Чтение онлайн

— Всех?

— Да.

Этого просто не могло быть, и я не стала ввязываться в бессмысленный спор с тёмным.

Некоторое время он искоса смотрел, ожидая ответа, потом отвернулся.

В тягостном молчании мы вступили на относительно ровную улицу. Тёмный поехал впереди, магией направляет моего коня. Убегать я и так не собиралась: я бы с огромным удовольствием искупалась и перекусила на хорошем постоялом дворе. Но мы проехали один постоялый двор, другой, третий…

«Хочет поселиться в частном доме?» — спрашивать у тёмного не хотелось.

Он свернул к седьмому встретившемуся нам постоялому двору с многообещающим названием «Большая кровать». Мальчишка на входе отворил ворота во внутренний двор.

Уют — первое слово, которое приходило на ум при виде чистеньких плит, клумб с мелкими белыми цветами, окон с расшитыми занавесками, ажурной резьбы на ставнях и добротном высоком крыльце.

Открытая конюшня чуть не сияла чистотой. Пока я оглядывалась, тёмный взошёл на крыльцо:

— Идём.

Через мгновение я уже заходила за ним в светлый коридор. С новенькой лестницы навстречу нам спускалась пожилая улыбчивая женщина:

— Желаете остановиться?

— Нам должны были оставить номер. Супруги Бейл.

— Да, конечно, — она жестом указала наверх. — Я провожу.

— Её, — тёмный подтолкнул меня к хозяйке. — Я займусь вещами.

«Опять в сейф что-нибудь спрятать решил?» — мне резко захотелось остаться с ним. Но… в сейф можно заглянуть попозже.

— На моё имя оставляли послания? — спросил тёмный.

— Да, спросите у мужа. Он сейчас в трактире распоряжения отдаёт.

— Хорошо, — тёмный вновь подтолкнул меня к лестнице.

Решила не спорить: вдруг связной уже знает, где я нахожусь, и заглянет, пока тёмный разбирается со своим барахлом…

Глава 37

Даже если связной меня заметил, встретиться не успел. Войдя в комнату, тёмный не удостоил огромную кровать, светлый уютный интерьер и шторки в голубых цветочках даже беглым взглядом — прошагал к столу и плюхнул на него толстую сумку.

Вот интересно, невнимание к окружению от спешки или потому, что тёмный уже останавливался в этой комнате?

Отошла от окна, помялась, глядя, как тёмный быстро раскладывает конверты, надписанные тёмным алфавитом, некоторые вскрывает. Читал он молниеносно и всегда со спокойным видом, в очередной раз подчёркивая свою непохожесть на Эсина.

«…мы же одной крови», — говорил тёмный об Эсине, но они совершенно непохожи.

Например, Эсин, как бы глубоко ни погружался в бумаги, всегда обращал внимание на мои действия. Если бы я вокруг него ходила, как сейчас стала топтаться вокруг тёмного, обязательно бы спросил, в чём дело.

Если бы мне, как сейчас, принесли обед, Эсин бы пожелал приятного аппетита и обязательно уточнил, понравилось ли мне.

Спросил бы, не скучно ли мне взаперти.

Тёмный вёл себя так, словно меня тут не было, и это неимоверно, до зубовного скрежета раздражало.

— Можно мне прогуляться по городу? — нервно спросила я.

— Нет, — ледяным тоном обронил тёмный.

Схватила подушку и швырнула в него, он поймал, кинул через меня на кровать.

Вот… гад!

Гад вытащил письменные принадлежности, и я вспомнила о намерении написать Эсину о пресветлом Аора. Конечно, весть о разборках давно добралась до Самрана, но мне, наверное, следовало рассказать, как всё было, и упомянуть настоящее имя тёмного, и то, что он точит зуб на Эсина.

Но Эсин… он ведь не просил меня писать отчёты.

Но ситуация в Аоре была из ряда вон.

И желание могущественного тёмного опорочить Эсина не та вещь, которую можно оставлять без внимания.

— Дай мне пару листов, перо и чернила, — потребовала я. — И стол освободи.

— Попроси подставку, — мотнул головой тёмный. — И не вздумай сбежать, поймаю — пожалеешь.

— А если не поймаешь? — усмехнулась я.

Выражение лица тёмного нехорошо изменилось, сердце у меня пропустило удар, а он поднялся со стула и зашагал ко мне.

Инстинктивно попятилась, ноги подгибались, я вдавилась в стену, по телу побежала дрожь.

Выражение глаз тёмного не предвещало ничего хорошего.

— Не надо… — пискнула я.

Он схватил меня за шею и рывком притянул, запустил пальцы в волосы, зашептал на ухо:

— Расслабься…

Поцелуй обжёг шею, по коже побежали мурашки, от кончиков пальцев тёмного по телу разливалось восхитительное ощущение трепетной страсти и ярости, отчаяния. Ладонь скользнула по спине, обхватила талию, притискивая меня к тёмному. И я расслабилась, нырнула в океан чувственного жара.

Основание шеи пронзили зубы и боль. Я вскрикнула, дёрнулась, но тёмный крепко держал, сжимая зубами мою плоть. Укус, ещё сильнее, ещё. Холодный огонь разлился по мне, брызнули слёзы. Тёмный разжал челюсти, язык заскользил по ранкам, вылизывая, разжигая поселившуюся в них боль. Меня мутило, колени дрожали. Дыхание защекотало ухо:

— Поймаю. Где бы ты ни была, сколько бы времени на это ни потребовалось — поймаю. Всегда.

Сглотнула. Он поцеловал меня в лоб влажными, розовыми от крови губами и спокойно вернулся к столу.

Выложил на край листы, запасную чернильницу, перо. Вышел.

Я сползла по стене.

Что это было вообще?

Основание шеи пылало неимоверно. Но никаких вложенных заклинаний я не ощущала. Просто укус…

Текли слёзы, превращая окружающее в дрожащую муть.

Всхлипнула.

— Я подставку принёс. — Тёмный стоял рядом, держа в одной руке подставку для написания писем в постели. Другую руку он протянул мне. — Тебе зелье лечебное дать или сама укус вылечишь?

Жаль, что под рукой нет ничего, чем можно было бы швырнуть в тёмного.

Оттолкнув его руку, поднялась и прошагала к огромной кровати:

— Сама вылечу.

— Отлично. — Он переложил листы и письменные принадлежности на подставку, поднёс ко мне. Поймал брошенную в лицо подушку. — Ещё что-нибудь принести?

— Твою отрубленную голову, — рыкнула я, вытягивая ноги.

Он опустил подставку и улыбнулся:

— Это невозможно, моя дорогая, ведь если голову отделить от тела, я не смогу её принести.

Вторую подушку он тоже поймал.

Ну и ладно.

Накрыла рукой укус в основании шеи и потянулась к спрятанному в поясе кристаллу.

Удар молнии тёмный отразил щитом тьмы и спокойно вернулся к бумагам.

Как же я его ненавижу!

Закрыв дверь за гонцом, уносившим письмо к Эсину, я подумала, что ситуация не лишена грустной иронии: я же осталась без денег, и за доставку раскошелился тёмный.

Он спокойно что-то писал. Возможно, гонец не поедет в Самран, а отдаст письмо тёмному, но я не в том положении, чтобы упускать хоть мизерный шанс отправить послание.