Чтение онлайн

Завтрак родители оценили. Папа сказал, что он «весьма… оригинален», а мама похвалила детей за инициативность и предложила в следующий раз приготовить макароны вместе. Она обещала показать несколько секретиков, помогающих сварить макароны так, чтобы они не слипались, и научить проверять готовность блюда, не швыряясь им в потолок.

Готовить Поле, Владику и Поню понравилось, а вот убираться на кухне после готовки – не очень. Пришлось отмыть холодной водой большую кастрюлю и дуршлаг. Холодной – потому что этим занимался Понь. Снять с потолка прилипшие макароны. Этим занимался Владик, сидя на плечах у папы. Снять занавеску, чтобы отстирать от неё голубой след от макаронины – это делали Поля с мамой. Поснимать и пособирать отовсюду все недоварившиеся и, следовательно, не прошедшие тест на прилипчивость макаронины – это уже все вместе. А потом, тоже коллективно, оттереть голубые следы со шкафчиков, холодильника, плиты и стола. И вот что интересно – черничные макаронные полоски отмывались примерно так же, как зебровые полоски с Поня, то есть в целом это получилось, но всё же кухня пестрела слабо-голубым напоминанием о завтраке.

Отложив в сторону тряпки и щётки, мама, папа, Поля, Владик и Понь встали на пороге кухни и осмотрели её. Поля и Владик потёрли руки – они остались довольны уборкой. Понь удовлетворённо кивнул – ему результат тоже понравился. Мама протяжно вздохнула и накрыла лицо ладонями. Папа поправил очки и сказал:

Потолок надо будет перекрасить.

Покраску потолка оставили на будущее, а сейчас были дела важнее: квартира остро нуждалась в ёлке!

Рынок находился всего в пятнадцати минутах от дома, поэтому решили идти туда пешком, совместив приятную прогулку с полезной закупкой.

Первую половину дороги Поля и Владик везли на санках Поня, а вторую – он их. Чтобы Поню было удобнее тянуть санки, мама перекинула верёвочку через его голову. Получилось, что Понь оказался окружён шнурком. Оставалось только упереться в него грудью и беззаботно бежать. Такой способ возить санки Поню понравился куда больше, чем тянуть их, зажав верёвку в зубах.

На рынке было многолюдно, и, чтобы не потеряться, все взялись друг за дружку. Папа шёл первым и держал за руку маму, мама – Владика, Владик – Полю, а Поля зажимала варежкой кончик шарфа Поня. Понь вёз пустые санки.

Сначала быстренько пробежались по рынку и купили нужные продукты. Вернее, «быстренько» – это в понятии мамы, а по ощущениям детей, пока добрались до ёлочного базара, прошла целая вечность!

Ну вот зачем, к примеру, маме понадобилась капуста?! Этого Владик не понимал. А Поля не понимала, почему эту самую капусту надо так долго выбирать. Хватай себе тот кочан, что ближе лежит, – и готово! А когда мама предложила посмотреть Поле новые ботиночки, а Владику новые брюки, оба дружно взвыли: «Не-е-ет!» Даже папа их поддержал, сказав, что те ботиночки и брюки, что есть, и так в хорошем состоянии, а сегодня надо ещё много успеть, и повёл семейство на радиорынок.

Там он «быстренько» – теперь уже по своим меркам – покопался во всяких реле, болтах и проводках. И, перебрав мотки изоленты с такой же дотошностью, как мама капусту, наконец купил себе один – синий.

В общем, к тому времени, как вся компания подошла к заборчику с ёлками, взвыть готов был даже Понь.

Интересно, – задумалась Поля, – почему ёлки всегда прячут за сетчатый забор, как будто бы зверей в зоопарке?

Чтобы не сбежали? – предположил Владик.

Куда они на одной ноге сбегут? – удивился Понь.

Это шутка такая, – объяснил мальчик.

А-а-а… Понятно.

На самом деле их держат в вольере, – продолжал Владик, – чтобы они никого не покусали.

Ой! – Понь, потянувшийся было к одной из ёлочек, резко отпрянул.

Это тоже шутка была, – мама погладила Поня по чёлке. – Ёлки не бегают и не кусаются.

Это домашние ёлки не кусаются, а дикие – ещё как! – развивал тему Владик. – Этих вон, наверное, только что в лесу наловили. Потому в вольере и заперли!

Папа указал семейству на вход в сетчатой изгороди:

Выбирайте, какую из диких ёлок мы будем одомашнивать!

Поля, Владик и Понь важно пошли вдоль ряда ёлочек. Какие-то из них были высокими, какие-то низкими, одни куцые, другие попушистей.

Помочь вам выбрать? – к маме и папе подошёл продавец.

Нам нужна такая, чтобы не бегала и не кусалась, – подмигнул продавцу папа.

Тогда берите любую. Бегать не будут, обещаю! – продавец обвёл рукой товар. – Ножки-то у них того… подрублены.

Поля, Владик и Понь в ужасе замерли на месте.

Как подрублены? – переспросил Понь. – Они же умрут тогда…

Поля и Владик вмиг растеряли радость. Вот тебе и на! Почти восемь лет людям, а мысль о том, что ёлочка после праздника умрёт, до сих пор им в голову не приходила.

А что же вы хотели? – удивился продавец. – Живые ёлки Новый год в лесу встречают!

Не надо нам ёлку, – прошептала Поля, взяв маму за руку.

Пойдёмте отсюда! – сердито сказал Владик.

Странные какие! – бросил вслед уходящему семейству продавец.

Дети шли понурившись, весь предпраздничный азарт как будто испарился.

Мы можем купить искусственную ёлочку, – сказала мама.

Да. Так будет лучше, – без особого энтузиазма согласились Поля и Владик.

Они прошли ещё немного, как вдруг папа остановился и повернулся на месте.

А у меня другая идея! – сказал он и, поправив на носу очки, бодро зашагал к другому ёлочному вольеру.

Мама, Поля, Владик и Понь переглянулись, но так ничего и не поняв, бросились вдогонку папе.

Вот! Я её издалека приметил!

Папа победоносно указал пальцем на небольшую, но пушистую ёлочку. От других она отличалась тем, что сидела в ведре с землёй.

Живая! – радостно воскликнул Владик.

Ур-р-ра! – закричал Понь.

Новый год спасён! – Поля подпрыгнула и повисла у папы на шее.

Мама облегчённо улыбнулась и достала кошелёк.

Ещё когда ёлку грузили на санки, стало понятно, что она очень даже дикая. Даже несмотря на то что растёт не в лесу, а в горшке! Она сразу же расцарапала папе руки, а когда санки тронулись, попыталась с них спрыгнуть. К счастью, ведро с тяжёлым комом земли не дало ей ускользнуть далеко. Всю дорогу Поля и Владик придерживали дикое деревце, идя по бокам от санок, которые тянул Понь.

По дороге к дому ёлка успела покусать и поцарапать ребят за руки, а Поня за хвост.

Ничего, – сквозь зубы цедил Владик, – мы тебя приручим и выдрессируем, чтобы ты не кусалась!

Неблагодарная какая! – бормотала Поля. – Могли ведь и срубить, как остальных!

Папе ёлка поцарапала нос, когда он поднимал её на лифте и вносил в квартиру, а маме ухо, когда она открывала ключом дверь.

Ух ты ж! – мама погрозила дикому дереву кулаком. – Ёжка!

Ё-о-о-ожка! – засмеялись дети.