Смотри на меня
Шрифт:
Змея!
Огромная, прямо-таки гигантских размеров змея!
Шок от осознания этого факта настолько велик, что ненадолго перекрывает даже терзающую жажду. Я замираю, слепо вглядываясь в темноту и пытаясь понять, что происходит… а потом вдруг просыпаюсь на своей кровати в нашей с Майрин комнате.
Сон?.. Или же магия?
Глава 3
Итак, что же в действительности произошло? Я просто незаметно для себя задремала, пропустив ужин и выдумав все последующие события, или безлюдный коридор, странные звуки, шкаф, незнакомец и змея были на самом деле?
Уверена, мне не приснилось.
В мирной тишине комнаты трудно поверить, что каких-то пару минут назад я и в самом деле задыхалась от жажды, отбиваясь от огромного змея, но так всё и было.
Даже если кто-то хотел бы заставить меня забыть.
Кто это был? Что он делал в шкафу?
Не наткнулась ли я случайно на того, кто напал на уволившегося учителя? И как очутилась здесь? Означает ли это, что тот незнакомец знает номер моей комнаты и в любой момент может войти, минуя охранные заклинания? Или у него преподавательский доступ?
Откуда взялась змея? Сомневаюсь, что я не заметила бы такую махину, если б она с самого начала была утрамбована в шкаф вместе с мужчиной, а значит, это, скорее всего, был именно он — наг, оборотень. Но кто именно? До сих пор я не слышала, что здесь есть подобные.
Понял ли он, кто я? Собирается ли кому-нибудь рассказать?
Слишком много вопросов…
Помассировав переносицу, встаю и в первую очередь проверяю дверь — заперто изнутри. Майрин нет, так что я — единственная, кто мог бы это проделать. Но я ведь не делала. Это он. Хочет сбить меня с толку, запутать, заставить сомневаться в себе.
Наверное, будь я и в самом деле ребёнком, подобное могло бы сработать. Но не со взрослым.
Впрочем, большинство вопросов можно пока отложить. Это обычное любопытство. А вот то, что посторонний проник в нашу комнату, по-настоящему беспокоит. Сколько я была без сознания? Судя по часам, не больше двадцати минут, но за это время он успел донести меня на четвёртый этаж и разобраться с охранными чарами. Причём — не привлекая внимания. Как?
Комната, осквернённая проникновением незваного гостя, уже не кажется безопасной, и я на всякий случай заглядываю в шкаф — вещи и оба тайника с деньгами на месте. Не трогал или же не польстился?
А ещё… что-то не так, я чувствую. Когда смотрю вокруг, какое-то крохотное несоответствие царапает изнутри.
Пытаясь поймать ускользающее ощущение, медленно шарю взглядом по нетронутой кровати Майрин, её полке, заваленной книгами вперемешку с пёстрыми безделушками, по нашему большому столу…
Вот оно!
Альбом, который я брала с собой в столовую и выронила в шкафу сейчас аккуратно лежит на краешке!
Он открывал его? Видел мои наброски?
Подхожу ближе, протягиваю руку, чтобы проверить страницы, — и застываю, заметив очередное отличие. Стопка неудачных набросков лэсса Рин’тара сложена уже не так идеально, как я её оставляла. Парочка листов выбивается.
Пребывая в каком-то оцепенении, смотрю на эти неровные уголки.
Очень хочется закрыть лицо руками, спрятаться, и чтобы потом, когда вновь открою глаза, всё снова стало бы хорошо… но это теперь роскошь.
Что делать? Нужно ли рассказать обо всём директору или хотя бы кому-то из учителей?
Но что я скажу? Что столкнулась с кем-то в шкафу, а потом необъяснимым образом оказалась у себя в комнате, на кровати? Да он даже думать не будет — сразу скажет, что мне всё приснилось!
Придётся пока подождать.
Может, больше вообще ничего и не произойдёт? Ну, вдруг? Я, правда, не особенно в это верю, но… Подожду.
Ещё немного погипнотизировав дверь, сажусь на кровать и мысленно настраиваюсь на магическое зрение. Нужно позаниматься. Видеть разлитую в воздухе энергию я худо-бедно уже научилась, а вот собирать и управлять ею — не очень. С непривычки мозг просто выворачивается на изнанку, в глазах плывёт и двоится, но чем скорее освою программу, тем проще будет потом.
Долго пробыть в тишине и одиночестве не получается. Спустя два часа в комнату впархивает Майрин и с порога сражает новостью:
— Вот сидишь ты тут и не знаешь, что по школе призраки бродят!
— Что? — уточняю недоверчиво. — Ты уверена?
Привидений же, вроде бы, не существует, так? По крайней мере, до сих пор я не слышала, чтобы они где-нибудь упоминались.
— На Ирэнту напал призрак! — Май с разбегу приземляется к себе на кровать. — С ней директор сейчас разговаривает.
Майрин учится на втором курсе, а я — на первом, но так как вне уроков мы почти всегда вместе, её компания мне знакома. В том числе и Ирэнта- миниатюрная, словно Дюймовочка, блондинка с нежными чертами лица. Для своих четырнадцати, она очень скромная и вполне разумная девушка. Как что-то подобное могло с ней случиться?
– Она в порядке?
— Да, вроде бы. Испугалась только. Но знаешь, что? Это было на первом этаже, в холле!
— Думаешь, и на арра Литтора тоже напало привидение?
— Точно оно! Не верю я, что кто-нибудь из парней мог бы такое устроить!
— Может, это была девушка? И вообще, Май, мы же пока не знаем подробностей.
— Ученица оказалась сильнее учителя? — смеётся, поигрывая локоном. — Не-е-ет, я думаю, это был призрак! Наверняка их здесь несколько водится… ты не боишься?
Пожимаю плечами.
— Я пока ни одного не видела.
Призраки ведь не материальны, так? Им же не нужно прятаться в шкаф, чтобы на глаза не попасться?
Чёрт, в этом мире может быть, что угодно! Надо уточнить в библиотеке. Просто на всякий случай.
— Алль тоже как-то слышала в коридоре странные звуки — скрежет или шорох, не разобрать. Она только сегодня об этом вспомнила, когда мы об Ирэнте узнали, — Май ненадолго замолкает и обеспокоенная морщинка на её переносице разглаживается, сменившись мечтательной полуулыбкой: — Представляешь, если оно и на нас нападёт?
— Ты как будто не против! — улыбаюсь.
Понимая, что попытка медитировать в присутствии Майрин заранее обречена на провал, тянусь к альбому. Раз уж пообещала портрет, сделаю. Бросать незаконченную работу — плохая привычка.
— Только если нас сразу спасут! — весело фыркает соседка. — Какой-нибудь красивый мужественный старшекурсник или Шаррэль…
Имя лэсса Рин’тара она произносит с таким по-взрослому томным придыханием, что это даже смешно:
— И давно ты зовёшь учителей по имени?