Сохрани эти чувства
Шрифт:
— А рассказать хоть мог? Я как бы классный руководитель твой и Марии.
— Конфиден…
— Только попробуй это сказать, и я тебя четвертую… — кипятилась Лидия.
— Если бы рассказал, то вы бы меня начали останавливать! — признался мальчуган.
— В том и дело, что я бы тебя остановила! Ладно, черт с тобой… — выдохнула она. — Историю эту я услышала и не могу поверить, что это случилось в стенах нашей школы…
— Вы, как и я, не слышали об этом. Я уверен, что будь Вы тогда учителем, Вы бы такого не допустили.
— Похоже, не только я тебя хорошо уже знаю, — доброжелательно улыбнулась Лидия.
По возвращению в класс Зоренфелла уже встречал его товарищ, Доррен.
— Ну, как все прошло? — интересовался он.
— Да нормально все, чего ты?
— Чего ты!? — повторил Доррен. — Ты такое устроил, что вся школа на ушах стоит и обсуждает этот случай…
Шепот начал расходиться по классу, как только Зоренфелл вошел в кабинет. Однако его это совершенно не удивляло и не заботило.
— В прошлом школьники часто дрались, в некоторых школах и сейчас потасовки между учениками не новинка, так что нечему здесь удивляться. А на счет слухов… одними больше, одними меньше — какая разница?
— Ну, беда с тобой, Зори…
— Да почему вы меня «Зори» зовете? — недоумевал он, садясь за свою парту и поворачиваясь к Доррену.
— А что? Звучит неплохо, да и так проще, как мне кажется.
— Видимо, ты с Марией в этом плане похож.
— Правда?
— Ага, она также ко мне обратилась в первую встречу.
— Кстати, ты сегодня после школы занят? Может погуляем?
— К сожалению, занят. Помнишь тех троих, что сегодня я опрокинул?
— Дружки Тобена что ли? Помню
— Они напросились сводить их к Марии, извиниться хотят.
— Ого, не подумал бы… А может они хотят выйти сухими из воды и не доводить родителей до директора?
— А какая разница директору? Их извинения будут адресованы только Марии от их имени, а у директора другой разговор будет.
— Тоже верно… — согласился Доррен.
— Что на счет завтра? Если хочешь, можно позвать погулять Марию.
— Неплохая идея, предложу ей сегодня, а то мисс Лидия мне вновь подкинула для неё заданий, хе-хе…
— Ничего-ничего, побегаешь, — усмехнулся друг.
— Я вот чего боюсь… Мало ли вокруг Марии слухи старые расходится будут и с друзьями у неё будут проблемы…
— А мы на что?
— Не, мы-то понятно будем друзьями…
— Тогда как на счет моей бейсбольной команды?
— В смысле? — не понял сразу Зоренфелл.
— Ну, менеджером. Занятие, конечно, не из простых, но весело, да и мне не кажется, что кто-то осмелится переходить дорогу нашей команде.
— Боюсь, что из-за пропусков провернуть такое будет проблематично… Но идея опять же хороша, ты сегодня жжешь.
— Кто еще жжет… Ты ведь можешь поднатаскать Марию в учебе, а там она уже придет в норму и можно менеджером. Если что, я поговорю с командой и сомневаюсь, что ей откажут. Но это если она сама вообще захочет.
— Принято, предложу сегодня.
После школы, как и договаривались, Зоренфелл встретился с ребятами, и они пошли на встречу с Марией.
— Тобен, значит, решил на дно уйти? — поинтересовался Зоренфелл.
— Мы звали его, но он наотрез отказался по непонятным причинам, хотя Мария любила именно его, — ответил Квинн.
— Вообще он после встречи с тобой изменился и отвернулся от нас. В классе на него косо смотрят, как, в общем, и на нас, — усмехнулся слегка Данни.
— А все из-за того, что четверо в чистую проиграли в драке одному, ха-ха, — поддержал смешок Лайм.
— Зато какие едкие комментарии оставляли пока шли на улицу, — вспоминал Зоренфелл.
— Мне казалось, что ты наслушаешься угроз и передумаешь, — ответил честно Лайм.
— Да и бойцы, как видел, из нас не очень, — сказал Квинн. — Если бы ты, кстати, был таким же неумехой, то я бы и бить, наверное, не стал.
— Да-да, — кивнул Данни, смахивающий на типичного добряка.
— Что это за «наверное» такое? — услыхал Зоренфелл.
— Не цепляйся за слова, — усмехнулся Квинн.
— Кстати, Зоренфелл, мы о тебе тоже слышали… Тебя ведь бабником и ловеласом зовут, это правда? — решил поинтересоваться Лайм.
— Ну, можно сказать и так, — нехотя ответил он.
— Да ну?! — удивились они.
— Я-то думал ты одной девчонке что-то сделал, и она «так» обиду затаила… — пробормотал Квинн.
— Ну ты и везунчик! — воскликнул Лайм.
— А сколько их у тебя было? — озадаченно глядел Данни.
— Да хрен их знает… Одно врут, точно могу сказать, что я всеми пользуюсь и бросаю.
— Он даже не считал… — поник Данни.
— Хочешь сказать, что тебя девчонки бросают? — спросил Лайм.
— Ну, да. Меньше недели назад девчонка сказала, что нам нужно расстаться, а дело в её новом парне.
— Сочувствую, брат! — чуть ли не плакал Квинн.
— Брось, он новую найдет… — шел все также поникши Данни.
— Ну эй, я же на такой бабник, как обо мне говорят.
— А ты докажи!
Подобными глупыми разговорами и продолжался поход до дома Марии. Зоренфелл был приятно удивлен, что эти ребята оказались такими общительными и вполне себе нормальными, без язвительных фраз, без злого умысла. Он на самом деле поверил, что эти ребята совсем не хотели вредить Марии, и его предположения подтвердились на счет того, что Тобен был как зачинщиком, так и подстрекателем.
Но как только группа подошла к дому Марии, запал веселья значительно убавился. Парни стали заметно волноваться, хотя ранее показывали себя с уверенной стороны. Но и их можно было понять.
Зоренфелл позвонил в звонок — впервые — и никто не ответил.
— Эрих, значит, еще на работе… Ну ладно, подождите здесь, — сказал Зоренфелл, открыл калитку и зашел в дом.
— Как к себе домой залетел… — ошарашено смотрел Данни. — А ведь это дом девчонки…
— Крут… — пробурчал Лайм.
Пройдя на второй этаж, Зоренфелл даже удивился, что не играет музыка и никто его даже не встречает. Вспоминая прошлые приходы, когда его заставал Эрих прямо перед входом, сейчас в доме стало так пусто, витала в воздухе одиночество.