Софи
Шрифт:
– Мама, я обо всём подумал. И даже о том, что мы после свадьбы сначала будем жить в её комнате в студенческом общежитие и параллельно искать отдельное жильё. Кстати, мы будем расписываться на следующей неделе.
– Сын … – мать Бьёрна не успела договорить, как вмешался отец:
– Ну хорошо, допустим, вы женитесь. А как ты собираешься финансировать вашу совместную жизнь с… Софией, кажется так её по имени? Надеюсь, ты не надеешься, что мы будем спонсировать вас?!
– Не переживай, отец! Я обо всем подумал. Мне ещё где-то полгода осталось учиться. Сейчас я уже пишу дипломную работу. Пока я получаю стипендию, а София подрабатывает официанткой. На первое время нам хватит. Ну и там я уже найду работу в сфере юриспруденции.
Глава двадцатая
София всегда считала, что она контролирует все события в её жизни. А сейчас ей казалось, что она с трудом понимала, что вообще происходит. Она даже на какой-то момент забыла, что беременна. Поговорив с Бьёрном, она позвонила родителям. Они, конечно, были шокированы новостями. Больше всего, казалось, они были расстроены тем, что не смогут присутствовать на бракосочетание своей дочери. Однако София уверила их, что скоро они приедут к ним в гости, чтобы познакомиться и отметить свадьбу. Про ребёнка она пока не стала рассказывать.
Оставалась всего несколько дней до поездки в Данию, и София вспомнила, что ей нужно подобающе выглядеть в загсе. У неё не было времени и больших денег, чтобы сшить шикарное длинное платье, да и нужно ли оно вообще, учитывая обстоятельства?! Девушка нашла недорогой интернет-магазин. София выбрала короткое платье белого цвета на тонких бретельках, которое подчёркивало фигуру, белые туфли на невысоком каблуке и белую кофту тонкой вязки с длинным рукавом на случай, если в помещении будет прохладно. В поездку София брала бежевое пальто.
Через несколько дней София и Бьёрн отправились в Данию, в небольшой городок Рибе недалеко от границы с Германией. В Дании не нужны свидетели и можно заключить брак даже тем парам, которые не проживают на территории этой страны. Особенно любят приезжает интернациональные пары, которые которые хотят избежать бюрократических проволочек со сбором и оформлением документов. К тому же в Дании есть некоторые коммуны, где брак можно заключить буквально за один день. Бьёрн выбрал именно такое место, подал заявку через интернет, но тем не менее они с Софией решили задержаться на несколько дней, чтобы отметить это событие.
София волновалась. Датский загс представлял собой старинную постройку. Возможно, в прошлом это был домом какой-то знатной семьи. Под потолком висели старинные люстры, кругом были расставлены подсвечники, в которых горели свечи, на стенах висели портреты люди прошлых эпох. София никогда не бывала ещё в таком необычном месте.
В зал через тяжелые деревянные двери вошла женщина с короткой стрижкой и на немецком языке пригласила молодых людей сесть. Она расположилась на противоположной стороне стола и положила перед собой документы, которые Бьёрн занёс накануне. Женщина зачитала речь, которую принято произносить при бракосочетании. Потом молодые люди расписались в свидетельстве о браке и впервые поцеловались, хотя этот поцелуй и не был мимолетным. Всё было очень быстро.
День бракосочетания выдался солнечным и безветренным, несмотря на зиму. Поэтому после загса Бьёрн и София решили прогуляться по городку, который по своей архитектуре напоминал Германию. Проходя через мостик над небольшим каналом, Бьёрн взял Софию за руку. Она замедлила шаг и посмотрела на него.
– Софи, ты должна знать, я очень рад, что ты теперь моя жена, – сказал он.
– Бьёрн, я тоже рада… Спасибо за всё, что ты сделал для меня. Я просто не могу до сих пор поверить в происходящее. Прости! Пообещай, пожалуйста, чтобы мы также и дальше останемся хорошими друзьями, как и раньше.
– Будет только лучше, поверь мне, – сказал он, наклонился к Софии и поцеловал её в губы.
Ближе к вечеру они вернулись в отель. На следующий день им нужно возвращаться в Бохум. София пошла в душ. Она стояла под тонкими струями, и ей казалось, что с этого момента начинается совершенно другая жизнь. Расписавшись с Бьёрном, она решила взять его фамилию, чтобы проститься с прошлым, и теперь по документам её звали София Рэш.
София надела белый махровый халат, и вышла из ванной комнаты. Бьёрн лежал на кровати и смотрел телевизор. Увидев Софию, он вскочил и быстро подошёл к ней.
– Какая же ты красивая, – сказал он. – Я люблю тебя, Софи.
Бьёрн дотронулся до ее волос, собранных в пучок, и расстегнул её заколку. Белокурые локоны струями упали ей на плечи. Он поцеловал ее. София ответила, хотя ей и казалось странным целовать вчерашнего друга. Губы Бьёрна тем временем опустились на её шею, покрывая нежную кожу легкими поцелуями. София хотела было уже остановить его, сказать, что не хотела бы спешить, но он уже расстегивал её халат, под которым была лишь ночная рубашка. Он бережно уложил ее на большую кровать, которая стояла посреди комнаты.
В постели Бьерн был совсем другим, не таким страстным, как Максим, как показалось Софии, хотя она не могла сказать, что ей с ним было неприятно. Бьёрн довольно быстро получил оргазм и, обняв Софию, крепко уснул, оставив её погружённую в раздумья. В ту ночь она, кажется, так и не смогла уснуть. А когда всё-таки сон притуплял сознание, ей снился Макс, он был где-то далеко и как будто нуждался в её помощи и звал её. И тогда она просыпалась, боясь во сне прокричать его имя.
В Германии Бьёрн и София отдали датское свидетельство о браке на признание в немецкий ЗАГС в Бохуме. Всё получилось, как и рассчитал Бьёрн. Спустя некоторое время немецкая версия свидетельства о браке была готова, София отнесла её в офис по делам иностранцев и подала заявку на бессрочный вид на жительство как супруга немца. Теперь Софии уже не нужно было беспокоиться о продление “внж”, и она сконцентрировалась на учёбе, пока ещё было время. Казалось, всё наладилось, но от себя не убежишь. Ночами она ненавидела себя, потому что считала, что предала свою любовь.
Глава двадцать первая
Бьёрн тем временем переехал от родителей в общежитие. Они заказали в интернет-магазине надувную кровать, так как двуспальную было совсем некуда поставить в комнатушке Софии. Вместе с этим они начали подыскивать квартиру.
Мария не могла ни узнать, что София и Бьёрн стали жить вместе, они теперь часто видеться в общежитии. Для Марии шоком стало известие, что София вышла замуж за своего друга, о чём она, конечно, не упустила случая сообщить Софии. И о том, как она расстроилась, потому что её не позвали на свадьбу в Данию. Вообще отношения между девушками незаметно охладели. У Софии стало меньше времени на общение с подругой, ведь теперь она жила не одна? Или причина была в другом? Почему-то Софии больше не хотелось часто видеться с подругой.
Дружеские отношения между Софией и Бьёрном сохранилась и после того, как они стали мужем и женой. Они всё также обсуждали разные темы, много времени проводили вместе. Что касается близости – Софии казалось, Бьёрн особо не стремится заниматься с ней любовью. Наверно, из-за того, что она в положении, или, может, его мысли занимала работа, поиск квартиры, полагала она. Ей это было, по правде говоря, не важно, так было даже лучше!
Душа, раненая предательством ещё не излечилась, София часто вспоминала Максима, хотя ей казалось, что она никогда не сможет его простить. Однако постепенно боль притупилась. На самом деле Бьёрн понимал, что София всё ещё не забыла Максима, но пытался своей нежностью и заботой заслужить её любовь.