Собрание сочинений
Шрифт:
V
Не откликайся на «Эй, паря!» Будь глух и нем.Даже зная язык, не говори на нем.Старайся не выделяться – в профиль, анфас; поройпросто не мой лица. И когда пилойрежут горло собаке, не морщься. Куря, гасипапиросу в плевке. Что до вещей, носисерое, цвета земли; в особенности – белье,чтоб уменьшить соблазн тебя закопать в нее.VI
Остановившись в пустыне, складывай из камнейстрелу, чтоб, внезапно проснувшись, тотчас узнать по ней,в каком направленьи двигаться. Демоны по ночамв пустыне терзают путника. Внемлющий их речамможет легко заблудиться: шаг в сторону – и кранты.Призраки, духи, демоны – дома в пустыне. Тысам убедишься в этом, песком шурша,когда от тебя останется тоже одна душа. VII
Никто никогда ничего не знает наверняка.Глядя в широкую, плотную спину проводника,думай, что смотришь в будущее, и держисьот него по возможности на расстояньи. Жизньв сущности есть расстояние – между сегодня изавтра, иначе – будущим. И убыстрять своишаги стоит, только ежели кто гонится по тропесзади: убийца, грабители, прошлое и т. п.VIII
В кислом духе тряпья, в запахе кизякацени равнодушье вещи к взгляду издалекаи сам теряй очертанья, недосягаем длябинокля, воспоминаний, жандарма или рубля.Кашляя в пыльном облаке, чавкая по грязи,какая разница, чем окажешься ты вблизи?Даже еще и лучше, что человек с ножомо тебе не успеет подумать как о чужом. IX
Реки в Азии выглядят длинней, чем в других частяхсвета, богаче аллювием, то есть – мутней; в горстях,когда из них зачерпнешь, остается ил,и пьющий из них сокрушается после о том, что пил.Не доверяй отраженью. Переплывай на тусторону только на сбитом тобою самим плоту.Знай, что отблеск костра ночью на берегу,вниз по реке скользя, выдаст тебя врагу.X
В письмах из этих мест не сообщай о том,с чем столкнулся в пути. Но, шелестя листом,повествуй о себе, о чувствах и проч. – письмомогут перехватить. И вообще самоперемещенье пера вдоль по бумаге естьувеличенье разрыва с теми, с кем больше сестьили лечь не удастся, с кем – вопреки письму -ты уже не увидишься. Все равно, почему. XI
Когда ты стоишь один на пустом плоскогорьи, подбездонным куполом Азии, в чьей синеве пилотили ангел разводит изредка свой крахмал;когда ты невольно вздрагиваешь, чувствуя, как ты мал,помни: пространство, которому, кажется, ничегоне нужно, на самом деле нуждается сильно вовзгляде со стороны, в критерии пустоты.И сослужить эту службу способен только ты. Ария
I
Что-нибудь из другойоперы, типа Верди.Мало ли под рукой?Вообще – в круговерти.Безразлично о ком.Трудным для подражаньяптичкиным языком.Лишь бы без содержанья.II
Скоро мене полста.Вон гоношится бобрикстриженого куста.Вон изменяет облик,как очертанья льдин,марля небесных клиник.Что это, я – один?Или зашел в малинник? III
Розовый истуканздесь я себе поставил.В двух шагах – океан,место воды без правил.Вряд ли там кто-нибудь,кроме солнца, садится,как успела шепнутьаэроплану птица.IV
Что-нибудь про спиральв башне. И про арабаи про его сераль.Это редкая бабаесли не согрешит.Мысль не должна быть четкой.Если в горле першит,можно рискнуть чечеткой. V
День пролетел. Пчелашепчет по-польски «збродня».Лучше кричать вчера,чем сегодня. Сегодняоттого мы кричим,что, дав простор подошвам,Рок, не щадя причин,топчется в нашем прошлом.VI
Ах, потерявши нить,«моль» говорит холстинка.Взгляда не уронитьниже, чем след ботинка.У пейзажа – чертывывернутого кармана.Пение сиротырадует меломана. * * *
* * *
Л. К.
Жизнь в рассеянном свете
Из Парменида
Поделиться с друзьями: