немедленно, чтобы все выключили радиостанции, да так, чтобы и я понял. Я — Салтымаков. Доволен?

И тут же услышал команду на русском и чеченских языках выключить радиостанции.

— Ты? Ты здесь? — в голосе слышалось, изумление, ужас, ненависть, все сразу.

— Здесь, здесь. Привет тебе от Евгения.

— Какого Евгения? — пауза.

— Дзюбы.

— Он тоже здесь? — страх и ненависть в голосе Мовсара.

Не забыл, видать, пальчик.

— Какая разница, здесь он или нет. У тебя есть то, что нужно мне, а у меня есть то, что нужно тебе. Меняемся?

— Ты мне сам все отдашь, и придешь ко мне. Тогда я тебя и твоего пархатого друга оставлю в живых.

— Послушай!

Я срываю повязку и вытаскиваю кляп изо рта жены эмира.

— Говори по-русски, сука! — стреляю у нее над ухом из автомата. — Ну!

— Мовсар! А-а-а-а! Он нас поймал! Мовсар, помоги! — кричит женщина.

— Все хватит! Кляп на место. Она мычит и плачет.

— Слушай, Хвостов, — напоминаю ему на всякий случай оперативный псевдоним, если он забыл, — ты меня знаешь. Я слов на ветер не бросаю. Первой убью твою жену. Убивать буду медленно, сначала, правда, я поиграю с ней в одну интересную игру. Она называется «У моей подружки есть одна маленькая штучка». Когда найдешь ее разобранный труп, то поймешь. Правила не тебе объяснять. Ну, потом, прости, доберусь и до твоего поскребыша. Пацан, в отличие от твоего водилы, пытался оказать сопротивление. Отдаю ему должное. Настоящая скотина растет, весь в батю. Ну, так что ты скажешь?

— А ты не боишься, что мы тебя сейчас пеленгуем?

— Нет, Хвостов, не боюсь. Чтобы сейчас запеленговать меня необходимо иметь соответствующие мозги и образование. Ни у тебя, ни у твоих будущих сокамерников нет ни первого, ни второго. Так как? Мне начать с твоей жены? Я уже долго с женщинами не спал. Кстати, она у тебя не больная? Мне предохраняться? Ей-то все равно, а мне еще долго жить. С чеченками ни разу не спал, все они какие-то вонючие и страшные. Жена у тебя не исключение, но надо попробовать, так сказать, для коллекции. Потом, за кружкой пива, с Дзюбой, будем вспоминать какая у тебя вкусная жена (пусть думает, что Женя рядом). Чеченов пробовали. А вот их женщин нет, — я подмигнул женщине.

Та, насколько позволял трос, шарахнулась от меня в сторону.

— Я тебя порву, разрежу на мелкие кусочки! — снова взорвался Мовсар.

Я отложил радиостанцию, попил воды, снова закурил. Толбоев все продолжал бесноваться. Дикая тварь, да и только!

— Мы всех русских убьем! Только тронь мою жену! — продолжал визжать Мовсар.

— Есть хороший анекдот, кстати, Дзюба мне его рассказал: «В Чечне, в период войны, открылась школа. Там учатся и чеченские дети, и дети русских офицеров. Тема урока — повторение темы «Российский флаг». Учительница: «Скажи, Ислам, что означает красная полоса?» Ислам: «Красная полоса означает, что мы всех русских убьем и затопим их красной кровью всю Россию». Учительница: «Малика, а что означает синяя полоса?» Малика: «Синяя полоса означает, что мы всех русских утопим в синих реках России!» Учительница: «Вовочка, скажи, а что означает белая полоса? Только без пошлостей!» Вовочка посмотрел за окно, где маршировали военные, потом вынул козявку из носа. Послал ее в сторону Ислама и говорит: «Марья Ивановна, я пошлить не буду! Белая полоса означает, что замучаетесь, духи гребанные, снег на Колыме убирать!» Хороший анекдот? Так вот, душара. Ты особо-то не дергайся, а то я же помню, как ты у меня от страха усерался. И если бы не я, то порезали бы тебя на ремни разведчики. Ну, а также не забудь, кто на тропу навел… Напомнить, как все было? Полагаю, что все это небезынтересно будет послушать твоим подчиненным. У тебя очень колоритный заместитель, он с радостью займет твою должность. Давно о ней мечтает, на харе написано. Молись, сука, чтобы нас никто не подслушивал, — я выдержал паузу. — Будем о деле говорить или лясы точить? Я же сказал: или я ухожу с моим товарищем, и ты получаешь свою семью целой, или ухожу без него, но ты получаешь отдельные части тел своих родных. Остальные я съедаю, голодный я. Идет?

— Говори, — после долгой паузы сказал «Хвостов».

Я обрисовал ему план обмена. Через два часа они выводят Андрея за блок-пост. Он должен идти один. Как только я вижу, что все в порядке, то отпускаю мать, она скажет, где сын. В случае неправильных действий со стороны боевиков, я убиваю сына. Мужика за мужика, с бабьем я не воюю.

Скрипя зубами предводитель местной швали согласился.

Я вытащил мальчишку из машины, мать смотрела на меня встревоженными глазами, что-то мычала, пытаясь сбросить повязку со рта. Билась, что-то пыталась показать мне или сыну.

Меня же истерика мамаши меньше всего интересовала. Я не садист, но если пойдет не так, как я запланировал, то убью их обоих. Станет одной машиной по производству боевиков и одним будущим боевиком меньше. Может кто-нибудь меня и осудит, да и хрен с ним! Это значит, что он жизни не видел.

Пацан притих. Штаны у мальчишки были еще мокрые. Позор, позор! Ну, ничего, если выживешь, то поймешь, что это не самое страшное в этой жизни. Крепко привязал к дереву. За кустами его не видно, если очень не постараться, то и не найдешь.

Поехал на машине в сторону деревни. Вот и холм, на котором я лежал, наблюдая за деревней. Брезент на месте.

Автомат поближе. Бинокль к глазам. В деревне видно оживление. Народ ходит из двора во двор, что-то делают с машинами.

Андрея вывели во двор, он закрывает связанными руками глаза. В подвале держали.

Вот и вождь апачей. Он о чем-то беседует с Рабиновичем. Вернее не беседует, а бегает вокруг, размахивая руками. Андрей стоит как истукан. Потом Андрей протягивает связанные руки, ему разрезают веревки, куда-то уводят.

«Хвостов» остается во дворе, что-то опять кричит, и грозит кулаком в мою сторону. Взбешен мужик ни на шутку. Ну и ладно, пока я правлю балом. Посмотрел на часы, с момента беседы прошел час пятнадцать.

Из деревни вырывается УАЗ и мчится в мою сторону. Тент на нем снят, в него набились шесть человек. А это мне очень даже не нравится. Хватаю радиостанцию. Вызываю «предводителя», тот откликается.

— Что тебе? — голос недовольный.

— Значит так, если машина немедленно не повернет назад, я убиваю твою жену, потом сына. У тебя минута, время пошло!

— Какая машина? — тянет время.

— Пятьдесят секунд, — взгляд на часы.

Сам в это время смотрю в бинокль на машину. Во время всего нашего разговора «старший» УАЗа внимательно слушал радиостанцию. Вот прозвучала команда на чеченском языке. Старший машины дал команду. Водитель ударил по тормозам, развернул автомобиль и поехал, правда, с меньшей скоростью, назад в деревню.

Уф! Я рукавом отер пот со лба. Если бы духи отправили засаду сразу после моего разговора с Мовсаром, то — мама, не горюй!