Бросьте скуку, как корку арбузную,Небо ясное, легкие сны.Парень лошадь имел и судьбу свою —Интересную — до войны.Да, на войне как на войне,А до войны как до войны, —Везде, по всей вселенной.Он лихо ездил на конеВ конце весны, в конце весны —Последней, довоенной.Но туманы уже по росе плелись,Град прошел по полям и мечтам, —Для того чтобы тучи рассеялись,Парень нужен именно там.Там — на войне как на войне,А до войны как до войны, —Везде, по всей вселенной.Он лихо ездил на конеВ конце весны, в конце весны —Последней, довоенной.
Романс
Она была чиста как снег зимой.В грязь — соболя, — иди по ним — по праву…Но вот мне руки жжет ея письмо —Я узнаю мучительную правду…Не ведал я: смиренье — только маска,И маскарад закончится сейчас, —Да, в этот раз я потерпел фиаско —Надеюсь, это был последний раз.Подумал я: дни сочтены мои,Дурная кровь в мои проникла вены, —Я сжал письмо как голову змеи —Сквозь пальцы просочился яд измены.Не ведать мне страданий и агоний,Мне встречный ветер слезы оботрет,Моих коней обида не нагонит,Моих следов метель не заметет.Итак, я оставляю позади,Под этим серым неприглядным небом,Дурман фиалок, наготу гвоздикИ слезы вперемешку с талым снегом.Москва слезам не верит и слезинкам —И не намерен больше я рыдать, —Спешу навстречу новым поединкам —И, как всегда, намерен побеждать!
Танго
Как счастье зыбко!..Опять ошибка:Его улыбка,Потом — бокал на стол, —В нем откровенноПогасла пена;А он надменноПростился и ушел.Хрустальным звономБокалы стонут.Судьба с поклономПроходит стороной.Грустновино мерцало,Пустона сердце стало,Скрипки смеялись надо мной…Впервые это со мной:В игре азартной судьбой,Казалось, счастье выпало и мне —На мигпригрезился он,Проникволшебником в сон, —И вспыхнул яркий свет в моем окне.Но счастье зыбко —Опять ошибка!Его улыбка,Потом — бокал на стол, —В бокале, тленна,Погасла пена;А он надменноПростился — и ушел.Хрустальным звономБокалы стонут.Бесцеремонно онПрервал мой сон.Вино мерцало…А я рыдала.Скрипки рыдали в унисон.
x x x
Грезится мне наяву или в бреде,Как корабли уплывают!Только своих я не вижу на рейде —Или они забывают?Или уходят они в эти страныЛишь для того, чтобы смыться,И возвращаются в Наши Романы,Чтоб на секунду забыться.Чтобы сойти в той закованной спальне —Слушать ветра в перелесье,Чтобы похерить весь рейс этот дальний —Вновь оказаться в Одессе.Слушайте, вы! Ну кого же мы судимИ для чего так поемся?Знаете вы? Эти грустные людиСдохнут — и мы испечемся!
x x x
Я думал: это все без сожаленья,Уйду — невеждой!Мою богиню, сон мой и спасеньеЯ жду с надеждой!Я думал: эти траурные рукиУйдут в забвенье.Предполагал, что эти все докуки —Без вдохновенья.Я думал: эти слезы мало стоятСейчас — в запарке…Но понял я — тигрица это стонет,Как в зоопарке.
x x x
Я скольжу по коричневой пленке…Или это — красивые сны?Простыня на постели в сторонкеСмята комом, огни зажжены.Или просто погашены свечи?Я проснусь — липкий пот и знобит.Лишь во вне долгожданные речи,Лишь во сне яркий факел горит.И усталым, больным каннибалом,Что способен лишь сам себя съесть,Я грызу свои руки шакалом —Это так, это все, это есть!Оторвите от сердца аорту, —Сердце можно давно заменять!Не послать ли тоску мою к черту?Оторвите меня от меня!Путь блестящий наш — смех и загадка, —Вот и время всех бледных времен.Расплескалась судьба без остатка…Кто прощает, тот не обречен.
x x x
Теперь я буду сохнуть от тоскиИ сожалеть, проглатывая слюни,Что не доел в Батуми шашлыкиИ глупо отказался от сулгуни.Пусть много говорил белибердыНаш тамада — вы тамаду не троньте, —За Родину был тост алаверды,За Сталина, — я думал — я на фронте.И вот уж за столом никто не естИ тамада над всем царит шерифом, —Как будто бы двадцатый с чем-то съездДругой — двадцатый — объявляет мифом.Пил тамада за город, за аулИ всех подряд хвалил с остервененьем, —При этом он ни разу не икнул —И я к нему проникся уваженьем.Правда, был у тамадыДлинный тост алавердыЗа него — вождя народов,И за все его труды.Мне тамада сказал, что я — родной,Что если плохо мне — ему не спится, —Потом спросил меня: «Ты кто такой?»А я сказал: «Бандит и кровопийца».В умах царил шашлык и алкоголь, —Вот кто-то крикнул, что не любит прозы,Что в море не поваренная соль —Что в море человеческие слезы.И вот конец — уже из рога пьют,Уже едят инжир и мандаринки,Которые здесь запросто растут,Точь-точь как те, которые на рынке.Обхвалены все гости, и покаОни не окончательно уснули —Хозяина привычная рукаТолкает вверх бокал «Киндзмараули»…О как мне жаль, что я и сам такой:Пусть я молчал, но я ведь пил — не реже, —Что не могу я моря взять с собойИ захватить все солнце побережья.
x x x
Анатолию Гарагуле
Ну вот и все! Закончен сон глубокий!Никто и ничего не разрешает!Я ухожу отдельный, одинокийПо полю летному, с которого взлетают!Я посещу надводную обитель,Что кораблем зовут другие люди.Мой капитан, мой друг и мой спаситель!Давай с тобой хоть что-нибудь забудем!Забудем что-нибудь — мне нужно, можно!Все — женщину, с которою знакомы!Все помнить — это просто невозможно,Да это просто и не нужно, — что мы?
x x x
Ну почему, ну для чего — сюда?Чем объяснить такой поступок странный?Какие бы ни строились суда —На них должны быть люди-капитаны.
x x x
В Азии, в Европе лиРодился озноб —Только даже в опереКашляют взахлеб.Не поймешь, откуда дрожь — страх ли это, грипп ли?Духовые дуют врозь, струнные — урчат,Дирижера кашель бьет, тенора охрипли,Баритоны запили, и басы молчат.Раньше было в опереСкладно, по уму,И хоть хору хлопали —А теперь кому?!Не берет и верхних нот и сопрано-меццо,У колоратурного не бельканто — бред!Цены резко снизились до рубля за место.Словом, все понизилось и сошло на нет.Сквозняками в опереДует, валит с ног,Как во чистом во полеВетер-ветерок.Партии проиграны, песенки отпеты,Партитура съежилась, и софит погас.Развалились арии, разошлись дуэты,Баритон — без бархата, без металла — бас.Что ни делай — все старо,Гулок зал и пуст.Тенорово сереброВытекло из уст.Тенор в арьи Ленского заорал: «Полундра!» —Буйное похмелье ли, просто ли заскок?Дирижера Вилькина мрачный бас-профундоЧуть едва не до смерти струнами засек.
Песня о нотах
Я изучил все ноты от и до,Но кто мне на вопрос ответит прямо? —Ведь начинают гаммы с ноты «до»И ею же заканчивают гаммы.Пляшут ноты врозь и с толком,Ждут «до»,"ре","ми","фа","соль","ля" и «си», покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Известно музыкальной детворе —Я впасть в тенденциозность не рискую, —Что занимает место нота «ре»На целый такт и на одну восьмую.Какую ты тональность ни возьми —Неравенством от звуков так и пышет:Одна и та же нота — скажем, «ми», —Одна внизу, другая — рангом выше.Пляшут ноты врозь и с толком,Ждут «до»,"ре","ми","фа","соль","ля" и «си», покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.За строфами всегда идет строфа —Как прежние, проходит перед взглядом, —А вот бывает, скажем, нота «фа»Звучит сильней, чем та же нота рядом.Вот затесался где-нибудь «бемоль» —И в тот же миг, как влез он беспардонно,Внушавшая доверье нота «соль»Себе же изменяет на полтона.Пляшут ноты врозь и с толком,Ждут «до»,"ре","ми","фа","соль","ля" и «си», покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Сел композитор, жажду утоля,И грубым знаком музыку прорезал, —И нежная как бархат нота «ля»Свой голос повышает до «диеза».И наконец — Бетховена спроси —Без ноты «си» нет ни игры, ни пенья, —Возносится над всеми нота «си»И с высоты взирает положенья.Пляшут ноты врозь и с толком,Ждут «до»,"ре","ми","фа","соль","ля" и «си», покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Напрасно затевать о нотах спор:Есть и у них тузы и секретарши, —Считается, что в «си-бемоль минор»Звучат прекрасно траурные марши.А кроме этих подневольных нот,Еще бывают ноты-паразиты, —Кто их сыграет, кто их пропоет?..Но с нами — бог, а с ними — композитор!Пляшут ноты врозь и с толком,Ждут «до»,"ре","ми","фа","соль","ля" и «си», покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.
Пиратская
На судне бунт, над нами чайки реют!Вчера из-за дублона золотыхДвух негодяев вздернули на рею, —Но мало — нужно было четверых.Ловите ветер всеми парусами!К чему гадать, любой корабль — враг!Удача — миф, но эту веру сами,Мы создали, поднявши черный флаг!Катился ком по кораблю от бака,Забыто все — и честь, и кутежи, —И, подвывая, может быть от страха,Они достали длинные ножи.Ловите ветер всеми парусами!К чему гадать, любой корабль — враг!Удача — миф, но эту веру сами,Мы создали, поднявши черный флаг!Вот двое в капитана пальцем тычут:Достать его — и им не страшен черт!Но капитан вчерашнюю добычуПри всей команде выбросил за борт.Ловите ветер всеми парусами!К чему гадать, любой корабль — враг!Удача — миф, но эту веру сами,Мы создали, поднявши черный флаг!И вот волна, подобная надгробью,Все смыла, с горла сброшена рука…Бросайте ж за борт все, что пахнет кровью, —Поверьте, что цена невысока!Ловите ветер всеми парусами!К чему гадать, любой корабль — враг!Удача — здесь, и эту веру сами,Мы создали, поднявши черный флаг!