Я люблю, когда в окошке вьютсяХлопья снега, — чем они белей,Больше чем и чем быстрей несутся,На душе тем чище и светлей.Что мне в них? Быть может, не из тучи.Но из рая белый этот рой?Нет, они на языке могучемРусской крови говорят со мной.Говорят на языке неслышномС памятью особенной моей.Снег идет, а грудь сильнее дышит.Снег идет, а на душе теплей.
«Что я могу? И как я воспою…»
Что я могу? И как я воспоюВ конце тяжелой, безотрадной эры,Европа, сквозь глухую ночь твоюТо солнце, что взойдет над жизнью серой.И заблестит на утренней росеСияньем новым найденного слова?Из старых песен перепеты все,А новое споет рожденный новым.
«О первой горестной весне…»
О первой горестной весне,Ее высоком настроеньиВсегда напоминает мнеГрозой задетое растение.Шел дождь и благодатью былДля трав лесных и для деревьев.Но сумрак неба раскроилСвет ослепительный и древний.И пошатнулся светлый клен,С ожогом черным в черном дыме.И навсегда отмечен онМежду деревьями другими.
«Было с колесом работы много…»
Было с колесом работы много,Наконец прижал его болтами.Вышли звезды над глухой дорогой,Над ее большими тополями.Отражаясь отраженьем бледным,У руля, в стекле пустой машины,Я лицом к лицу как будто едуВ молчаливой, голубой пустыне.Дальняя дорога, словно ремень,Тянется меж тополей высоких.По бокам зеленых веток темень,Выше звезды катятся потоком.Верхняя дорога освещаетНижнюю дорогу тусклым светом.Жизнь мою не так ли разделяетВерхний, звездный путь и темный этот?
С БОРУ ПО СОСЕНКЕ (Париж, 1974)
Цветы
1. «Прекрасному трудно, словно в аду…»
Прекрасному трудно, словно в аду,Не взлететь, не запеть, не шелохнуться,Молчат неподвижные розы в саду,А листья шумят и ветви гнутся.
2. «Молчание небес — это тайный зов…»
Молчание небес — это тайный зов,Повторяемый дивным молчаньем цветов.И для всех говорящих, для всех языков —На зеленых кустах пунцовая кровь.
3. «И роза цветет, раскрывая бутон…»
И роза цветет, раскрывая бутон,Над ней распростерта безмолвная синьМежду небом и розой — огромный сон.Цветы — это голос души пустынь.
4. «Поэзия тоже хотела б — молчать…»
Поэзия тоже хотела б — молчать,Не листьями быть, а самим цветкомСвой голос в молчанье цветов обращать.Над шумом листвы, над зеленым кустом…
Станишевицы
1. «Как прекрасно в солнечную осень…»
Как прекрасно в солнечную осеньПожелтели клены у крыльца.Я веду, среди высоких сосен,Светлого, как солнце, жеребца.Этого красавца из России —В Польшу амазонка привела.С жеребцом, приятелем Марии,У меня сердечные дела.Я его целую в шею, в ноздри,Чувствую от шерсти золотой —И Россией пахнет теплый воздух,И Марии нежной теплотой.
2. «Мы возвращаемся домой…»
Мы возвращаемся домой,Дорогу выбрав покороче.Меж яблонь воздух золотой,Деревья ждут прохлады ночи,В закате розов белый дом,Тень шевелит листву на стенах,И разноцветна под окномЦветов рассыпанная пена.Борзой кобель встречает насИ он тоскует по РоссииВсе это от забвенья спасТвой первый поцелуй, Мария.
Утро («Я стою у окна раздетым…»)
Я стою у окна раздетым,Сейчас начну умываться,Веет в окошко ветер,Такой, что хочу смеяться —Свежесть его такая,Нежность, благоуханье…Он веет, меня лаская,Юным своим дыханьем.Стать бы ему невестой,Иль невозможно это?Чудо находит место —Становится ветер песней.Если б еще немножкоК песенке, да припева —Из воздуха, белой ножкойЧерноокая б вышла дева.
Старое
Если хочешь, чтобы колесоВ чернозем по ступицу входило:Степь нужна, снежок, лесок,Словом все, что память сохранила,Весь в ручьях серебряный овраг,Трехдюймовка и шестерка цугом,Также нужно, чтобы трехцветный флагРеял вновь над городами юга.Бронепоезд, будка, переезд,Под откосом красные вагоны,Нужно чтоб Бандурченко разъездВывел «с права, по три» из колонны,Чтобы раскололась тишина —Перелетом первого снаряда,Чтобы нас скрывала бузина,Тополя и вербы на леваде.Нужен бы еще британский френч,Ночь нужна, пасхальная, в патруле,Крестик, что способен уберечьОт удара шашки и от пули.
О сверстниках
В шестнадцать лет румяные,Безусые и пьяные —От счастья пасть в боюЗа родину свою.Они владеть винтовкоюУчились в конском топоте,А боевой сноровкою —Кто выживал — на опыте.Их кости трактор распахал —Перемешал, переломал…
«Я жизнью мучаюсь святой…»
Я жизнью мучаюсь святой,Долги прощаю и обиды.Питаюсь хлебом и водой,Но этого никто не видит.Здесь нужно ближних не любить,Быть вероломным и лукавым,И не мешает кровь пролить,Во имя почестей и славы.